Брачный приговор

Глава 38

Стоило Дедее переступить порог храма, как её окутали полумрак и запах воска. Световые шары под потолком горели тускло, наполняя святилище густым, зыбким сумраком, в котором стены казались покрытыми дрожащими тенями.

Опухшая от слёз, с красными воспалёнными глазами, она чувствовала себя маленькой, жалкой и ничтожной – не той, кто ещё недавно помыкал законной герцогиней, а обычной испуганной женщиной, которая не знала, куда бежать и у кого искать защиты.

Не в силах больше стоять на ногах, Дедея опустилась прямо на холодные каменные плиты. Ей было тяжело дышать, огромный живот мешал наклоняться, но она терпела.

В храме стояла такая тишина, что женщина слышала неровный стук собственного сердца.

Выдохнув, Дедея постаралась сосредоточиться, затем извлекла из кармана небольшой кожаный мешочек и высыпала его содержимое на алтарный камень. Звеня и поблёскивая в тусклом свете, на гладкую поверхность упали золотые монеты. Следом высыпались несколько крупных рубинов и изумрудный кулон с россыпью бриллиантов – её самая большая ценность. Дедея берегла их на чёрный день, и вот он настал…

– Духи предков, я пришла к вам не с пустыми руками. Если этого мало, я готова принести любые дары, любую жертву, только помогите мне.

Она замолчала, прислушиваясь, но духи не отвечали. Тогда, торопливо и сбивчиво, выплёскивая всё, что накопилось за эти долгие, мучительные месяцы, она продолжила:

– Я не знаю, что делать! Лорд Виллем больше не желает меня знать. Даже не замечает, а когда я сама прихожу к нему, прогоняет или смотрит как на пустое место. А ведь он дал мне власть над своей женой, позволил помыкать ею, ласкал меня, задаривал нарядами и драгоценностями, позволил быть хозяйкой в его замке. Что это значило, если не желание прогнать нелюбимую жену и взять меня, ту, кто носит его наследника? Но как только его недотёпа-жена отправилась погостить к отцу, герцога словно подменили. А теперь всё стало совсем плохо.

Она всхлипнула:

– Недавно я случайно услышала, что милорд собирается после родов отправить меня в бордель, а нашего малыша отдать в приют.

Дедея замолчала, переводя дыхание, и вдруг почувствовала, как в храме заметно похолодало. Тишина давила, духи не отвечали, и ей стало не по себе – будто кто-то невидимый смотрел на неё из темноты и не спешил на помощь.

– Моя семья меня не примет, – продолжила она, торопясь высказаться, пока её не прервали. – Отец отрёкся от дочери, когда я стала любовницей его светлости. Мне некуда возвращаться, не у кого просить помощи, а герцог хочет отнять ребенка, а меня сделать падшей женщиной.

Она подняла голову и посмотрела на алтарь.

– Духи, я умоляю вас, вразумите лорда Виллема! Заставьте его одуматься и вспомнить, что я ему отдала свою невинность. Пусть он поймёт, что я не враг ему, не обуза и не помеха. Я хочу быть его женой, хочу, чтобы наш сын носил имя отца. Хочу, чтобы его светлость гордился нами, а не стыдился или прятал от мира свою женщину и сына. Также я не хочу, чтобы он сам бегал от нас, как от чумы. Вразумите своего потомка и напомните ему, что мой малыш – наследник вашего рода!

Она замолчала, ожидая ответа. Секунды тянулись бесконечно, и её уверенность таяла с каждым мигом, сменяясь липким, холодным страхом. А потом воздух дрогнул, и многоголосый шёпот разлился под сводами храма.

– Ты просишь за того, кто не достоин верности, – произнесли духи. – Ты любишь не человека, а своё отражение в его глазах. Ты хочешь не счастья, а власти. Ты не мать, которая думает о ребёнке, ты женщина, которая боится потерять то, что никогда ей не принадлежало.

Дедея замерла, не в силах вымолвить ни слова.

– Ты должна сделать выбор, Дедея. Что для тебя важнее: остаться с герцогом, но потерять сына? Или сохранить ребёнка, но навсегда расстаться с его светлостью?

– А нельзя ли сохранить и сына, и герцога? – прошептала она, уже зная ответ.

– Нет, – голос духов был твёрд и безжалостен. – Ты должна выбрать что-то одно.

– Но как я могу решить, от кого отказаться, если они связаны? – воскликнула она. – Мальчик навсегда привяжет ко мне лорда Виллема. Если бы не беременность, герцог давно бы меня отослал. С другой стороны, если я выберу ребёнка и откажусь от возможности стать герцогиней, то на какие средства мы с сыном будем жить? Мне нужны оба, иначе я останусь ни с чем.

– Ты должна принять решение здесь и сейчас, – повторили духи. – Иного пути для тебя нет.

– Тогда помогите мне! – прикрикнула Дедея. – Что будет, если я откажусь от сына и останусь с герцогом? И что будет, если выберу ребёнка, но потеряю его светлость?

Духи ответили без промедления, словно только и ждали:

– В первом случае ты скоро станешь герцогиней и родишь мужу других детей, но ваши отношения это не улучшит. Во втором – ты тоже выйдешь замуж, но не сразу, а через несколько лет. Твоим супругом станет владелец скобяной лавки, вдовец с двумя малолетними детьми. Он человек неплохой, не обидит ни тебя, ни твоего сына. С ним ты проживёшь долго, в уважении и достатке.

Дедея вспыхнула.

– Я и какой-то мелкий лавочник? – воскликнула она с возмущением. – Вы предлагаете мне выйти за вдовца, да ещё и с двумя чужими детьми? Нет, такое мне не подходит. Потом – что значит – не улучшит отношения? Вы ошибаетесь – если я стану супругой Виллема и подарю ему наследников, он будет с меня пылинки сдувать!

Она выпрямилась, положила руки на живот и решительно произнесла:

– Я выбрала: забирайте этого ребёнка! Я остаюсь с его светлостью.

– Даже не спросишь, что произойдёт с твоим малышом? Неужели тебе совсем его не жаль? – спросили духи.

– Вы же сами сказали, что у меня будут другие дети, а этот… что ж, значит, у него такая судьба, – холодно произнесла Дедея. – Мой выбор очевиден – я хочу стать герцогиней.

Она замолчала, с вызовом глядя на алтарь. Будто ждала, что духи начнут её отговаривать или осуждать.

Но в храме снова повисла такая тишина, что Дедея на несколько мгновений испугалась: вдруг своим выбором она прогневала предков Виллема? Всё-таки плод её чрева – их потомок, а она здесь чужачка.

Однако духи, хранители этого древнего места, видели многое и знали, что правда не всегда бывает красивой, а решения – простыми и лёгкими.

– Ты сделала свой выбор, – наконец прозвучало под сводами. – Ступай в замок и жди. В ближайшие дни твоя просьба будет исполнена.