Страница 25 из 94
— Нет, это потрясающе, это просто невероятно! Могу я принять ванну прямо сейчас? — спросила я.
— Конечно. И хотя здесь никого нет, просто чтобы вы знали: стекло устроено так, что изнутри видно всё, а снаружи — ничего. Это фишка Генри. Иногда он любит смотреть на звезды и принимать ванну.
Ну конечно любил. Я могла представить его обнаженное тело, лежащее в этой ванне и смотрящее на созвездия наверху. Горячее и придумать было нельзя. Но стоило моему телу начать покалывать от предвкушения, как желудок скрутило, и меня мгновенно затошнило. Вспомнив историю о его родителях и то, как сильно она перекликалась с моей собственной. Не поэтому ли он смотрит на звезды?
— Я вас оставлю, — произнесла Джеки, открывая шкафчик справа от нас и протягивая мне два теплых полотенца. — Все полотенца, туалетные принадлежности и всё необходимое вы найдете здесь, а гардеробную я обустроила прямо снаружи ванной справа. Просто нажмите круглую кнопку дважды, и она откроется. Если понадобится что-то еще, в каждой комнате на стенах установлены панели управления. Просто наберите единицу, и вы получите прямую линию со мной.
— Спасибо, Джеки, это потрясающе. Правда, спасибо!
Она кивнула и исчезла из ванной, закрыв за собой дверь.
Я подошла к краю ванны, впитывая взглядом окружающую зелень. Я так долго не бывала на природе, не говоря уже о таком ее изобилии. Даже просто глядя на нее, я ощутила уровень спокойствия, который испытывала только после встречи с Генри. Мысль о том, чтобы снять одежду и нырнуть в эту ванну, заставляла меня чувствовать себя королевой этого острова. Я была Джейн для его Тарзана. Я стянула топ и бросила его на пол рядом с собой. Невероятное чувство свободы.
Окунув палец в воду, я отпрянула, услышав сзади открывание двери. Мое сердце замерло. Я была шокирована, увидев в проеме Генри.
— Что ты здесь делаешь? — выдавила я, едва не поперхнувшись собственными словами.
Я вовсе не хотела звучать грубо. Просто не ожидала, что он войдет. По плану мы должны были встретиться за обедом, но теперь он стоял передо мной, а я была без верха, в одном лишь телесного цвета бюстгальтере. Но пока я стояла как вкопанная, его взгляд даже не опустился ниже моих глаз.
— Прости, я... — Его лицо оставалось неподвижным, голос запинался. — Я не то чтобы... ммм... — Он сглотнул, и я понимала, что веду себя странно, но от того, как он заикался, мне становилось только жарче. Может, этот момент во что-то перерастет, к черту этот лифчик. По крайней мере, я могла его помучить. Я была здесь, и пути назад не осталось.
— Что? Ты не ожидал увидеть меня в ванной без верха? — спросила я.
Щеки Генри ярко покраснели, и он уставился в пол. Но с его губ сорвался легкий смешок.
— Прости, сам не знаю, чего я ожидал. Вообще не думал. Я буквально зашел за тем, чтобы забрать твою рубашку и постирать, пока она не испачкалась окончательно, — сказал он, снова мельком глянув на меня, хотя его глаза всё еще тщательно избегали опускаться ниже моих глаз.
Он сделал пару шагов ко мне; чем ближе он подходил, тем сильнее колотилось мое сердце, а тело начинало нагреваться. Он встал передо мной, осторожно наклоняясь, чтобы поднять брошенную рядом рубашку.
— Это всё, чего ты хочешь? — спросила я, замирая и следя за каждым его движением.
Я играла с огнем, но ничего не могла с собой поделать. Мне это нравилось. И то, как он замер на секунду, погруженный в раздумья над моими словами... О, многое бы я отдала за то, чтобы узнать, что именно проносится у него в голове. Мы снова оказались заперты в нашем вихре — том зрительном контакте, из которого, казалось, я никогда не смогу вырваться, да и не хотела. Разве что для того, чтобы он обнял меня, страстно поцеловал сначала в губы, потом в шею, пока его прохладные руки скользят по моему телу, раздевая меня, прежде чем поднять и взять прямо здесь, в этой ванне позади. Я почти слышала собственный крик экстаза, устремив взгляд в облака. Я слишком увлеклась этой фантазией, слишком погрузилась в то, что, как мне казалось, должно было произойти, и последнее, что я могла вообразить, — это то, что происходило на самом деле прямо перед моими глазами.
Генри взял мою рубашку обеими руками, разглаживая пятно от алой крови и поднося ее к губам. Он бросил на меня последний взгляд, прежде чем опустить голову и закрыть глаза. Красное пятно исчезло у него во рту. Он втянул его в мгновение ока, его губы двигались по хлопку так, словно моя кровь была лучшим из всего, что он когда-либо пробовал на вкус. Лучше шоколадного торта, и хотя его глаза были закрыты, я была уверена, что сейчас они закатываются под лоб, а складка между бровей выдавала охвативший его экстаз. Когда он наконец вытащил рубашку изо рта, он откинул голову назад, судорожно хватая ртом воздух и издав тихий стон. Затем он снова посмотрел на меня самыми безумно чистыми глазами, какие я только у него видела.
— Что это такое? — растерянно произнесла я, застыв на месте.
Я не знала, что думать и что делать. Логика подсказывала, что это странно. Но то, как он выглядел, когда слизывал пятно крови с моей рубашки... я не могла выбросить эту картинку из головы. Он поглощал ее, слизывая каждую капельку. Ему нравилось, черт возьми, ему по-настоящему это нравилось. От этой мысли мои бедра непроизвольно потянулись к нему. Если он способен на такое из-за одного пятна, страшно представить, что он может вытворить со мной. Всё это выглядело безумием. Это было неправильно. Разве нет? И вообще, что это было? И почему мне это, черт возьми, так нравилось?
— Это тот момент, когда ты говоришь мне, что ты вампир? — пробормотала я, все еще ожидая ответа.
Но это разрушило его сосредоточенность: уголки его губ приподнялись, и он тихо усмехнулся. О боже, как же сильно я его хотела. Я была сбита с толку до предела, но это ничуть не убавило пожар между моих ног.
Он засунул мою рубашку за пояс своих джинсов, после чего положил руки мне на бедра. Он крепко сжал их и притянул меня к себе. На этом моя глупая маленькая игра подошла к концу. Я больше не контролировала ситуацию. Да это было и не важно. Он уже показал мне розу, он хотел меня, он хотел этого, он хотел нас, и это был тот самый момент, когда я должна отдать ему всё это. Себя целиком. Лучшую версию себя.