Страница 72 из 174
Я не сажусь на скамью, но подхожу ближе, устраиваясь на густой кочке травы у самой воды. Срываю несколько стеблей и принимаюсь сплетать их в венок. Мы делали точно так же с мамой, когда я была маленькой; река, у которой мы порой пропадали, была куда менее ухоженной, чем эти роскошные сады, но нам всегда удавалось отыскать достаточно красивых цветов и прочных травинок, чтобы наши творения держались.
Я сосредоточенно пытаюсь закрепить в венке веточку белых бутонов, когда король нарушает молчание:
— Некоторые шрамы на твоей груди выглядели гораздо старше всего того, что мог оставить Гарет. Такие же старые, как те, что вокруг твоего глаза.
Я замираю.
К чему он заводит этот разговор?
С трудом сглотнув, я кладу недоделанный венок на колени и прижимаю ладонь к самому крупному шраму на груди. Этот конкретный след остался после той стычки с отморозками, осквернявшими могилы в Халвгейте. Вокруг него теснятся другие, поменьше — сувениры из Эмберфолла, как и мой глаз, а еще парочка досталась со времен тех заданий, что пошли наперекосяк.
— Откуда они? — спрашивает Рив.
— Я не помню.
— Большинство из них не похожи на те, что можно просто так взять и забыть.
— Поверь мне: со временем перестаешь считать, откуда взялась очередная боль.
Его грудь поднимается и опускается в глубоком вздохе, но он не продолжает расспросы.
Мы молча сидим несколько минут, каждый погруженный в собственные мысли. Солнце клонится к закату, окрашивая его фигуру в тона, которые кажутся продолжением его собственной сути — они вновь напоминают мне историю, рассказанную им прошлой ночью, о драконах, укравших огненные краски у самого солнца. От этого сияния трудно заставить себя не бросать на него взгляды.
В конце концов я снова замечаю шрамы на его предплечьях и вспоминаю Арло с его вечно закрытыми перчатками руками, и украшения из драконьей чешуи, которые вечно носит их сестра…
Неужели они все пытаются скрыть нечто подобное?
Я хмурюсь, обдумывая эту мысль, а затем смотрю на него и прочищаю горло.
— А как насчет твоих собственных шрамов?
— Боюсь, я тоже сбился со счета, — произносит он после паузы. — Забавно, как это бывает.
— И не говори.
Наши взгляды встречаются. Задерживаются. Второй день подряд мы заходим в тупик — но на сей раз именно он прерывает затянувшуюся паузу, поднимаясь на ноги и вежливо кивая мне.
— Хорошего дня, Пепельный Странник. — Его глаза на секунду останавливаются на венке у меня на коленях, прежде чем он разворачивается и уходит.
Я бросаю этот проклятый венок в речушку вслед за ним, наблюдая, как быстрое течение разносит его по стеблям, и гадая, что же должно произойти, чтобы наконец распутать клубок тайн короля Мурена.