Страница 87 из 127
Я обвил нити вокруг ее головы, заставляя ее смотреть на меня, в то время как одна моя рука ласкала ее клитор, а другая все еще была занята ее задней стороной.
— Все хорошо, моя любовь?
Она кивнула, и я медленно поцеловал ее, осторожно растягивая ее третьим пальцем, с ее губ сорвался сдавленный стон. Все ее тело дрожало в ответ, и этого почти было достаточно, чтобы заставить меня кончить на ее щеки.
— Скоро будет лучше, обещаю, — прошептал я ей в ухо, снова целуя ее в губы и поглаживая пальцами по ее спине.
Я вынул пальцы и заменил их своим языком. Я входил глубоко и медленно, позволяя ей привыкнуть к ощущению. Мой член набухал, пока я продолжал ласкать языком ее заднюю дырочку. Мои толчки были медленными и глубокими, так как я не хотел сначала перегружать ее, ее тугой дырочке нужно было привыкнуть к движениям моего языка.
— Ты такая совершенная, моя маленькая роза. Ты хорошо справляешься, — хвалил я ее, целуя ее спину и бедра.
Я провел пальцами по ее идеальным волосам и притянул ее голову к себе. Ее сладкие губы приоткрылись, глаза были полны доверия и желания.
— Да, — прошептала она, дыша поверхностно.
— Теперь я войду в тебя... — сказал я, проводя пальцами по ее заднему проходу, ее тело инстинктивно выгнулось к матрасу, ко мне. Мои руки удерживали ее тело на месте, и я двигался медленно, благоговейно, потому что каждая дрожь ее тела была молитвой, которую я стремился выучить наизусть.
Она ахнула, ее пальцы вцепились в простыни, когда я вошел в нее еще глубже, чем в прошлый раз, мой член заполнял каждый дюйм ее тугой дырочки. Мои пальцы сильнее сжали ее бедра, успокаивая бурю внутри меня, ту, что угрожала поглотить нас. Когда она застонала в подушку, выгибая спину с каждым толчком, это почти заставило меня кончить прямо там. Но я хотел растянуть ее больше, владеть ею и чувствовать ее тело.
Каждый звук, который она издавала, был наркотиком для моих ушей. То, как наши тела двигались в унисон друг с другом, словно точно знали, как ими играть.
Я наклонился над ней, моя грудь касалась ее спины, когда мои руки скользнули вверх по ее рукам, переплетая наши пальцы над ее головой с целью приземлить ее.
Она дрожала подо мной, не от страха, а от тяжести всего. Я держал ее, когда мы разбились вместе, зарываясь лицом в ее шею, вдыхая ее, как будто она была единственным воздухом, в котором я нуждался, чтобы выжить. Ее пальцы нежно провели по шраму над моим глазом. Так мягко, почти так, будто она боялась коснуться его. Мое дыхание перехватило, когда я почувствовал тепло ее слез на своей коже.
— Что случилось? — спросил я, тише на этот раз, почти боясь ответа. — Пожалуйста, скажи мне, что это слезы удовольствия, — прошептал я, проводя большим пальцем по ее щеке, чтобы поймать падающую каплю, каждая из которых была более священной, чем вся вода в Древних Источниках.
Гвендолин не ответила сразу. Она просто прильнула к моей ладони, будто нуждалась в ее тяжести, чтобы закрепиться — и в тот момент я понял, что то, чем мы только что поделились, было не только физическим. Это была не просто похоть. Это было что-то близкое к священному.
Я нежно взял ее на руки и отнес в душ, усаживая на гладкую каменную скамью у задней стены. Сам душ был стеклянным святилищем, достаточно просторным, чтобы вместить даже мою драконью форму. Не то чтобы я когда-либо осмелился проверить эту теорию.
Пар поднялся вокруг нас, когда я включил воду, теплый поток омывал ее искусанную кожу. Я взял шампунь и начал массировать им ее кожу головы с медленной, размеренной заботой. Ее глаза закрылись, когда я массировал ее волосы, смывая пену под мягкой струей.
А затем ее пальцы скользнули по моему животу, сначала легкие, как перышко, а затем опустились ниже, обхватывая мой член с такой смелостью, что у меня перехватило дыхание.
Я низко прорычал, не в предупреждение, а от чистой, первобытной потребности.
— Ты ненасытна, — прошептал я, приподнимая ее подбородок влажной рукой. — Ты сводишь меня с ума с того самого момента, как я увидел тебя. — Я наклонился ближе, касаясь губами ее губ, мой голос охрип от желания. — Я недостаточно сильно трахал тебя?
— Никогда не достаточно, я всегда буду хотеть большего, — застенчиво ответила она мне. — Это связь истинных пар?
Я усмехнулся ее словам, сжал ее подбородок и впился в ее губы, врываясь языком. Мы смотрели друг другу в глаза долгий момент, пока она не прижалась ко мне ближе, поглаживая мою грудь.
— Да, будем надеяться, что это так, иначе ни мой брат, ни Ксавьер больше никогда тебя не увидят. — Я усмехнулся. Наши губы жадно двигались друг против друга, и Гвендолин обвила ногами мой торс. Я провел пальцами по ее бедрам, по ее телу пробежала дрожь, и кончик моего члена уже снова коснулся ее клитора, дразня ее складки. Мой внутренний дракон просто не мог перестать заявлять на нее права как на свою, он был так же одержим ею, как и я. Но ей нужен был отдых, поэтому я включил воду и позволил ей струиться над нами. Вода была моей стихией. Я мог часами лежать в ней.
— Перестань тереться о мой член, малышка. Тебе нужен отдых, — сказал я, гладя ее по волосам.
— Это ты не мог оторвать от меня рук прошлой ночью, — ответила она резким тоном, отворачиваясь от меня.
В эту игру могли играть двое, но у меня не было достаточно терпения для этого. Я схватил ее за лицо, повернул обратно к себе и поцеловал — медленно и интенсивно. Если она хотела быть такой непослушной, я не буду нежным. Я вонзил в нее свой член, заставляя ее ахнуть.
— Этого ты хотела, да?
Она кивнула и закрыла глаза, в то время как ее тело начало двигаться в такт с моим. Мои толчки были медленными, но глубокими, умоляющими чувствовать каждый дюйм ее.
Ее руки сжали мою задницу, заставляя меня вздрогнуть от электричества ее прикосновения. Я был так отзывчив на ее прикосновения, будто мое тело ждало целую жизнь, чтобы наконец почувствовать ее кожу на своей.
— Еще, — прошептала она мне в шею.
Я начал входить в нее сильнее, пытаясь достичь скорости, при которой она почти начала дрожать на мне.
Мы оба кончили одновременно, и я почувствовал ее истощение, ее тело тяжело лежало в моих руках.
— Ах, любовь. Я утомил тебя? — Она посмотрела на меня, ее карие глаза пронзали мои с любовью и желанием, о которых я никогда не думал, что получу.
Она нежно поцеловала меня, я почувствовал, как ее дыхание уже становится спокойнее.