Страница 53 из 102
У него уже были подготовлены конкретные предложения по работе новой структуре, по ее взаимодействию с органами власти и СМИ, по набору кадров. Ведь, именно этим, по сути, Варенников и занимался в своем будущем в Главном разведывательном управлении после ранения. Естественно, тогда он не был посвящен во все тонкости системной и комплексной работы по продвижению в общественном пространстве страны собственных нарративов и активному противодействию нарративов противника или противников. Однако Варенников прекрасно разбирался в общих принципах всей работы, и именно это сейчас в начале 90-х гг. стало для многих самым настоящим откровением. Сотрудники вновь образованного управления внутренней и внешней идеологической работы при ЦК КПСС с открытыми ртами слушали его первые лекции и мастерклассы о PR-технологиях — о методах, приемах и стратегиях белого, черного, серого, желтого, зеленого и розового пиара. Для них существовало лишь два инструмента — превозносить свое / своих и ругать чужое / чужих. Хотя в КГБ то же были очень эффективные PR-способы, но они были единичными инструментами, так сказать, индивидуальной настройки под конкретного человека, разведчика, резидента, противника. Здесь же предстояло работать по очень крупным социальным группам. Поэтому наработки разведки тут совсем не так, как должны были.
— Первое задание, на котором вы будете отрабатывать весь арсенал инструментов и методов новой идеологической работы, покажет вашу профпригодность! — с угрозой начал генерал, оглядывая небольшой зал с двумя десятками притихших мужчин и женщин. — Вы прошли строгий отбор и допущены к работе с секретными данными, что подразумевает высокий уровень ответственности за качество вашей работы. Кто этого еще не понял, может подняться и выйти. Лучше это сделать сейчас, чем это случиться потом.
Люди, слушавшие его, были набраны не с улицы. Многие имели за плечами годы добросовестной работы в силовых органах. Соответственно, все они прекрасно понимали, что слова генерала Варенникова не были пустой угрозой, сказанной для красного словца. За генералом уже давно утвердилась слава очень жесткого бескомпромиссного и в то же время исключительно справедливого руководителя. Он еще ни разу не нарушил своего слова, и для многих это было самой главной характеристикой.
— Наша первая цель — это властная элита Советской Украины: партийные функционеры высшего звена, весь депутатский корпус, местные органы власти, общественные деятели, настроенные националистически. Нужно показать во всей их неприглядности гнилое нутро этих людей, и сделать это максимально доступно для широких масс людей и в строго конкретное время. Работа начнется с изучения личных дел и архивной информации про деятелей украинской власти. Нужно уделить особое внимание их родственным связям с националистическим бандподпольем послевоенного времени. Найти всю возможную информацию об их сегодняшних взглядах, в чем нам поможет Комитет Государственной безопасности. Через неделю мы должны быть готовы запустить масштабную информационную компанию союзного значения по тотальной дискредитации властной, общественной и культурной элиты Украины.
Ничего подобного в таком масштабе в Советском Союзе еще ни разу не делалось. Пресловутые кампании по разоблачению, которые практиковались в стране в 30-х, 40-х, а позднее и в 60-х и 70-х гг., даже рядом было сложно поставить. Идеологический бульдозер, который когда-то исправно «работал» в рамках «дела врачей-вредителей», «дела промпартии», «Мингрельского дела» и многих другим тому подобных дел, превращался в бронированный многотонный локомотив, готовый обрушиться всей своей мощью на неподготовленного советского обывателя. И обрушился…
Как только самолет с генералом Варенниковым на борту поднялся в воздух и взял курс на Киев, то в редакции центральных советских газет поступила фельдъегерская почта, принесенная крепкими молчаливыми мужчинами с выступающей кобурой под пиджаками. Там находились такие материалы, от которых у главных редакторов глаза медленно лезли на лоб.
— Это же враги, натуральные враги! — в разных вариациях звучали восклицания в кабинетах главного редактора газет и журналов. — Как этого так долго никто не замечал? Как такое, вообще, возможно?
В материалах, которые должны будут выйти с самого утра, приводились просто невероятные с точки зрения советского человека цифры. К 1961 г. из мест заключения было освобождено более 20 тысяч активных участников националистических бандформирований, которые возвратились в место предыдущего проживания — в центральную и западную Украину. К 1971 г. только в одну Львовскую область вернулось свыше 40 тысяч участников оуновских банд и членов их семей. К 1985 г., согласно сведениям КГБ, примерно 5 тысяч бывших пособников фашистов занимали ответственные должности в органах государственной власти, органах местного самоуправления, в общественных организациях. Вопиющим примером стало назначение на должность главного редактора республиканского литературно-художественного журнала «Жовтень» некого Братуня, в период Великой Отечественной войны руководившего молодежной оуновской организацией. Еще более убийственной информацией стало то, что у трети депутатов Верховного Собрания Украинской СССР среди ближайших родственников были либо сами члены оуновских бандформирований либо их пособники.
— Как же так могло произойти? Кто их пустил во власть? — в редакциях газет и журналов снова и снова задавался этот вопрос, так и остававшийся без ответа. — Ведь говорили — не забудем, не простим. Тогда как бандеровская нечисть оказалась во власти
Киев, аэропорт
Военный борт в сопровождении трех истребителей заходил на посадку, а в это время тираж общесоюзных печатных изданий начали развозить по киоскам советских городов…