Страница 52 из 78
Глава 15
Впервые за полтора года усиленной подготовки градус напряжения взлетел до немыслимых высот. Мы перешли в режим тотальной мобилизации, где каждая минута была на вес золота.
Я снова перешёл на спартанский режим сна, выжимая максимум из своей закалённой в боях выносливости и чудовищной физической силы. И хотя я отчаянно пытался выкроить хотя бы крупицы времени для семьи, те мои девочки, кто не участвовал в боевых вылазках напрямую, видели меня всё реже. Та же участь постигла и весь командный костяк. Мы с головой увязли в планировании, логистике и подготовке к грядущей войне. Карты, списки снабжения и маршруты патрулей сливались перед глазами в одну сплошную пелену.
За это время Лили взяла пятьдесят пятый уровень, и, как мы и предполагали, мне стоило титанических усилий держать себя в руках и не набрасываться на неё при каждой встрече. Моя милая кунида становилась всё более притягательной, словно живой магнит, а её либидо тоже пробило стратосферу. Иногда, сидя на бесконечных скучных совещаниях, я краем глаза ловил, как она ёрзает на стуле, стискивая бёдра, отчаянно борясь с желанием плюнуть на всю эту тактику, утащить меня в ближайший тёмный угол и.. В воздухе вокруг неё постоянно витал сладковатый одуряющий аромат возбуждения, от которого у меня пересыхало во рту.
Примерно тогда же свой пятидесятый уровень взяла и Марона О'Мэлли. Изменения, произошедшие с ней, поражали воображение. Буквально на глазах из ухоженной женщины, перешагнувшей полувековой рубеж, она превратилась в роскошную цветущую даму едва за сорок. Серебристые нити седины бесследно исчезли из её густых смоляных волос, а глубокие морщины, прежде залегавшие в уголках глаз и губ, разгладились, вернув аристократическому лицу былую свежесть и точёные контуры. Её тело стало упругими, формы ещё более соблазнительными, и она обрела ту самую сногсшибательную фигуру светской львицы, от которой у любого мужика перехватывало дыхание. Как баронесса и надеялась, вместе с молодостью к ней вернулась и кипучая энергия.
И это системное «омоложение» пришлось как нельзя кстати, ведь на плечи Мароны легла колоссальная ноша. Ей приходилось заботиться о детях, координировать сложную логистику наших рейдов и тащить на себе всю повседневную бюрократию Вольного, и это при том, что львиная часть её верных сотрудников сейчас была брошена на военные нужды. Тем не менее, несмотря на этот адский график, баронесса умудрялась находить время, чтобы запереться со мной в спальне и устроить своему обновленному телу жёсткую проверку.
Забавно, но если наши малыши, Дарин и крошка Эльвира, и заметили какие-то глобальные перемены в облике матери, то отреагировали они на это не ярче, чем на обычную смену платья. Куда более бурные эмоции у детей вызвал тот факт, что я из-за вечной нехватки времени целый месяц щеголял с жёсткой колючей бородой, а потом в один прекрасный день наконец-то сбрил её к чёртовой матери.
Марона и Лили подняли уровень, это серьёзное усиление к нашей боеспособности. Но я сам уже держусь на честном слове. Чувствую себя как проклятый смартфон на пяти процентах зарядки: экран ещё светит, но процессор уже лагает и перегревается. Ещё один финальный рывок, и уйду в глухую спячку, если, конечно, Мия не решит подкинуть мне ещё какое-нибудь «увлекательное» задание в самый неподходящий момент. Но чего бы мне это ни стоило, гонку со смертью нужно выиграть, иначе всё зря.
Спустя месяц изнурительной подготовки, бесконечных тренировок и бессонных ночей, наступил день перед началом рейдов. Завтра мы наконец ударим, но сегодня..
Я стоял на деревянном помосте, возведённом прямо на главной площади Вольного, а передо мной колыхалось море лиц — сотни бойцов Теневого крестового похода: воины, маги, разведчики.
Обвёл их всех взглядом, чувствуя тяжесть ответственности, давящую на плечи.
— Мы сделали всё что могли, — мой голос, усиленный магией, разнёсся над площадью, отражаясь от каменных стен домов. — В данный момент день отдыха принесет нам больше пользы, чем любые, даже самые параноидальные последние приготовления.
Толпа замерла, вслушиваясь.
— Поэтому, — продолжил я, чеканя каждое слово, — как бы вы ни чувствовали себя готовыми, как бы ни жаждали вонзить клинки в глотки ублюдкам из Консорциума, я, как ваш Судья, отдаю прямой приказ: проведите остаток времени до завтрашнего выступления, отдыхая.
По площади прокатился невнятный ропот. Кто-то удивлённо переглядывался, парочка ветеранов в первых рядах скептически хмыкнула. Моя собственная земная привычка тоже кричала, что перед решающей схваткой нужно собираться с духом и пересчитывать припасы до потери пульса, но я знал цену перегоранию. Перегоревший боец — мёртвый боец.
— Целый день! — рявкнул я, гася ропот. — Отложите свои обязанности. Спите, ешьте от пуза, позагорайте, сходите на речку, проведите время с семьями или любимыми. Вы должны физически и умственно восстановиться перед завтрашней мясорубкой. Командам, которые уже отправлены на передовые позиции, отдан точно такой же приказ, это директива для всего Крестового похода.
Ропот усилился. Я ужесточил тон, добавив в голос стали и немного ауры давления.
— Те, кто проигнорирует этот приказ, будут немедленно отстранены и не примут участия в рейде. Это не обсуждается, просто отдыхайте.
Я спрыгнул с платформы, чувствуя, как слегка гудят колени. Толпа, глухо ропща, медленно расходилась. Я понимал их недовольство, ведь мне самому будет чертовски трудно выполнить собственный приказ. Мозг требовал пойти и в сотый раз проверить планы эвакуации или логистику зелий, но я заставил себя остановиться.
Дыши, Артём, просто выдохни.
Решил начать с самого сложного и одновременно самого приятного — с семьи, и вывел всех своих жён на долгую прогулку. Марона тоже присоединилась к нам, её округлившийся животик уже был заметен, и я старался придерживать её за локоть на неровностях дороги.
Мы устроили настоящий праздник. Я часами возился с детьми на прогретой солнцем траве. Маленькая Глория визжала от восторга, когда я подбрасывал её в воздух, Пётр деловито пытался отобрать у меня тренировочный деревянный меч, а остальные малыши просто ползали по мне, как по большой и безопасной горе.