Претор

Остальные люди мне тоже знакомы, но все-таки довольно условно. Разве что по сигнатурам — большинство из них студенты второго курса, а вот с нашего кроме знакомых мне людей и нет никого. Впрочем, почти всех, кроме одной мне незнакомой девушки, очень похожей на Риту, я так или иначе видел.

Что Ольга, что старшая Сабурова выглядят лет на восемнадцать-двадцать — без возраста, свежо и как-то по-домашнему уютно. Старшая смотрит на сестру с лёгким пониманием во взгляде, улыбается — и не делает ни малейшей попытки её остановить. А Ольге старшая Сабурова точно обрадовалась.

Маргарита обнимает Прозоровскую, потом поворачивается ко мне.

— Максим!

Обозначаю поцелуй руки девушки.

— Ой, Максим, — смеётся она, — ты такой старомодный. Хотя в этом есть определённая прелесть. Пойдёмте, я вас со всеми познакомлю.

Маргарита тянет нас в зал, но краем глаза замечаю, что она несколько раз бросает на меня короткий взгляд. Не любопытный совсем, скорее проверочный. Как будто хочет убедиться, что я — настоящий и никуда не денусь. Ни разу за всё время, что она меня знает, я на подобных мероприятиях и не был.

Маргарита, ведет нас через зал.

— Ну не получалось у меня, — с лёгкой, почти виноватой улыбкой говорю. — Всё время что-то мешало. И вот — неожиданно выбрался.

— Оль, ну мою сестру ты наверняка помнишь. — Маргарита подводит нас к темноволосой, очень красивой девушке, которая на неё очень похожа. Сестра Риты смотрит на Ольгу с узнаванием во взгляде и с легкой смешинкой.

— Привет, подружка. — с непонятным, но добрым выражением говорит Прозоровская.

— Максим, это моя старшая сестра Катерина, — представляет Маргарита. — Весь этот небольшой кружок по интересам — в общем-то больше её детище. Я больше приняла эстафету.

Старшая Сабурова с улыбкой кивает нам обоим.

— Привет, Оль. Жалко, что я тебя не видела последние несколько лет. Ты же не исчезнешь опять?

— Нет. — Ольге с улыбкой качает головой. — Больше в этом необходимости нет.

— Расскажешь? — с явным интересом спрашивает сестра Маргариты у Ольги.

— Куда ж я теперь от тебя денусь? — вздыхает Ольга.

Довольная Катерина переводит взгляд на меня.

— Вы, значит, тот самый неуловимый Максим Рысев? — в её голосе читается именно то, что и должно: лёгкое веселье и любопытство, умело упакованное в светскую любезность.

— Правильно, — отвечаю, зеркаля её улыбку. — Но почему же неуловимый? Видите — сейчас вы меня поймали.

Слегка развожу руками. Екатерина слегка смеется. Смотрит с интересом, даже несколько изучающе, но без неловкости.

— Оль, он всегда такой? — поворачивается она к Прозоровской.

— Да, — с лёгким весельем вздыхает та. — Всегда говорит то, что думает, и вообще не следит за словами.

— Это мило, — заключает старшая Сабурова с видом человека, сделавшего неожиданный и приятный вывод. — Неожиданный глоток свежего воздуха. Прошу вас — когда Рита представит вас нашим гостям, вернитесь всё-таки ко мне. Мне очень интересны ваши приключения, о которых ходит столько слухов и почти легенд.

— Я практически уверен, что всё преувеличивают, — качаю головой. — Ничего особо героического в моих приключениях нет. Всё от безысходности.

— Конечно, конечно, — с интонацией человека, которому не верят ни единому слову, отзывается она, — была бы рада услышать о такой безысходности.

И стреляет глазами в мою сторону, не вызывающе, а словно случайно. Скорее даже с непринужденностью, которая приходит с практикой.

Ну, что сказать. Старшая Сабурова — очень красивая девушка, немного другого типа, чем ее сестра. Изящная фигура, белая кожа, лёгкость в общении и чувство юмора. Тёмные волосы, неожиданно зелёные глаза, тонкие черты лица — всё это в совокупности даёт ей вполне очевидное основание считать себя одной из записных красавиц Новгорода. С другой стороны, у всех моих знакомых с этим, проблем вообще нет — что Прозоровская, что Сабурова, что Васильчикова — безусловные красавицы. Просто разные. Но эмоции вызывают все.

Отходим от Катерины. Начинаем наш променад по залу в компании с Ритой. И начинаем его с Васильчиковых. Здороваюсь. Ольга и Олег тоже неподдельно рады меня видеть. И неожиданно слышу почти громко произнесенную фразу:

— Пфф, слухи. А так… Нищеброд просто. Рода нет, на нём только серебро, да и подвиги его усиленно разрекламированы. Службами. Просто проект Его Величества, и не более того.

Оборачиваюсь. Тот самый парень, который до нашего прихода стоял рядом с Сабуровой в небольшой компании рассуждает, очевидно, обо мне. Имён только не называет.