Страница 109 из 134
Она дала ей лекарство и дочь заснула. А сама пошла к Семёну, который сидел за компьютером и играл. Эля подошла и по привычке села к нему на колени.
— Ну что.. всё как я и думала. У Вики поднялась температура. Буду теперь сидеть на работе и переживать, как тут бабушка с ней справиться. Спасибо.. Удружил.
Семён оторвался от экрана и с тревогой в голосе спросил:
— Высокая?
— Приличная. Выше тридцати восьми.
— Ну может к понедельнику уже получше станет. Я же не специально. Я хотел с ней пораньше домой пойти, но сегодня такая хорошая погода не холодно, а ей так хотелось ещё поиграть, ей было весело.
— Мне всё это понятно. Что уж теперь говорить. В следующий раз следи за ней внимательнее. Давай машины посмотрим, пока ты ещё не ушёл?
Семён открыл сайт дилеров АвтоВаза и показал Эле Ладу «Калину» красивого цвета, напоминающего дыню. Эля как только увидела её, так сразу влюбилась не в силах отвести взгляд. Семён показывал ещё и другие варианты, но она их даже не стала смотреть.
— Какая она красивая, такая удобная внутри. Я хочу её, давай купим?
— Ты уверена? Это хетчбек*, у неё маленький багажник, может лучше посмотреть универсальный кузов*?
— Я уверена, я хочу именно эту и именно этого цвета. Только посмотри какая она блестящая!
— Эля, машины выбирают не по внешнему виду, а по мощности..
Эля перебила его.
— Ты же уже это всё проверил? Тебя устроило?
— Да.
— И мне она очень нравится. Давай забронируем её!
— Хорошо. Тогда выставлю «копейку» на продажу. А за «Калиной» придётся съездить в Москву. Хотя для нас это не проблема. И мы не сумеем взять её за наличку, моих сбережений не хватит, часть суммы придется оформить в кредит.
— У меня теперь доход большой, мне скорее кредит одобрят, чем тебе. Оформим на меня.
Семён нахмурил брови, но сказал совершенно спокойно:
— Как скажешь. Я договорюсь на следующие выходные. Готова поехать? У тебя же теперь выходные как и у меня, в субботу и воскресенье?
— Да. Теперь у меня режим работы как у тебя и следующие выходные свободны. Спасибо.
Эля радостно улыбнулась и поцеловала его в щёку.
Тут она почувствовала, что он поплыл у неё перед глазами, а её голова стала горячей. По телу разлилась болезненная слабость и она прилегла на диван.
— Как же я устала за последнее время, сил ни на что не хватает.
— Полежи, отдохни.
Семён встал из-за компьютера и прилёг рядом с ней, обнимая её. Эля закрыла глаза и почувствовала озноб, всё тело затрясло и застучали зубы. Семён это заметил.
— Что-то тебя всю трясёт. Уж, не от Вики ли ты заразилась?.. Сейчас принесу тебе градусник и воды.
Эля измерила температуру.
— Действительно и у меня тридцать восемь. Даже не удивляюсь, я в таком истощении пребываю последнее время.. Придётся тебе сегодня остаться дома. Принеси мне, пожалуйста, таблетку парацетамола.
Семён принёс ей лекарство и сказал:
— Дома я не останусь. Я поеду в зал, у меня ключи, мне его открывать. Да и все деньги за аренду тоже у меня, нужно сегодня оплатить за месяц.
— И что? Пусть кто-то из твоих футболистов приедет и заберёт ключи с деньгами. Мы с Викой лежим с температурой! Куда ты собрался?.. Оставайся дома. Мне нужна твоя помощь.
— Я поеду на тренировку. Дома есть бабушка, ничего с вами за три часа не случится.
— Это шутка такая? Ты что бросишь меня с ребёнком с температурой? И уедешь поиграть в футбол? Я подняться не могу с постели, Семён. Если Вике станет хуже я просто не в состоянии встать с кровати и ухаживать за ней.
— Вот и лежи в постели. А Вика спит, к ней не нужно вставать. Я скоро вернусь. Мне необходима разгрузка, ты же знаешь. Если я сейчас не уйду, я сорвусь на тебе. Ты меня за последнее время достала – я уже не вывожу это всё..нахожусь на пределе. Успокоюсь, вернусь и буду вам помогать.
Эля поморщила лоб, её вид был жалок. Она села на край кровати и смотрела, как он собирает спортивную сумку и одевается, и не могла поверить своим глазам. Ей казалось, что это всё ей снится и не может быть правдой и в любую секунду она проснётся – и этот кошмар исчезнет. Но кошмар был всё реальнее. Она чувствовала, как ей становится хуже, её продолжало трясти и она умоляющим голосом сказала:
— Пожалуйста.. не уходи. Не бросай меня. Мне становится хуже.
Семён наклонился к ней, и пронзительно глядя ей в глаза произнёс:
— Не преувеличивай, тебя никто не бросает. И не пытайся удержать меня дома. Не выйдет. Ты выпила лекарство, скоро станет лучше. Не получится мной манипулировать таким образом. Я всё равно уйду. Пойми, мне это необходимо.
У Эли на глазах навернулись слёзы. Он снова выбирает себя.
Он стоял одетый в дверном проёме комнаты и держал в руках спортивную сумку, собираясь уйти. Она сделала последнюю попытку достучаться до него.
— Как ты можешь так.. Если ты сейчас уйдёшь, ты сделаешь большую ошибку, о которой потом будешь жалеть. Нельзя так поступать с близкими.. нельзя.
— Твои угрозы не помогут, Эля. Мы же с тобой договаривались о компромиссе. Я больше не напивался, как и обещал, но тебе этого мало, хочешь, чтобы я и тренировки бросил? Извини, но это перебор. Я ухожу.
И он вышел за дверь из комнаты, не оборачиваясь.
Эля осталась сидеть на краю кровати, она всё ещё надеялась, что он одумается и вернётся обратно, ловя каждый звук, доносившийся из коридора. Вот захлопнулась дверца обувной полки, он обулся, вот послышался звук удара вешалки о гардероб, с которой он снял пуховик.. Следом захлопнулась и входная дверь – и вместе с ней что-то треснуло и в Эле, резко кольнуло где-то глубоко внутри.
Она схватилась за грудь, ощущая, как стало трудно дышать, будто воздух больше не доходил до лёгких, застревая на полпути. Эля постаралась сделать глубокий вдох, но не получалось, грудную клетку будто сковало оковами.
Ей стало страшно. Тогда она медленно опустилась на кровать и лежала на спине, глядя в потолок и часто дышала. Она сосредоточилась на своем дыхании, пытаясь выровнять его.
Через несколько минут ей это удалось и она просто замерла. Эля напоминала восковую фигуру из музея – застывшую в моменте, который уже нельзя было изменить. Она не шевелилась, не моргала и будто больше ничего не чувствовала. Лишь две горячие слезинки медленно катились по её пылающим щекам, подтверждая то, что она жива. А в голове сидела одна единственная мысль:
«Он.. всё же ушёл.. оставив меня в беде.. себя он любит больше. Видимо, я никогда не смогу на него положиться».
__________