Поцелуй меня шёпотом

Глава 33. Яна

Весь вечер я провела в постели в попытке отвлечься на чтение. В стоявшей тишине звук хлопнувшей входной двери заставил меня вздрогнуть. Но еще больше я дернулась, когда дверь в комнату распахнулась, и на пороге я увидела промокшего до нитки и хмурого брата.

– Вадим, ты чего? – забеспокоилась я и поднялась с кровати: – Давай я тебе ванну наберу, ты сырой весь.

– Не сейчас, – отрезал он и взял меня за руку. – Пойдем.

– Куда? – Я еле успела влезть в тапочки, прежде чем брат вывел меня из квартиры в подъезд. Поняв, что мы направляемся домой к Егору, я постаралась его чуть притормозить. – Что случилось-то? – Но Вадим лишь крепче стиснул мою руку и молча потащил дальше.

В квартире Исаева было неприятно-мрачно и темно. Я, думая уже едва ли не о самом страшном, решила все же проследовать за братом и оказалась вместе с ним в зале.

Щелкнул выключатель, и внезапно загоревшийся свет ослепил меня. Проморгавшись, я смогла рассмотреть стоявшего у окна скрестив на груди руки и прислонившись бедрами к подоконнику Егора. Такого же мокрого как Вадим, но еще более хмурого и смотрящего куда-то нам под ноги.

– Значит так, – категорично заявил брат и наконец отпустил меня. – Вы тут давайте разбирайтесь, а я вернусь через полчаса.

– Вадь, но… – попыталась поспорить я, но под его непривычно строгим взглядом замолкла.

Кинув напоследок не менее суровый взгляд на друга, Вадим вышел не только из зала, но и из квартиры.

Повисла неловкая тишина. Покосившись на Егора, я отметила, что он продолжал все так же насупившись смотреть в пол. Пользуясь возможностью, я окинула его быстрым взглядом. Потемневшая от влаги футболка, насквозь сырые штаны, свисающие слипшимися сосульками волосы, дождевые капли на лице и предплечьях. А еще – покрасневшие костяшки пальцев на правой руке.

Мы сильно поссорились, он не отвечал мне, он предпочел другую, и мне бы стоило отпустить его и не думать о его проблемах. Но я не могла.

– Ты с кем-то подрался? – было первое, что я осмелилась спросить.

Егор продолжал молчать, игнорируя меня. Как будто бы даже и не заметил, что я нахожусь здесь.

Я тихо вздохнула.

– Тебе нужно переодеться. Простынешь, – вновь решилась подать голос я и внезапно столкнулась с недовольно сверкнувшими карими глазами.

– А может, я специально хочу заболеть? Чтобы твой брат не водил тебя сюда больше.

Ну надо же, оказывается, заметил.

– Дурак, – бросила я и направилась в ванную. Сняв с крючка ближайшее полотенце, вернулась в зал и, подойдя к Егору, протянула ему. – Вытри хотя бы голову. Пол весь сырой.

Исаев хмыкнул, с насмешкой глядя на меня:

– Так ты за пол переживаешь? Так бы сразу и сказала.

Закусив губу, я кинула в Егора полотенцем и развернулась в сторону выхода из зала.

– Мне нечего здесь делать.

– Ты все равно не сможешь никуда уйти.

Я обернулась и с недоумением уставилась на Исаева, лениво и будто бы нехотя протиравшего полотенцем шею.

– Вадим закрыл нас снаружи, – пояснил он, пожав плечами. – Отобрал у меня ключи и запер. Ты разве не слышала, как провернулся замок?

И правда, я даже не обратила внимания.

Тридцать минут наедине с Исаевым. После всего произошедшего. Никогда бы не подумала, что мой брат – садист.

– Зачем я тебе был нужен, Ян? – Егор опустил голову и теперь смотрел на полотенце в своих руках.

Если бы он не поступил так со мной и не вел себя, как последний идиот, я бы подошла к нему и обняла, несмотря на то, что он все еще мокрый – настолько обреченный был у него вид.

Подавив в себе жалость, я прошла к стоявшему возле выхода из зала столу, прислонилась к нему и оперлась ладонями о край.

– Странный вопрос.

– Какой есть.

– Может, потому что я тебя любила?

– А сейчас что? Разлюбила?

Я снова посмотрела на Егора. Он выжидательно смотрел на меня в ответ, а в его голосе прозвучала такая чудовищная ирония, что сердцу стало почти физически больно. Глядя ему прямо в глаза, я произнесла:

– К сожалению, нет.

Я видела, как на какую-то едва уловимую долю секунды выражение лица Егора переменилось, но не успела уловить проскользнувшую эмоцию. Зато заметила, как дернулся его кадык и как он увел взгляд в сторону.

– А зачем тебе была нужна я?

Пронзительные карие глаза вновь вернулись ко мне.

– Я думал, что смогу тебя полюбить.

Теперь пришла моя очередь уводить взгляд.

Я стиснула край стола, чтобы унять накрывшую меня дрожь.

– Ты снова встречаешься с Алей?

– С чего ты взяла?

– Сложно не догадаться…

Несколько секунд Егор молчал прежде чем спросить:

– Ты была в «Квинсе»?

Я кивнула, продолжая впиваться пальцами в стол и глядя в пустоту перед собой:

– Я переживала, писала тебе вчера весь день. Спросила у Дениса, не знает ли он, где ты. Он сказал, что ты в клубе. Я поехала с ним, хотела убедиться, что ты в порядке и поговорить, но… – Я не смогла продолжить, вспомнив картину, представшую перед моими глазами по приезде в клуб.

– Осуждаешь меня? – спросил Егор.

Я повела плечом, стараясь сделать вид, что мне безразлично, хотя все внутри хотело кричать от безысходности:

– Это твой выбор.

В комнате снова повисла тишина. Такая тяжелая и гнетущая, что было трудно дышать.

Наше угрюмое молчание, полное обид и непонимания, прерывали лишь капли дождя, все еще стучавшие по карнизу за окном.

Я мысленно хмыкнула. Какая ирония. Мои счастливые дни с Егором были скрашены солнцем и теплом, а когда все разрушилось – ясная погода сменилась ливнями и грозами.

Грудь сдавило не то от невозможности вдохнуть полной грудью, не то от тоски. Почувствовав, как пальцы заныли от длительного напряжения, я отпустила край стола и скрестила руки на груди, а затем покачала головой:

– Не понимаю, зачем Вадим запер нас здесь. Не могу находиться с тобой в одном помещении.

– Я с тобой тоже.

На миг прикрыв глаза, я устало вздохнула.

– Может, все-таки скажешь наконец, что я тебе сделала?

– Не надоело строить из себя дурочку?

Я скрипнула зубами, опустила руки, стиснув их в кулаки, и снова посмотрела на Исаева.