Страница 90 из 100
Глава 32. Егор
Я продрых до обеда и проснулся в таком состоянии, будто не спал вообще.
Чуть не споткнувшись об возмущенно орущего и некормленного со вчерашнего утра Лиса, я побрел на кухню, дал ему еды, а сам выпил залпом два стакана воды в попытке облегчить давящий сушняк.
Сходил в душ, параллельно с этим вспоминая произошедшее накануне. Яна, фотографии, несколько часов езды по городу и окрестностям, клуб, алкоголь, Сизова… Я потер лицо. Черт. Я сосался с Сизовой. А впрочем, какая теперь разница, с кем?
Сегодня гонка – отличный повод отвлечься, поэтому я постарался отбросить все лишние мысли, приводя себя в порядок и готовясь к выезду.
Уже по дороге на место я понял, что гонки могут накрыться медным тазом – над городом собирались тучи. И от этого было досадно вдвойне, поскольку предыдущие недели было ясно и солнечно, а испортиться погода решила именно сейчас, когда мне нужно максимально погрузиться в любимое дело, чтобы не думать ни о чем.
Тем не менее, на месте оказалось немало оптимистично настроенных ребят.
Я поддался общему приятно взбудораживающему настрою и общался с друзьями и знакомыми, ожидая начала гонки.
– Здаров, – послышалось позади, пока я болтал с одним из участников будущего заезда, и на мое плечо легла чужая рука.
Я обернулся и увидел Макарова. Досадно, но в первый раз в жизни при виде друга я испытал раздражение.
– Привет. – Я пожал ему руку.
Вид у Вадима был серьезный.
– Можем поговорить? – спросил он.
Я кивнул парню, с которым мы общались до этого, и двинулся вслед за другом.
Отойдя чуть в сторону от общего скопления народа, Макаров остановился и повернулся ко мне, скрестив на груди руки.
– Что у вас с Яной произошло? – не ходя вокруг да около, спросил он.
Я облизнул губы. Разумеется, он должен был попытаться выяснить. Вадим слишком любил сестру и слишком небезразличен к моей жизни.
– Тебе не понравится, – сказал я.
– Может, ты скажешь, и я сам решу, понравится мне или нет? – В его голосе появились язвительные нотки.
Я мотнул головой и увел взгляд в сторону в поиске подходящих слов. И нужно же было в этот самый момент мелькнуть в толпе знакомым светлым волосам и футболке. За вчерашний день они впечатались мне в память надолго.
Он приехал на мою территорию. На мои гонки. Увел мою девушку. И имел наглость снова объявиться здесь и довольно улыбаться, беседуя с кем-то из моих друзей.
Кровь вскипела в венах. Перед глазами мелькнула красная пелена. Я стиснул кулаки и сорвался с места.
– Герыч! – позвал Вадим, но я не слышал и не видел больше ничего, кроме этой самодовольной рожи, которую намеревался как следует преобразить.
Приблизившись к Илье, я успел только заметить его удивленно округлившиеся при виде меня глаза, а затем с размаху врезал ему по лицу.
Раздались испуганные крики. Кто-то звал меня по имени, но я был слишком занят тем, что налетел на своего потерявшего концентрацию противника, одной рукой схватил его за грудки, а второй еще раз как следует всадил по другой скуле, а затем ударил кулаком в солнечное сплетение. Илья согнулся, хватая ртом воздух, а я взял его сзади за шею и, удерживая, еще несколько раз ударил в живот.
В ушах стоял гул, перед глазами все сверкало. Я приготовился взять Илью второй рукой и ударить со всей дури коленом по лицу, но меня обхватили сразу несколько рук и принялись оттаскивать от этого урода.
Я яростно зарычал, вырываясь.
– Исаев, твою мать! – заорал мне прямо на ухо сейчас лишь отдаленно узнаваемый голос. – А ну успокойся!
Сделав еще несколько бесплодных попыток освободиться, я все же немного пришел в себя и понял, что меня удерживало сразу трое человек, одним из которых был Макаров. Прежде чем бледное от ярости лицо друга заслонило мне обзор, я успел заметить, как все еще согнувшегося и отплевывающегося от крови Илью поддержали какой-то парень и из ниоткуда подоспевшая Сизова. И эта туда же…
– Герыч! – Вадим завладел моим вниманием, обхватив лицо ладонями и крича на меня благим матом. – Ты чего устроил, придурок? Что за шоу? Успокаивайся давай!
Я невидяще смотрел на него, тяжело дыша и слыша, как кровь болезненно пульсирует в висках.
– Ты совсем охренел? Что с тобой такое?
– Отпустите, – грозно процедил я.
– Чтобы снова пошел ему морду бить?
– Нет.
Вадим с сомнением осмотрел меня, а затем убрал ладони от лица и отошел на шаг. Хватка с двух сторон ослабла, и я тряхнул плечами, избавляясь от удерживавших меня рук.
– Пойдем отсюда, – успокаивающим тоном сказал Макаров.
Я кинул взгляд на спину уводимого подальше от меня Ильи.
– Сам разберусь, – бросил я и, вновь стиснув кулаки, пошел к своему мотоциклу.
– Ты куда? – кричал сзади Вадим.
Я промолчал, подхватывая и надевая шлем.
Макаров снова выругался и, схватив меня за плечо, рывком развернул к себе.
– Куда ты собрался? Сейчас ливанет.
Только сейчас я обратил внимание, что на улице и в самом деле стал накрапывать дождь.
– Проветрюсь. – Я скинул руку друга и сел на Босса.
– Герыч, ты уже дел натворил. Еще хочешь? – продолжал убеждать меня Вадим.
Я невольно вспомнил вчерашнее утро, когда его сестра точно так же пыталась уговорить меня не уезжать, и перед глазами всплыло ее лицо. Обозлившись еще больше, я завел двигатель.
– Исаев! – предупреждающе прикрикнул Макаров.
Так и оставив его без ответа, я выехал с парковки в сторону трассы.
Меня не покидало мерзкое осознание того, что привычный мир рушился.
Я не понимал, что должен делать для того, чтобы сохранить хотя бы то, что осталось. Я слишком зависим от эмоций. Я не контролировал себя.
Надрался и поцеловался с девушкой, которую терпеть не мог, избил парня, приехавшего на мои гонки, поссорился с лучшим другом. И все из-за одного человека.
Сквозь шум дождя я с трудом расслышал знакомый рев. Глянув в боковое зеркало, рассмотрел и знакомые фары с голубоватым отсветом. Я прибавил скорость, не желая быть нагнанным Макаровым.
Пуля стремительно приближалась, а Вадим принялся мигать, показывая, чтобы я остановился. Чтобы что? Чтобы подраться еще и с ним? Я был слишком зол и мог не сдержаться. А если я ударю еще и не виноватого ни в чем Макарова, я себя никогда не прощу.
Я ускорился еще, хотя из-за дождя это было небезопасно, но лучше так, чем связываться с Вадимом.