Страница 40 из 104
Затем они исчезают в людском потоке, оставляя меня стоять с телефоном в руке и ухающим куда-то вниз пульсом.
И... ладно. Признаю. Мне придется завести новую папку в «Архиве сексуальности Холдена Уилкса», потому что пункт «ладит с детьми» — это категория, о наличии которой у себя я даже не подозревала.
Спустя несколько часов все выглядит так, словно ничего и не было.
За последний час здесь прошлась небольшая армия волонтеров, с привычной эффективностью разобрав каждую палатку. Из аквариумов слили воду и закрепили их, столы сложили, вывески открутили от столбов и погрузили в грузовики. Все это исчезло подобно отливу, оставив после себя лишь влажные следы и несколько затерявшихся в песке пластиковых стяжек, которые я, разумеется, тут же подобрала.
Пляж снова пуст — пока что.
Но вряд ли это надолго. Руководство университета, должно быть, пребывало в исключительно благодушном настроении, потому что сегодняшнее вечернее мероприятие — это полноценный студенческий костер, открытый для любого, кто окажется в радиусе десяти метров от общежития или студенческого билета. А значит, здесь обязательно появятся и местные, и туристы, и как минимум один парень с акустической гитарой.
Команда по разведению костров уже вовсю трудится, складывая массивные деревянные брусья — легко в два моих роста — в подобие геометрического погребального костра, идеального для того, чтобы его сжечь и сделать кучу фоток. К наступлению темноты он разгорится вовсю, и, судя по прохладному бризу с воды, он нам очень пригодится.
Я проверяю время. Если я хочу попасть на это мероприятие — а я хочу, потому что Майя предельно ясно дала понять, что если я отклоню еще хоть одно приглашение «пообщаться с другими живыми существами», меня ждет медленная и мучительная смерть, — у меня просто нет времени бежать в общежитие и переодеваться.
Я все еще в своих черных велосипедках с эмблемой университета на штанине и в подходящей майке, от которой теперь слегка пахнет морской водой. Температура уже начинает падать, поэтому я сворачиваю с песка на тротуар, высматривая ближайший магазинчик АВС. Если повезет, у них найдется худи, которое не будет кричать: «Я съездила на Вайкики, и все, что я получила, — это кофта по завышенной цене», но я не обольщаюсь.
Я успеваю пройти всего квартал, как сквозь шум бульвара до меня доносится мое имя.
— Корали, подожди!
Я оборачиваюсь и вижу бегущего ко мне Тео — само воплощение легкой энергии и кривоватой улыбки. Я останавливаюсь, позволяя ему заключить меня в объятия — из тех, что я уже привыкла ожидать от него, от Майи, от Кая. Знакомые. Безопасные.
— Ты куда? Костер же начинается где-то через час.
— Знаю, — отвечаю я, улыбаясь в ответ. — Но я не взяла сменную одежду и боюсь, что замерзну. Подумала, надо бы раздобыть худи.
Он наклоняет голову набок.
— Я могу одолжить тебе свое, если хочешь.
Предложение хорошее: дешевле, уютнее, экологичнее. Но я и так собиралась заменить свое единственное университетское худи. Я объясняю это, и Тео кивает с таким видом, будто я только что изложила блестяще аргументированную диссертацию.
— Ладно, ладно. Я знаю одно место. Пошли.
Мы ровняем шаг, лавируя в потоке пешеходов, пока он начинает рассказывать мне про хаос у своего стенда. Судя по всему, там все переросло в полноценное соревнование между группой подростков, которые пытались как можно быстрее потопить пластикового серфера в волновом лотке.
— Это было уморительно, — говорит он, качая головой. — Холден уложил его секунды за три, не больше.
Я игнорирую легкий трепет внутри при упоминании его имени.
— А что там была за женщина, которая кричала на вас обоих?
Тео всплескивает руками в крайнем возмущении.
— О господи. Она без конца задвигала про свою собственную настоящую парусную лодку и про то, что та ни разу не переворачивалась. Заявила, что наш эксперимент — бред собачий. Холден попытался объяснить ей переменные, задействованные в демонстрации: течения, уклон, конструкцию лодки, но она просто перебила его и велела идти на уроки.
Я моргаю.
— Пожалуйста, скажи мне, что она не знала, кто он такой.
— Сто процентов не знала, — смеется он. — Честно говоря, это было даже здорово. Полезно для его эго. Сбивает спесь.
Я фыркаю, потому что ничто не способно сбить спесь с Холдена. Но мысль о том, что кто-то отмахнулся от него, как от заносчивого студента с дефицитом знаний, признаться, забавляет.
Через несколько минут мы добираемся до магазина Рип Керл, зажатого между двумя более крупными и глянцевыми точками масс-маркета. Тео придерживает для меня дверь, продолжая болтать.
Он останавливается, когда к нам подбегает парень, чей ДНК выглядит так, словно его скопировали и вставили прямо из Тео: весь такой выгоревший на солнце блондин в пляжных шортах. Эти двои пускаются в рукопожатие, которое начинается как «дай пять», а заканчивается чем-то из разряда секретных обществ.
— Как сам, бро? — говорит Тео, и в одно мгновение превращается в того самого калифорнийского парня-с картинки, каким я его себе и представляла при первой встрече. — Корали, это Нейт. Он тоже профессиональный серфер.
Нейт одаривает меня легкой, кокетливой улыбкой, после чего погружается в какую-то местную историю с Тео — что-то про рифовые брейки и прошлую волну, — пока я неловко топчусь рядом. Я использую эту паузу, чтобы осмотреть магазин: ряды гидрокостюмов, рашгардов, футболок с принтами в виде закручивающихся волн и карт островов. Мне так нравится это на Гавайях — то, что океан здесь не аксессуар и не развлечение на выходные. Он внедрен повсюду. Присутствует в их шкафах, в их языке, в самом ритме повседневной жизни.
В конце концов Тео отрывается от Нейта и машет мне в сторону женского отдела.
— У меня тут типа дикая скидка, — говорит он с подмигиванием. — Так что это обойдется тебе практически по цене кокоса.
Я приподнимаю бровь, но иду за ним к вешалке, перебирая худи с одной стороны, пока он делает то же самое с другой. Спустя пару мгновений он выуживает одну — ярко-синюю, мягкую на ощупь, с изогнутым логотипом Рип Керл печатными буквами на груди.
Как только я ее вижу, я сразу понимаю: это она.
Он замечает выражение моего лица и расплывается в улыбке.
— Да, это прямо твое, Веснушка.
Без лишних вопросов он находит мой размер — безошибочно, аж бесит — и протягивает мне. Я направляюсь к кассе, пока он тащится следом, явно довольный собой.