Страница 54 из 80
Вера не любила экспериментировать. И хотя она давно уже терпеть не могла тыквенный суп, в ресторанчике, куда они с Никитой приехали, выбрала именно его. И, как обычно, дары моря..
— Ты придерживаешься диеты? – спросил Никита, взяв в руки меню.
— Откровенно признаться, я люблю покушать.
— Но почему тогда ты привезла меня именно сюда?! Ведь в Москве так много ресторанов, где можно хорошо поесть! Кроме итальянской кухни есть еще масса других! Почему мы не поехали в суши-бар или туда, где подают отличные бифштексы?
— Не знаю. Что поделать: я такая, – во второй раз за сегодняшний вечер сказала Вера. – Консервативная. Это был первый ресторан, который я посетила, когда у меня появились деньги. С тех самых пор.. Ну, заказывай. Хватит воспоминаний!
Он со вздохом выбрал жаркое в горшочке. Вера улыбнулась: да, она не любила экспериментировать.
— Ты в шахматы играешь? – спросил вдруг Никита.
— Да, – утвердительно кивнула Вера.
— Хорошо?
— Когда-то давно была чемпионкой школы.
— А я никогда не был чемпионом. Хотя играл неплохо.
— Почему? – удивилась Вера.
— Не люблю делать стандартные ходы, описанные в учебниках. А мои эксперименты, как правило, заканчивались провалом.
— Люди играют в шахматы с незапамятных времен, – наставительно сказала Вера. – То, что описано в учебниках, не раз проверено на практике.
— И что с того? Разве не лишне внести в нашу скучную жизнь хоть немного разнообразия? Мы очень разные люди, Вера. Ты консервативна, я, напротив, склонен к риску и авантюрам. В то же время мы люди самостоятельные. У тебя сильный характер, себя я бы тоже не назвал слабым человеком.
— Вот как? – она спросила это с откровенной иронией и напомнила: – А как быть с долгом, который ты ни за что не смог бы без меня отдать? И с тем, что ты согласился на мои условия? Это, по-твоему, поступок сильного человека?
— Когда ты узнаешь все, то посмотришь на меня по-другому.
— Что я, интересно, узнаю? Какие у тебя секреты? Женщины?
— По-твоему, я ни на что больше не способен?
— По-моему, нет, – отрезала Вера.
Оба замолчали. «Да, совсем не так я себе представляла этот вечер», – подумала Вера. Это не было похоже на романтический ужин двух влюбленных, скорее на боксерский поединок. Она в красном углу, он в синем. Перерыв заканчивается, второй раунд. И Вера сама ударила в гонг:
— Продолжай, пожалуйста. У меня сильный характер, у тебя тоже. Какой вывод?
— Такие люди вместе не уживаются. Ты хочешь меня подавить. Уже давишь изо всех сил. Неужели тебе это приятно? Хотя да. Понимаю. Ты генеральный директор фирмы. Если бы я не работал под твоим началом, у нас еще мог появиться хоть какой-то шанс. А так..
— А так нам пора сменить тему разговора.
— Хорошо. О чем ты хочешь поговорить?
— Не знаю. Быть может, о твоем магазине?
— Это называется сменить тему?! – Кажется, он сказал это с отчаянием.
— Ну да. Ведь это уже не о нас с тобой. О работе.
— О нашей работе, – подчеркнул он. – А тебе не кажется, что только она нас и объединяет?
— Это уже немало, – отмахнулась Вера. – Ведь на работе человек проводит большую часть времени.
— Какой человек? Ты? Хочешь, чтобы и я жил так же?
— Это хорошая жизнь.
— Это твоя жизнь. Но есть люди, которые все имеют, но на работе не надрываются. Посмотри хотя бы на Марго.
— Ах, вот оно что! – Вера со злостью швырнула на стол салфетку. – Теперь я понимаю! Думаешь, я не заметила, как ты на нее смотрел?! Конечно! Если большую часть дня проводить в парикмахерских и массажных салонах и половину месяцев в году жить на курортах.. – Она захлебнулась злостью и замолчала.
— Женщины, которые не умеют зарабатывать деньги, умеют выбирать себе мужей.
— И какие, по-твоему, вызывают больше уважения? Которые умеют деньги зарабатывать или мужей выбирать?
— А вторым уважение и не нужно. Они любовью живут.
— Ах, вот оно что! Марго живет любовью! Да не смеши! Она еще более расчетлива, чем я! Думаешь, она любила своего мужа? Ха-ха! Я по крайне мере всю жизнь продавала свои способности, а не тело. Последнее, по моему мнению, унизительно.
— А по моему мнению, кому что дано.
— Да как ты смеешь!
— Ты сама постоянно меня провоцируешь. Вера, давай прекратим этот разговор. У нас получается научная дискуссия, а не романтический ужин. А ведь мы с тобой жених и невеста. До нашей свадьбы осталось десять дней.
— Уже меньше, – машинально поправила Вера. Она во всем любила точность.
— Это я виноват. В том, что ужин испорчен. Хотел доказать тебе, что мы разные люди и друг другу не подходим. Что мы вряд ли уживемся. Но если ты придумала какой-то план, то заставить тебя от него отступить не под силу ни одному человеку. Только не говори потом, что я тебя не предупреждал. Мы поженимся, Вера. Но потом..
— А что потом?
— А ничего. Когда мы должны встать из-за стола? – невинно поинтересовался Никита.
— Когда поужинаем, – она пожала плечами.
— Только не говори, что точное время у тебя не запланировано.
— Да с чего ты взял? – пробормотала Вера. По ее расчетам через пятнадцать минут они должны были покончить с десертом, а кофе выпить уже дома.
— Значит, я не нарушу твои планы, если предложу отказаться от десерта? – усмехнулся он.
— Нет, конечно! – (Подумаешь, пятнадцать минут!)
— Тогда попроси счет и пойдем.
— Ну хорошо.
Расплатившись, она поднялась из-за стола. Но потом, ведя машину, машинально притормаживала. Близилась полночь, пробок в центре давно уже не было, и в какой-то момент Вера об этом пожалела. Все-таки пятнадцать минут! Целых пятнадцать минут! Бесчисленные огни на улицах города вызывали у нее чувство глубокого удовлетворения. Светло, как днем. Риск дорожно-транспортного происшествия сведен к минимуму.
— Почему ты ползешь как черепаха? – подозрительно поинтересовался Никита.
— А зачем гнать? Я не люблю рискованную езду.
— Когда мы ехали сегодня в «Товары для офиса», я этого не заметил. Напротив, ты порой шла на рискованный обгон. Что-то с графиком?
— С каким еще графиком?
— Десять-пятнадцать минут для тебя проблема? Когда ты выбиваешься из графика?
— Это многолетняя привычка. Не забывай, что всю жизнь мне приходилось рассчитывать только на себя. Пройдет, – уверенно сказала Вера.
Когда они подъехали к дому и Вера уже ставила машину на сигнализацию, Никита неожиданно сказал:
— А если я у подъезда пожелаю тебе спокойной ночи, поцелую в щечку и уйду, что будет? Ты после этого выживешь?