"Лучший" папа

Глава 25. Кира

– Так можно мне с ночёвкой к подружке?

– Слушай, а ты вообще дома жить собираешься? – спрашиваю с претензией, натягивая на голос

суровость.

– К тебе тот же вопрос. Ну скучно мне! Лето же. Вот школа начнётся – буду дома каждый день

ночевать.

– Её мама не против?

– Не против. Она сама предложила.

Качаю головой, вздыхаю, но в уголках губ всё равно прячется улыбка.

– Ладно, иди.

– А ты пока можешь к Ренатику сгонять, – смеётся она, звенит в трубке как колокольчик.

– Ха! А он в деревню уехал, – победно объявляю. Эта маленькая сваха никак не угомонится. –

Так что закатай губу, сестрёнка.

– Ну и ладно, – фыркает. – Вот и останешься до конца жизни одна. С сорока кошками.

– И с одной сутулой собакой. Выпрямься там, ты наверняка опять сидишь сгорбившись.

– Есть, сэр! Удачи на работе!

Выключаюсь, бросаю телефон на стол. Провожу ладонями по лицу, словно стираю липкую

усталость, и пытаюсь настроиться. Не идёт и всё! Лето плавится за окном, в офисе жужжат

кондиционеры, принтер плюётся бумажками, сосед за стенкой щёлкает мышкой как заведённый.

Пялюсь в одну точку на мониторе, подбираю слова, а они не подбираются.

Всё же я привыкла работать дома, а не в общем зале, где все орут. Но это испытание. На нашу

выдержку…

– Малинина, – окликает шеф. Я подскакиваю на стуле, выпрямляюсь, делаю вид, что печатаю,

тарахчу по клавишам.

– Да расслабься. Видел я, как ты в потолок плевала.

– Не работается, – стону вслух, даже не притворяясь.

– Я так и понял. Ликуй: писать ничего не надо. Можешь собираться, на сегодня ты всё.

– Правда? – вскакиваю, молниеносно сгребаю вещи в сумку. Когда меня уже на удалёнку

переведут?! В этом шуме у меня мозги комкаются.

– Правда-правда. Сейчас по делу поедешь.

Плюхаюсь обратно.

– Вот и подвох, – недовольно скрещиваю руки на груди.

– А ты что думала? Жизнь в шоколаде? Нет уж. Поднимаешь свою задницу, везёшь эти документы

Ренату Николаевичу на подпись. Завтра с утра они должны лежать у меня на столе.

– Так он же в деревне…

– Ну да.

Это мне чего, к нему в деревню ехать? Он как себе это представляет? Ладно бы с утра! Но

сейчас… Сколько там? Часа четыре-пять?

– Я не успею! – протестую и пытаюсь вразумить его.

– Как это? Заказываешь такси, едешь. Тут рукой подать – полтора часа. Вечером обратно,

завтра с утра приходишь на работу. Ладно, ради такого дам тебе завтра выходной. Но после

того, как документы привезёшь.

– Вы меня не любите, – щурюсь, принимая папку. И почему я должна плясать перед таким

уродом, как он? Ах, да, я же на испытательном сроке и пока мне надо быть приличной девочкой.

Терять работу перед школой нельзя. Моя дылда растет как на дрожжах, вечно надо то брюки

новые, то рубашки.

– Надо заранее заботиться о людях, которые могут занять моё место, – мерзко улыбается.

Ах вот оно что… Льстит, гад.

– Боитеcь меня, значит.

– Малинина, время идёт, – поглядывает на наручные часы. – Вперёд!

Я резко встаю, уже на языке вертится весь мой шикарный словарный запас, который внезапно

распустился буйным цветом, но не успеваю – шеф уже исчез в коридоре.

Стучу кулаком по столу.

Ну ничего, пожалуюсь я на тебя Лазареву. Младшему. Пусть Тим тебя уволит.

Отлично. Так и сделаю. Мысленно. Когда-нибудь.

Полтора часа дороги… Убейте меня. Но выбора нет. Вызываю такси. Первое. Второе. Смотрю, как

на экране машинки ползают и исчезают.

Проходит полчаса. Один бедолага всё-таки соглашается везти меня в эту глушь. Дорога тянется

так мучительно, что я уже хочу свернуть обратно.

На въезде в деревню водитель вдруг тормозит у… Пустыря? Тут просто прожженная солнцем

желтая трава и дорога!

– Дальше не поеду.

– Как это? – тупо пялюсь на него. – Мне что теперь, пешком идти? Я на каблуках! – показываю

на туфли и на свою розовую джинсовую юбку до середины бедра. – Я даже не знаю, куда!

– Навигатор говорит: прямо, потом налево возле магазина и снова прямо, пока дом не увидите.

Он угловой.

– Зашибись ты придумал.

– Девушка, я не буду бить машину об их дороги! Всё! Вылезайте!

– Мудак, – пыхчу, вылезая из машины и глядя, как этот подонок вдавливает газ, а с моей

карты чик-чик списываются деньги. Открываю навигатор, пытаюсь забить адрес, а там…

Ничего!

Интернета нет!

Ветер дергает край юбки, пыль забирается в нос, где-то глухо лает собака. Я стою посреди

дороги, с папкой, прижатой к груди, и понимаю: приключения только начинаются.

Я чуть не вою прямо в голос. Горло сводит, руки трясутся. Но не успеваю и пикнуть, как

резко замолкаю, прижимая к себе папку с документами, будто это бронежилет. Потому что на

меня смотрит корова. Корова! На дороге!

Я начинаю быстро-быстро дышать. Воздуха не хватает, в голове мелькают двадцать ужасных

сценариев: как эта корова несётся на меня и… всё.

А она стоит. Жует. Смотрит, как на телевизор.

Вдруг перестаёт жевать, поднимает морду, внимательно-внимательно на меня — хрясь —

взглядом. Хвост замирает.

И я, от испуга, срываюсь с места прямо на каблуках.

Я не хочу-у-у умира-а-ать!

Лечу, как пуля. Даже прислушаться не могу — бежит ли она за мной или нет. Сердце барабанит

в висках, уши заложило шумом ветра, глаза щиплет от пыли. Дыхание рвётся, и тут я

подворачиваю ногу и с криком шлёпаюсь на землю.

Да вашу маму!

Ни интернета, ни дневного света, ни одной живой души на улице! Только темнота и какие-то

шорохи в кустах.

Оглядываюсь по сторонам и выдыхаю. Корова за мной не побежала. Стоит себе где-то там и,

наверное, думает, что я сумасшедшая. И будет права.

Поднимаюсь и обнаруживаю сломанный каблук.

Да я вас, шеф, ненавижу…

Отряхиваюсь от пыли, злюсь до слёз, ломаю второй каблук — с трудом, но ломаю. Теперь я в

почти шлёпанцах, шлёп-шлёп по пыльной дороге. Проверяю связь — ноль. Захожу в настройки,

надеюсь на вай-фай, вдруг где-то бесплатный…

Все запароленные! Жмоты!

Шмыгаю носом, глаза мокрые. Главное — собак не встретить. Всё, точно свихнусь и помру от

страха на месте.

Что там говорил этот таксист? Прямо и налево?

А где тут поворот налево? Тут вообще всё одинаковое: темно, заборы.