Страница 93 из 134
2.21. Туда-сюда
Семён был на отличном счету на работе – его ценили, к нему тянулись, на него рассчитывали. Он уже не просто продавец: снабжение, логистика, поставки – его стихия. Про таких говорят – семь пядей во лбу. Семён это знал. И пользовался этим.
Его личные продажи давали магазину максимум, и Александр Григорьевич держался за него крепко.
Но Семён не просто работал – он собирал будущее. Вникал во всё, впитывал, просчитывал. Он хотел открыть свой магазин. И был готов взять на себя такую ответственность.
Доходы росли, сеть расширялась. И однажды Александр Григорьевич предложил Семёну открыть новый магазин в соседней области: запуск, обучение сотрудников – всё на нём. И как итог – больше денег.
Семён согласился почти сразу. Ему нужен был этот опыт. К тому же для него сняли квартиру, куда он мог переехать всей семьёй. Двести километров от дома. Своя жизнь.
У Эли эта новость отзывалась сразу двумя чувствами.
Гордостью – за него. И тревогой – за семью.
Ей нравилось осознавать, что впервые они будут жить отдельно от всех. Без бабушки, без постоянного контроля, без непрошеных советов, без этого давящего напоминания – кто на самом деле хозяйка в доме.
Но вместе с этим Эле было страшно оказаться одной в чужом городе. Никого рядом. Ни мамы, ни привычной опоры. И всё равно – она шла за ним. Даже с этим тревожным чувством под рёбрами.
Отец Семёна помог перевезти вещи в Рязань. Машина была забита под завязку – словно они увозили с собой куски прошлой жизни. Квартира оказалась двухкомнатной. Хозяйка – приятная пожилая женщина. Спокойная, добродушная. Это её немного успокаивало.
Эля привезла много вещей – на всякий случай, не зная что ждёт её в съёмном жилье. Даже детскую кровать они взяли с собой.
Семён сразу взялся её собирать, чтобы Вике было где ночевать, он справился быстро – для него это уже было привычным делом. А Эля с Викой разбирали остальное. Эля складывала вещи на полки, а Вика их усердно доставала и скидывала на пол.
Компьютер тоже привезли – он пригодится для работы.. и для тихих вечеров, когда можно просто сесть рядом, открыть игру и ненадолго отвлечься.
Эля сказала:
— Мне здесь нравится. На кухне есть всё необходимое. У нас с тобой – отдельная комната, как мы и привыкли. Есть куда поставить Викину кровать, полно места в шкафу, только машинки стиральной нет, это жаль.
Семён ответил:
— И мне нравится, что у нас с тобой есть отдельная комната и кровать. А в Викиной комнате есть диван. И когда кто-нибудь из наших родителей приедет в гости, они смогут остаться с ночевкой. Это очень радует.
— Моя мама обещала приезжать.
— Мои родители тоже.
Каждый день Эли тянулся одинаково – как день сурка.
Она вставала, кормила всех завтраком, убиралась, готовила еду на следующий день. Укладывала Вику на дневной сон, а сама шла стирать и гладить то, что высохло со вчерашнего дня. К полудню они выходили во двор: привычная песочница, скрипучие качели. Никаких детей здесь больше не было – они всегда гуляли одни. Потом Эля с Викой обедали. Собрав термос для Семёна, Эля брала Вику – и ехала к нему на работу, чтобы покормить его. Они оставались там с Викой до конца рабочего дня. Чтобы всем вместе поехать домой. Пока Семён торговал, Вика колдовала на складе – перебирая болты и шурупы, перекладывая их с места на место, перепачканная по уши. Вечером всё повторялось: ужин, купание Вики и укладывание на ночной сон. И только после этого наступало мгновение, которого она ждала весь день.
Она оставалась наедине с Семёном, и у них было несколько часов друг для друга. Он часто проводил их, играя в компьютер, а Эля садилась к нему на колени, прижималась, уткнувшись в его плечо, и смотрела на экран – но больше на него, чем на игру. А он часто был усталый и озабоченный. Но когда он чувствовал на себе этот её взгляд – как она тихо любовалась им, он отворачивался от экрана. Обнимал её, тянулся к ней и нежно целовал в губы. Потом гладил её по ноге, брал на руки и нёс в постель. А там они снова ласково любили друг друга, становясь единым целым. Но чаще всего Эля уходила спать к Вике в комнату ещё до того как он включал компьютер, она сильно уставала и просто отключалась.
В редкие дни этот замкнутый круг разрывался, когда приезжали родители. Эля с Семёном выбирались на всю ночь в клуб. Там они отрывались по полной программе, наслаждаясь обществом друг друга до четырёх утра, они бы танцевали там и дольше, но клуб закрывался именно в это время.
Одним словом, их полностью поглотил быт и ответственность, и возможно всё было бы намного легче, если бы этот груз они несли вместе и всё делили поровну, но у каждого из них были свои задачи и каждый тянул свою лямку. Эля чувствовала себя очень одинокой без общения с людьми. Вика была её единственным постоянным собеседником. Ей казалось, что она постепенно деградирует, и скоро начнёт агукать и забывать слова. Хотя Вика уже прекрасно говорила предложениями, ей шёл третий год. Если уж спокойной, тихой и домашней Эле было дико одиноко.. то про Семёна и говорить нечего.
Семён периодически возвращался домой, в родной город – это было необходимо по работе. Взять с собой Элю и Вику было проблематично, он уезжал всего на пару дней, и они оставались в чужом городе совсем одни. Эля ненавидела эти вечера и ночи без него. К тому же она узнала, что Семён в эти поездки не только работал, но и встречался с друзьями – и снова выпивал.
Так они прожили ещё один год семейной жизни. В очередной раз Семён уехал домой на два дня, а Эля осталась одна с Викой. Она проснулась рано утром, умыла дочь, посадила за стол и начала готовить завтрак.
Эля краем глаза заметила, что экран её мобильного постоянно загорается – она выключала на нём звук на ночь. Эля взяла его в руки и увидела огромное количество непрочитанных сообщений и пропущенных звонков от родителей Семёна. Сердце тут же почуяло тревогу.
Как только она прочла их, у неё на голове волосы встали дыбом, её будто окатило ледяной водой. Отец Семёна писал:
«Семён в больнице, я еду за вами с Викой и забираю вас домой. Собирай вещи. Я буду через три часа».
Эля взглянула на часы и поняла, что отец Семёна будет тут уже через час. Она заметалась по комнате, не зная, за что хвататься. Взглянула на свои руки – дрожат. Встала посреди комнаты и постаралась выровнять своё дыхание и ещё раз обдумать свои действия. Она взяла свой телефон и позвонила Семёну, но он не взял трубку. Однако от него сразу же пришло сообщение: