Страница 3 из 71
симпатичной, и он не воспринимал меня ущербной.
— Вы что-то хотели?
— Пройдёмся? – он предложил взять его под локоть.
Благодаря тому, что он шёл рядом, я смогла его глазами увидеть город. И он однозначно мне
не был знаком. Я раньше, в другой жизни, жила в другом городе. Мы немного помолчали, и
мужчина сказал:
— Простите, что тогда не представился. Я Жан.
— А я Анита. Приятно познакомиться, Жан.
— Хотел поблагодарить вас за помощь. Мы поймали тех существ. Вам придётся побывать на
опознании. Вы сможете?
— Попробую.
Мы ещё немного помолчали. Я видела, как мимо меня прошли мои старшие братья. Они меня
заметили, и я даже ощутила, как они смотрят мне вслед и недоумевают, кто это со мной. Жан
остановился и, посмотрев на парней, спросил у меня:
— Почему вы живёте одна, Анита?
Улыбнулась и ответила чуть грустно:
— Чтобы ущербная не бросала тень на здоровых родственников. Меня специально отселили
отдельно. Ведь иначе я помешаю братьям найти жену или сёстрам выйти замуж. Кто захочет войти
в семью, где есть калека. Ведь зрение и слух — не единственные мои проблемы.
— Но все, у кого есть глаза, заметят ваше сходство. Вы слишком похожи.
Мы снова пошли дальше.
— И все, кому надо, найдут информацию о будущих родственниках и узнают о вас. Это слишком
наивно — полагать, что можно выдать вас за однофамильцев.
— Возможно. Но так я хотя бы не мельтешу у них перед глазами.
— Почему вам не вылечили глаза? Или это не лечится?
— Лечится всё. Просто каждая операция — слишком дорогая. Потому мне смогли дать только то,
что облегчит жизнь.
— Кем ты работаешь?
— Переводы. Много языков знаю.
Ещё немного прошлись, и детектив попрощался, ушёл. А вечером у меня был неожиданный гость —
отец. В воспоминаниях Аниты я не видела его так чётко. А они очень похожи, и именно он — её
биологический отец. Хотя у нас принято, что дети от всех отцов общие.
— Здравствуйте, вы что-то хотели?
До того как отец ответил, увидела в его воспоминаниях, что братья сказали родителям и мать
его прислала. Оказывается, они хорошо слышали, что сказал детектив, и передали это
родителям.
— Как ты тут?
Он включил свет и заметил, как я поморщилась.
— Тебе нужно шторы купить, а то окна большие и видно на всю улицу.
— Я никогда не включаю свет.
Он задумался, а потом кивнул:
— Действительно. Прости. Я как–то никогда не обращал внимания.
— Просто мне свет не нужен, чтобы видеть.
Он зацепился за это слово.
— Но врачи говорили, что ты слепая.
— Обычным зрением — да. Но я вижу мир просто по-другому. Не как ты и другие люди.
Отец выключил свет и подошёл к окну. Через него смогла посмотреть на квартиру и улицу.
— Как ты видишь мир?
— Как энергию, силуэты. И через чужое восприятие — порой.
— Ментальный дар. Он же у тебя есть? Я помню, пока ты была маленькой, говорила то, о чём мы
порой думали и не говорили вслух. А потом, как отрезало, и ты перестала говорить.
— Да, научилась помалкивать. Ты можешь посмотреть на мультиварку? Хочу нормально её
изучить.
— Мне придётся включить свет. Для меня тот угол слишком тёмный.
— Хорошо.
Он посмотрел по моей просьбе на всю технику. Я потом дотрагивалась пальцами и называла
кнопки. Он помог запомнить, где какие расположены.
— Спасибо. Так будет проще.
— Такое ощущение, словно у тебя было зрение… – сказал он задумчиво. – Может, врачи что-то
не досмотрели.
— Это уже не важно. Я приспособилась. Просто я через людей порой вижу и запоминаю — это
удобно. Энергия не всегда показывает то, что мне нужно.
— Может, вернёшься к нам?
— Нет! Знаешь, я распробовала — и мне понравилось тут. Не сижу постоянно в четырёх стенах.
С работой я вполне справляюсь.
— Да, но не понимаю, как ты готовишь? В этой кастрюльке электрической ведь только
диетические блюда получаются.
— Я, если хочу чего–то особенного, иду в кафе.
Отец нахмурился.
— Но с твоей зарплатой…
— Да, она маленькая. Потому я не так давно освоила фриланс.
— Ты повзрослела, – он ласково погладил меня по щеке. – Через полгода тебе в больницу
сменят конструкции на ногах. Будут нового поколения — это всё по страховке.
Кивнула, запоминая.
На следующий день после работы меня встретил Жан с Троем.
— Добрый день, Анита.
— Добрый день, детективы.
— Сегодня нужно поехать на опознание.
Кивнула. Состояние сегодня было крайне паршивое — из-за того, что ноги чрезвычайно сильно
болели. И ведь обезболивающее мне врач не выпишет… Точнее, можно, но только слабое. А им
скорее отравиться можно и сдохнуть, прежде чем получится обезболить. Мужчины подвезли меня
до участка на своей машине.
— Вам плохо? – заметил Трой.
— Да, но я постараюсь их узнать.
— Перед этим нужно, чтобы вас целитель осмотрел. Вы какие–то препараты принимаете?
— Нет, – сказала со вздохом.
Целитель, осмотрев, сказал недоумённо:
— Как она будет проводить опознание, если девушка слепая?
— Вам описать, как вы выглядите? – спросила с сарказмом.
— Ну, попробуйте?
— У вас лысина, волосы по бокам от лысины чёрного цвета. Глаза у вас серо–синие. Под белым
халатом у вас жёлтая рубашка с красным клетчатым галстуком.
Трой в шоке посмотрел на меня. Ведь видела я его глазами — никого, кроме него, рядом не
было. Он перевёл взгляд на штаны целителя и туфли. Улыбнулась.
— Туфли лакированные, чёрные. Штаны серые.
— Феноменально! Как вам это удаётся?
— Я воспользовалась глазами Троя. Это он вас видит, а я вижу его мысли и образы.
— Менталист! – воскликнул целитель, подскакивая.
Он молчал, но слышу и вижу — он в восторге.
— Нам пора. Я буду рядом, но буду в основном молчать.
— Хорошо.
Мы зашли в небольшую комнату. За стеклом стояли десять мужчин, очень разных. Из мыслей Троя
узнала, что они нас не видят и не слышат.
— Седьмой, третий и первый, – сказала, посмотрев на бандитов. Я их и через восприятие Троя
посмотрела, и по рисунку ауры, подтверждая свои воспоминания.
— Уверенна?
— Да. Аура та же, и внешний вид тоже. Одежда только другая.
Мне кивнули. Сначала увели заключённых, а потом меня проводили в кабинет и попросили