Страница 29 из 74
Макс слушал его и одновременно перелистывал страницы. Фотографии сменяли друг друга. Вот Лиза совсем маленькая сидит в песочнице. На другом снимке держит в руках огромный букет полевых цветов, а рядом расположился большой пушистый кот. Вот первый школьный звонок. Несколько фотографий с новогоднего утренника. И вдруг один из снимков заставил Макса замереть.
На фотографии маленькая Лиза сидела в кабинке колеса обозрения. Рядом с ней улыбалась приятная женщина – вероятно, жена Павла Семёновича. В руках девочка держала красный воздушный шарик. Кабинка находилась совсем невысоко над землёй. Рядом в кадр попала ещё одна кабинка. В ней сидели молодая женщина с мальчиком на руках и мужчина, державший мороженое. Обычный семейный снимок. Но между этими двумя кабинками стоял всё тот же знакомый силуэт – мужчина в светлом костюме.
Сердце Макса пропустило удар. На мгновение ему показалось, что в комнате стало нечем дышать. Он снова посмотрел на фотографию. Ошибки быть не могло. Тот же силуэт, та же неподвижная поза. Словно годы не имели над ним никакой власти. Пульс глухо застучал в висках.
Макс шумно выдохнул и хрипловато произнёс:
– Павел Семёнович... Можно воды, пожалуйста?
– Конечно, сейчас принесу.
Мужчина поднялся и вышел из комнаты. Едва он скрылся за дверью, Макс быстро достал телефон и несколько раз сфотографировал снимок. Камера была хорошей, изображения получились чёткими. Только после этого он осторожно закрыл альбом и поднял взгляд на Вову. Судя по выражению лица друга, тот совершенно не понимал, что происходит.
Максим поблагодарил Павла Семёновича за фотографии, и вскоре они тепло распрощались.
Уже сидя в машине, Вова не выдержал:
– Я, честно говоря, вообще не в теме. Что происходит, бро? Ты когда ту фотографию увидел, прямо в лице изменился. Кого ты там нашёл?
Макс повернул голову к другу. Вовка смотрел серьёзно и внимательно.
– Давай сначала доедем до дачи, а там я всё расскажу по порядку. Договорились?
– Окей. Согласен. Но сначала меня интересует информация про Алину. Кто такая, как выглядит, когда познакомились... – он начал загибать пальцы. – Сколько лет, чем занимается, какие планы на жизнь...
Макс не выдержал и рассмеялся.
– Обязательно. И про Алину расскажу, и про Олесю. Про всех расскажу.
– Что?! – возмутился Вовка. – Олеся тоже есть?
Он шутливо выпучил глаза.
– То есть ты крутишь сразу с двумя, а я, твой лучший друг Вован, узнаю об этом вот так? Между делом? Среди каких-то второстепенных подробностей?
Вовка демонстративно надул губы, отвернулся к окну и голосом обиженной девушки пробурчал:
– Вот, значит, как... А я ведь всегда тебе доверял... – Вова откинул воображаемую прядь волос и гордо вскинул голову. – Я ухожу от тебя! И, между нами, всё кончено! Вот!
Макс рассмеялся так, что на глазах выступили слёзы – настолько точно Вовка спародировал обиженную капризную барышню.
Машина остановилась возле массивных кованых ворот родительской дачи. Вова выскочил из салона первым и, продолжая изображать оскорблённую девушку, смешно виляя воображаемым подолом и преувеличенно «обиженной» походкой, направился к калитке.
Макс, всё ещё смеясь, крикнул ему вслед:
– Ну прости меня! Прости, пожалуйста. Виноват, каюсь!
Он достал из машины пакет с выпечкой и коробку с пиццей. Вова, поправляя невидимую причёску, тонким голосом пропел:
– Прощу, если всё расскажешь!
– Расскажу, расскажу. Давай, проходи уже, капризный бро, – Макс покачал головой, смеясь. – В тебе погиб великий актёр драмтеатра.
Вован лукаво улыбнулся и, скромно опустив глаза, проронил:
– Я знаю. Но свою работу люблю больше.
От калитки до самого дома вела выложенная плиткой дорожка. По обе стороны росли розы, астры, древовидные пионы и ещё какие-то красивые цветы, названий которых Макс не знал. Им навстречу вышла Вера Николаевна. Женщина улыбалась и приветственным жестом пригласила гостей проходить в дом.
– Здравствуйте, – поздоровался Макс и представил друга. – Знакомьтесь, это мой друг Владимир.
– Очень приятно, – улыбнулась Вера Николаевна. – Проходите, проходите.
– Егорка! – позвала она. – Подойди сюда, милый.
Из сада вышел худенький бледный мальчик. В руках он держал садовую лейку.
– Это Егор, сын нашей новой соседки. Поздоровайся, Егор, – мягко подтолкнула его женщина.
Макс первым протянул руку.
– Здорово. Я Макс, а это Вова. А ты Егор?
Мальчик пожал ему руку и молча кивнул.
– Егорка – особенный ребёнок, – вздохнула Вера Николаевна. – Они недавно приехали в посёлок. На летнее время. Мама мальчишек в школе учительницей работает. Отпуск хороший, почти два месяца. Вот и решила с детьми в посёлок на лето перебраться, на природу, чистый воздух. Снимают дом у Мироновны. А её саму дочь в город забрала. Здоровье поправить, в санаторий вроде как отправить собирается куда-то на юг. Помнишь Мироновну? – посмотрела она на Макса.
Он кивнул.
– Конечно помню. У них в саду очень вкусные груши росли.
– А ты небось через забор лазил в чужой сад? – ехидно поинтересовался Вован.
Макс с ностальгической улыбкой пожал плечами.
– Бывало…
– Ну, пойдёмте в дом. Егорушка, давай, родной, поставь уже лейку и тоже пойдём.
Вера Николаевна ласково взяла мальчика за руку.
– Он каждый день к нам приходит. Очень любит поливать цветы. И столько всего им рассказывает. Правда, Егор?
Мальчик молча шёл рядом.
– Эх, если бы мы знали, что у вас тут ребёнок появился, привезли бы каких-нибудь сладостей. А так только выпечка и пицца, – сказал Макс.
– Ой, Господи, ну зачем! – всплеснула руками Вера Николаевна. – Я приготовила вкуснейший капустник и вареники с вишней.
Вовка, услышав названия блюд, театрально застонал.
– Держите меня семеро... Я же сейчас объемся.
Вера Николаевна засмеялась.
– Давайте руки мойте и к столу. А Егорушке ничего не предлагайте. Диета у него строгая, – покачала она головой. – Половину продуктов нельзя. Особенно сладкое.
Мальчик посмотрел на Макса своими большими голубыми глазами и серьёзно произнёс:
– Нельзя.
– А Николай Фёдорович где? – спросил Максим.
– Так с раннего утра на рыбалку ушёл. С братом Егора, с Витюшей. Ему уже одиннадцать, а Егорушке семь.
Макс удивлённо посмотрел на мальчика. Выглядел тот заметно младше своего возраста.
– А что именно у него? – тихо спросил он.