Страница 5 из 127
Глава 1
Подготовка к жизни, в которую тебя заставляют войти, может отнять уйму времени, но у меня,
Гвендолин Дон Ревелир
, этого времени не было. Сегодня отмечали мою помолвку с Александром Райтом, наследником крупнейшего нефтяного состояния в Англии и одним из самых завидных джентльменов в нашем обществе. Друзья называли меня везучей — ведь он мог обеспечить мне жизнь, полную роскоши и благополучия. Другие семьи мне завидовали, потому что хотели выдать собственных дочерей замуж за одного из сыновей Райтов. Но никто, казалось, ни разу не спросил меня, чего хочу я.
Не то чтобы женские чувства, мнения или желания когда-либо считались желанными в нашем обществе.
И иногда, лишь иногда, у меня возникает чувство, что кто-то еще наблюдает за мной.
Мужчина, хранитель лунного света и утешения.
В своих фантазиях я представляла его ангелом. Он никогда не говорил со мной напрямую, но я чувствовала его глубоко внутри, словно он знал каждый излом моего сердца, чтобы убаюкать мои страхи, заменив их покоем и теплом. Запах шалфея, лунного цветка и мускуса наполнял мои ноздри всякий раз, когда я осознавала его присутствие вокруг. Словно весь воздух менялся, когда он был рядом. Бывали ночи, когда я готова была поклясться, что чувствую, как его пальцы перебирают мои волосы, а сам он шепчет мне на ухо слова похвалы, убаюкивая меня, будто я нечто священное, то, о чем стоит заботиться.
Теперь, сидя здесь, в карете, рядом с матерью, направляясь к будущему, которое было тщательно распланировано для меня с тех пор, как я была маленькой девочкой, утешение и тепло, которое я находила в нем, исчезли. Такое чувство, будто я очнулась от прекрасного сна, только чтобы понять, что он никогда не был реальным. Эти образы, когда-то яркие, поблекли, превратившись в нечто большее, чем просто воспоминания,
отголоски моего прошлого
.
И все же я не
могла
забыть его.
Этим утром мне вручили белое корсетное платье — символ такой же ясный, насколько и жестокий. Оно облегало мое тело, как обещание, которое я никогда не намеревалась давать, нашептывая о молодости, о чистоте, о роли, которую я должна была принять. Пышные плечи были сделаны из нежной, мерцающей органзы. Я знала только по ощущению на своей коже, что оно стоило больше, чем любое платье, которое я когда-либо носила, возможно, больше, чем любое платье вообще должно стоить.
Мать ни разу не встретилась со мной взглядом, ее глаза были прикованы к окну, словно она не хотела видеть боль и предательство, которые чувствовала ее дочь от того, что ее выдают замуж за мужчину, которого она не любила.
Единственным утешением, которое я взяла с собой, была книга из моего детства,
«Последняя сказка Весенних земель»
. В истории рассказывалось о запретных отношениях между Королевой фей и таинственным волшебником с огромной силой. Боги и богини прокляли их мир бесконечной, всепоглощающей тьмой. Изгнание солнца означало отсутствие рассвета, отсутствие весны, отсутствие цветов. Королевство Весенних земель должно было прийти в упадок, вынуждая Королеву фей встретиться с волшебником и попросить его о сделке, чтобы защитить свою землю. Поэтому она отправилась ко Двору Тени, и как только они встретили друг друга, они почувствовали абсолютно глубокую связь понимания, словно их души вовсе не были чужими. Но законы их королевств запрещали отношения между волшебниками и феями. Королева должна была решить, использовать ли его и его силы, чтобы спасти свой народ, что разожгло бы войну между обеими их землями, или принять конец своего королевства ради
любви
.
— Перестань читать этот вздор, Гвендолин. Через несколько минут мы прибудем. Дай я быстро поправлю тебе волосы, — прервала мое чтение мать, схватила шпильку и уложила один из моих длинных рыжих локонов набок. Еще одной шпилькой с цветком она закрепила другую прядь.
— Бабушка подарила мне эту книгу перед смертью, и я помню, как она говорила, что ты тоже ее любила, — возразила я. Я не понимала, почему моя мать всегда забывает, что когда-то она тоже была ребенком.
— Да, но люди взрослеют, а потом перестают проводить время в фантастических мирах, потому что реальный мир совсем на них не похож. Вот увидишь. Я не хочу, чтобы ты ждала какого-то белого кролика, который заведет тебя в какую-нибудь странную Страну Чудес.
Я хмыкнула в ответ, слишком тоскливо, потому что могла лишь молить о
маленьком белом кролике
, который унес бы меня далеко-далеко отсюда. Мне не так повезло, как Алисе в ее сказке. Волшебные животные, к сожалению, не существовали — или я так считала, хотя никогда до конца не переставала надеяться.
— Сомневаюсь, что они вообще заметят, приедем мы или нет. Я могла бы просто скользнуть в сад, и он нашел бы другую женщину для женитьбы. Как Тэм Лин под чарами Королевы Фей, возможно, и Александр забыл бы меня, — сказала я, выдавливая улыбку.
Через секунду лицо матери стало серьезным. Она вовсе не восприняла это как шутку и ответила:
— Они заметят, Гвендолин. Ты относишься к этому делу слишком легкомысленно.
— Отец бы посмеялся над этим. — Как только фраза слетела с моих губ, я пожалела об этом. Поднимать тему отца было не лучшей идеей, поскольку он исчез, когда я была ребенком, и с тех пор моя мать стала бессердечной.
— Отец посмеялся бы над этим. — Как только эта фраза слетела с моих губ, меня охватило сожаление. Поднимать тему отца было не самой лучшей идеей, поскольку он исчез, когда я была ребенком, и с тех пор моя мать стала бессердечной.
— Прости, я просто плохо спала прошлой ночью, — заверила я ее, пытаясь снова разрядить обстановку.
Как я должна была вынести брак с тем, кого не любила?
Разве женщина не должна быть счастлива, когда идет к алтарю?
— Тебе снова приснился дурной сон? — спросила она, словно пропустив мимо ушей бесчисленные бессонные ночи, которые я страдала с детства. Не то чтобы ее это когда-либо волновало.
— Мне всегда снится одно и то же место. Разве не нормально видеть во сне разные вещи?
— Не знаю, — ровно заявила моя мать, замолчав на некоторое время, пока не заговорила снова, и ее слова были полны серьезности. — Я знаю, что мы никогда толком не говорили об этом, Гвендолин. — Ее взгляд теперь был полностью устремлен на меня. — У Александра могут быть другие варианты, но у тебя — нет. У женщин их
никогда
не было. Когда-нибудь ты можешь понять, что эта свадьба станет лучшим вариантом для
нас
. —
Нас