Теория неопределенных вещей

Глава 13

— Отличный способ больше никогда не ходить, — говорю я, упираясь руками по обе стороны серфборда и пытаясь — за счет всех мышц пресса, которые я лишь притворяюсь, что имею, — подняться с колен в стойку.

Час назад это казалось прекрасной идеей. Прошлой мне вообще стоит запретить принимать какие-либо решения.

— Расслабься, тут от силы метр воды, — кричит Сорен.

Именно об этом я и говорю.

Понимаете, когда дело доходит до дайвинга или снорклинга, я — простите за редкий прилив уверенности — безупречна. Моя плавучесть? Идеальная. Техника гребка? Отличная. Задержка дыхания при фридайвинге? Потрясающая, спасибо большое. К сожалению, все это никак не помогает, когда ты барахтаешься на плавучей доске, пока трое друзей удерживают ее на месте, а волны пытаются опрокинуть тебя набок.

В конце концов я отпускаю доску и покачиваясь встаю на неслушающихся коленях, вытянув руки в стороны, как нас учили во время короткого инструктажа на берегу. Все… нормально. Не грациозно, не вдохновляюще, но я стою, а это уже хоть что-то значит.

По крайней мере, пока Алана и Сорен, явно в восторге от этого чуда, не ахают от радости и не отпускают доску, чтобы поаплодировать — лишая меня единственной опоры с той стороны и отправляя лететь прямиком в воду. Опять.

Дна я не задела, ничего не сломала, а это, честно говоря, меня волновало больше всего. Мне бы хотелось сказать, что я спокойно отношусь к тому, что у меня что-то не получается. Но это будет ложью. Терпеть не могу чего-то не уметь. И все же, учитывая мою хроническую неуклюжесть и привычку вечно влипать в травмоопасные ситуации, я тренировалась ради этого конкретного момента всю свою жизнь.

Я выныриваю с облепленным волосами лицом и тру глаза, пытаясь избавиться от жгучей морской воды.

— Мне нужно найти саундтрек для этого стихийного бедствия, — говорит Майя, ухмыляясь слишком уж сильно для человека, который наблюдает за мучениями подруги. Она уже несколько месяцев спит и видит, как научит меня серфингу. Я уклонялась от этого столько же — но сегодня был именно тот день, когда захотелось побыть безрассудной.

Мы и так приехали на Норт-Шор ради соревнований по серфингу, в которых позже должен участвовать Тео. Уже несколько дней они ждут идеальных условий. Девчонки все утро ловили мелкие волны, пока я устроилась на полотенце с книгой, делая вид, будто меня это совсем не пугает. Тео, Холден и Нейт появились часа через два — нашли нас благодаря тому, что Алана скинула Тео координаты нашего полотенца, и с тех пор крутились рядом.

Я слышу, как раздается смех Тео, легкий и явно самодовольный, и поворачиваюсь, чтобы злобно посмотреть на него. От этого он начинает хохотать еще сильнее, содрогаясь всем телом, словно это лучшее комедийное шоу, которое он видел в жизни. Ну ладно, хорошо — может, это и правда немного смешно. Особенно когда Майя хихикает рядом, а Сорен делает вид, будто выставляет мне воображаемые баллы за «самое драматичное падение».

И все же тело уже ломит от бесчисленных попыток и падений, и я официально готова отправить доску на покой и отступить в безопасность своего полотенца.

Все четверо мы выходим из воды, ловя на себе несколько взглядов людей на пляже. На что, или на кого, они смотрят, остается только гадать. Компания у нас разношерстная: кожа от светлой до темной, волосы от прямых крашеных Сорен до моих светлых кудрей, да и рост у всех совершенно разный.

На мне темно-синий спортивный купальник — закрытый, с открытой спиной, тонкими лямками и намеком на спортивные амбиции. Он закрывает куда больше, чем изумрудное бикини, в котором я плавала первые несколько раз в Тихом океане, но чуть раньше мои щеки вспыхнули, когда Холден прошел мимо и сел рядом — словно моя кожа физически ощутила его взгляд.

Мы возвращаемся к своим полотенцам, где сейчас сидит только Тео — Холден и Нейт куда-то ушли.

Я роюсь в рюкзаке в поисках худи, которое купила в ночь у костра, и в котором практически жила с тех пор, но рука натыкается лишь на книги и наполовину использованный тюбик солнцезащитного крема.

— Вот блин, — говорю я, опускаясь на корточки и слегка надув губы. — Кажется, я оставила худи в твоей машине, Лана.

Алана оглядывается, аккуратно промакивая полотенцем косички, которые носит последние пару недель.

— Да брось, подруга, оно тебе не нужно. Ты и так выглядишь сексуально.

Я стону. Ладно, спасибо, конечно, но нет — сейчас мне очень хочется спрятаться в кокон из одежды. Тео фыркает и в шутливой обиде поднимает руку, когда я швыряю в него солнцезащитным кремом.

— Она права, — говорит он, кидая его обратно. — Но держи — можешь взять это.

Он протягивает мне большое черное худи с ярким логотипом «Рип Керл» на груди. Я почти уверена, что видела его в серф-шопе, когда мы ходили туда вместе. Оно мягкое, нагретое солнцем и пахнет пляжным воздухом и чем-то знакомым. Я улыбаюсь и надеваю его, натягивая поверх мокрого купальника, после того как усаживаюсь по-турецки на свое полотенце.

Я возвращаюсь к книге, которую читаю в свободное время. В Канаде любую свободную минуту, которую я не тратила на подтягивание учебы или выпрашивание историй у рыбаков — или пару часов на их лодке, — я проводила за чтением. Любовные романы, научная фантастика, немного исторической прозы. Книги по психологии и саморазвитию как-то никогда не заходили. Это многое объясняет.

Здесь, правда, времени на это почти не оставалось. Между парами, дипломом, часами работы с Деймоном и попытками выкроить время на друзей я обычно приползала в комнату, мечтая только о горячем душе и беспамятстве.

Но вот это? Прямо сейчас? Это идеальный момент.

Майя, Сорен и Алана объединились против Тео в бурном споре о том, какая доска лучше всего подходит для волн Норт-Шора. Я слышу, как он изо всех сил старается не козырять фразой «я вообще-то профессиональный серфер», а вместо этого приводит вполне разумные контраргументы.

Не то чтобы это имело значение — их трое, они кричат громче, и я почти уверена, что Майя включила режим троллинга исключительно ради того, чтобы проверить, сможет ли она вывести его из себя.

Я отрываю взгляд от книги как раз вовремя, чтобы заметить, как она широко улыбается и подмигивает мне, пока Тео драматично стонет и падает обратно на свое полотенце, прикрыв глаза предплечьем.

Он подглядывает за мной из-под локтя.

— Веснушка, ну вправь ты мозги своим подругам, пожалуйста.

— Зачем? — хихикаю я. — Ты и сам неплохо справляешься.