Страница 57 из 67
— Их и правда двое! — услышала я удивление аристократов. — А хоть кто родился?
— Дети разнополые, — важно сказал Глен. — Первой родилась дочь, сын — вторым. Дети
абсолютно здоровые оборотни. Матери нужно хорошо отдохнуть. Потому — все вон.
Задержались только князь с княгиней. Они поцеловали меня в лоб. Малышей не трогали вовсе.
Поцеловали и обняли сына.
— Поздравляю, сынок, — сказала ему мать. — Не испугался?
— Как можно, мама!
Ещё через время меня выкупали и перестелили кровать. Глен заварил мне травы для лучшего
восстановления. Няни уже приступили к своим обязанностям: они под чутким взглядом Миши
выкупали близнецов. Мне помогали прикладывать детей к груди. Молока пока не было, были капли
молозива, но им хватало. Няни даже ночевали рядом с детьми. В нашей спальне было многолюдно:
мы не были готовы отпустить малышей в детскую, и люльки стояли у нас. Как и кушетки для
нянек. Нужно отдать им должное: спали они по очереди, и одна всегда сидела у люльки, следя
за детьми.
Однажды ночью в нашу спальню кто-то проник — шёл целенаправленно к люлькам. Тогда няня
подняла крик, завыла как сирена. Разбудила не только нас, но и часть замка. Муж вскочил
первым и поймал неизвестного. Оказался какой-то ушлый мужичок. Няни, подхватив детей, ушли
ко мне. Детки были уложены под мой бок. А неизвестного увели в камеру. Выяснилось: кто-то
заказал ему похищение мальчика, а от девочки он должен был избавиться. А если не получится
похитить наследника, то и его убить. Когда я это услышала, едва в обморок не упала. После
этого рядом с детьми дежурила ещё и охрана — круглосуточно.
Ни муж, ни его родственники не говорили, что происходит. Княгиня только обмолвилась:
— Берегут тебя. Много грязи вскрылось. Кто-то пытается нашу семью извести. И напасть решили
на самых уязвимых — на тебя с детьми.
— Но зачем?! — спросила я, бледнея от страха.
— Якобы слишком суровые законы. Просто Миша тебе далеко не обо всём рассказывает. И было
несколько публичных казней зарвавшихся аристократов. Остальным, естественно, это не
понравилось, и хотят нашу семью под корень.
— А за что хоть казнили?
— Рабство, — коротко сказала княгиня. — После того как конкурс мы с тобой провели, много
гадости вскрылось. Случай Инессы был ещё не самый противный. Некоторых людей просто
продавали в рабство за долги. Долг был невыплатный: начисляли за жильё и питание, а работа —
самая тяжёлая, от которой долго не живут. А молодых женщин и девочек некоторые родственники
продавали в бордели. Мой муж ненавидит эти дома. Если одиноких женщин, которые ведут не
самый здоровый образ жизни и спят по своей воле за деньги, он ещё может простить, то когда
женщин буквально продают, чтобы они обслуживали разных моральных уродов, — он с трудом себя
сдерживает, чтобы не начать крушить всё вокруг.
— Боюсь спросить, что там с образованием в деревнях?
— Не всё так плохо. Нескольких высекли, некоторых — на рудники, и всё заработало. Кстати,
спасибо, что подтолкнула Глена с Инессой. Из них получилась замечательная пара.
— Сильно возмущались, что он выбрал в жёны не аристократку?
— Кто-то чуть ядом не подавился, — улыбнулась княгиня. — Я ей посоветовала поехать на
полгода к лечебным источникам поправить здоровье.
— Такой тонкий намёк пошла вон отсюда?
Княгиня тихо рассмеялась, стараясь не разбудить своих внуков.
— Они такие славные. Как ты, Аня?
— Слов подобрать не могу… Но пока не очень хорошо. Тело ещё болит, и кости тоже. Глен
говорит, это от того, что мои органы пытаются вернуться на место после беременности. Матка
хорошо сокращается, но больно. И чувствую себя постоянно разбитой.
— Ложись-ка ты, дочка, в кровать и отдыхай. Как проголодаются мишки — тебе их принесут и
даже приложат, если будешь спать.
Княгиня взялась лично следить за моим восстановлением. Я не знаю, что я делала не так, но
под её контролем всё пошло куда лучше. Я стала высыпаться и приходить в себя. Порой я почти
всё время проводила в кровати. Вставала только, чтобы поесть и в уборную сходить. Но к
полутора месяцам моих детей я пришла в себя. Уже смогла позволить себе прогулку. Да, нас
сопровождало много охраны, и няни несли моих крошек. Меня сопровождали три фрейлины и
служанка. Снова вспомнила о своём желании посетить город, но в памяти были слишком свежи
воспоминания: сейчас много кто хочет убить княжескую семью.
— Что задумали? — спросил у меня Грегори.
Я вздрогнула и едва не выронила книгу из рук. Я сидела в библиотеке: тут было тихо, и никто
не донимал. Мои фрейлины сидели в стороне и пытались читать или вышивать.
— Поняла, что ничего не знаю об аристократии княжества, — показала ему книгу. — Восполняю
пробелы.
— Вам полезнее, кроме общеизвестного, будет ещё почитать мои заметки. Чтобы вы понимали,
чего от кого ждать.
Он заметил, как заблестели мои глаза интересом.
— Принесу вам завтра папку. Но читайте у себя в комнате и никому, кроме мужа, не давайте. И
вам стоит восстановить обучение магии.
— Как Мая?
— О, дочка поступила. Для начала освоит артефакторику, а лекарское дело будет посещать
только факультативом. Ведь целительского дара у неё нет. А общеизвестное читайте, но не всё
подряд.
— Я быстро читаю и уже половину прочитала. И в книге хотя бы портреты есть с подписями.
Мне по-доброму улыбнулись. Пришла служанка и после поклона напомнила, что пора кормить
малышей. Глава тайной канцелярии проводил меня до моих комнат. Моя служанка помогла мне
переодеться в домашнее платье. А нянечки помогли приложить сразу двух моих крошек. Аппетит у
медвежат был отменный. Муж всё время сокрушался, что ему молока не остаётся после детей.
Читая об аристократических родах, я поняла, что все они — оборотни, и практически все —
медведи. У нынешнего князя большая родня разной степени дальности. А из компромата от
Грегори я почерпнула, что сместить князя хочет один из дальних родственников. По крайней
мере, такие выводы можно сделать из того, что Грегори насобирал. Полистала книгу с
общеизвестной информацией и нашла того, о ком писал глава тайной канцелярии. Фамилии были