Страница 74 из 93
Глава 44. Неудачливая шпионка
Глава 44. Неудачливая шпионка
Когда я вышла из покоев короля, советник уже ждал меня в коридоре. Он улыбался сладкой, но такой ядовитой улыбкой, что меня затошнило.
— Ну как, Амелия, — сказал он, не скрывая насмешки. — Понравилось тебе во дворце? Его Величество был с тобой нежен, не то что его жестокий сын?
Я опустила глаза и заставила себя улыбнуться глупой, пьяной, покорной улыбкой. Я ведь наелась яблок и напилась вина. Нельзя забывать об этом. Впрочем, это даже хорошо: так я могу краснеть сколько вздумается и кривляться.
— О да, — пробормотала я, стараясь, чтобы голос звучал мечтательно. — Я… я в восторге. Я всегда к услугам Его Величества.
Советник хмыкнул, явно довольный, и кивнул слугам, стоявшим чуть поодаль.
— Отведите ее в комнату. Пусть отдохнет. И надо отправить весточку Талрону обо всем, что произошло в комнате. Не скупитесь на описания.
Меня повели под руки. Я шаталась как могла, то и дело висла на руках слуг и болтала всякие непристойности — например, спрашивала, не мешают ли копыта и рога заниматься любовью. Слуги отшучивались и насмехались надо мной в ответ. Я делала вид, что не понимаю насмешек, и продолжала изображать из себя счастливую дурочку.
Наконец меня довели до моей каморки, и я осталась одна. Первым делом я избавилась от этого дурацкого цилиндра. А потом кинулась к тазику, стоявшему в центре комнаты, и принялась отмывать руки, плечи, лицо — вообще все, что можно, лишь бы смыть чужие прикосновения.
Вода была ледяной, и я терла руки, плечи, грудь, пока кожа не покраснела. Но мне все еще чудились руки короля и того распутного мальчишки на моем теле, будто они оказались со мной и продолжали меня трогать.
Как же хотелось прямо сейчас оказаться в объятиях Талрона, прижаться к нему и… Ох, божечки! Как мне смотреть ему в глаза после всего? Я была с его отцом… Позволяла касаться себя, стонала от его прикосновений!
Грязная, мерзкая, отвратительная!
Но что я могла сделать? Как сопротивляться? Они сразу бы поняли, что я притворяюсь. Или же нет? Может быть, я должна была все равно возразить? Почему я соглашалась на все? Какая же я…
Я толкнула тазик. Он свалился на пол со звоном, и остатки воды растеклись по полу. Пнула стул и рухнула на колени.
Я ненавидела себя и не знала, что делать в первую очередь. Мне повезло: отец Талрона все-таки не воспользовался мной так, как мог бы, и даже дал понять, что он тоже играет какую-то свою роль. Король был пешкой, которая пыталась скрытно играть против настоящего короля.
Но он все равно заставил меня чувствовать себя грязной!
Стук в окно прервал мои уничижительные мысли.
Я подняла голову. На подоконнике сидел черный ворон с золотым колечком на тонкой лапке.
Слезы хлынули у меня из глаз.
Ворон спрыгнул с подоконника на пол и подошел ближе. Он склонил голову, глядя на меня, а потом прижался клювом к моему мокрому колену и потерся головой. Он ластился, будто пытался успокоить меня.
Я не знала, был ли это сам Талрон или просто птица, которая чувствовала мою боль. Но я погладила его по черным перьям, и мне почему-то полегчало.
Вытерла слезы и взяла с кровати футляр с посланием. Мне не запрещали его читать, и, пока я была одна, я решила этим воспользоваться. Открутила крышку дрожащими пальцами, вытащила свернутую в трубочку записку и развернула ее.
На ней была написана дата. Если я правильно знаю, какое число сегодня, то через тринадцать дней от сегодняшней. Что-то должно произойти через тринадцать дней?
— Как думаешь, что это означает? — спросила я у ворона, показывая ему записку.
Тот попытался выхватить ее у меня, но я не дала и сжала листок в кулаке.
— Это не тебе, — рассмеялась я.
Ворон сердито махнул крыльями, полетал по комнате и сел на подоконник.
— Да, — вздохнула я. — Верно, ты не захочешь принять меня обратно. Но, знаешь, я все-таки сделаю все, что в моих силах. Иначе какой смысл, да?
Ворон еще раз махнул крыльями и упорхнул. А я услышала шаги, быстро сунула записку в футляр и спрятала его в декольте платья, надеясь, что на этот раз меня не будут обыскивать от и до.
В комнату вошел слуга и позвал меня за собой. Меня привели к Маэлдуну в кабинет. Он сидел за столом со скучающим выражением лица. Но как только слуга вышел и закрыл дверь, фэйри тут же подскочил и быстро подошел ко мне.
— Ну? — шепотом спросил он. — Он что-то сказал тебе? Передал ответ? Получилось вообще отдать послание?
Я вытащила футляр и сунула ему в руки.
— Больше я этого делать не буду! — процедила я со злостью.
Маэлдун с горящим взглядом схватил футляр, раскрыл его, вынул записку и с облегчением выдохнул.
— Молодец! — расплылся он в улыбке. — Я уж было решил, что ты не передала мое послание.
— Что это значит?
— Тебе не следует знать, Амелия.
— Но хотя бы приблизительно? Я поняла, что за королем следят и контролируют его действия. Он не может даже послание передать нормально.
— Да, не может. — Маэлдун спрятал цилиндр и записку в карман. — Не забивай себе голову. И знай: мне придется использовать тебя против Талрона. С этим я ничего не могу поделать. Но я продолжу искать убийцу королевы. А в этом наши с ним цели совпадают. Это все, что тебе нужно знать, Амелия.
— Но скажи хотя бы…
— Эй! Уведите девчонку! — крикнул Малэлдун, не собираясь даже слушать меня.
Дверь открылась, а Маэлдун ленивой походкой вернулся к своему столу. Слуга повел меня обратно.
Мы шли по служебному этажу. Слуги сновали туда-сюда: одни несли подносы с посудой, другие — ведра с водой и корзины с овощами. Кто-то торопливо вытирал пыль с подсвечников, кто-то шепотом переговаривался у дверей, а несколько фэйри тащили тяжелые ящики.
Я уже почти перестала обращать на них внимание, когда заметила служанку с маленькими оленьими рожками. Она толкала перед собой тележку, доверху заваленную бельем: постельными простынями, наволочками, полотенцами и одеждой слуг.
Перед очередной дверью служанка остановилась, постучала и, не дожидаясь ответа, вошла внутрь. Через мгновение она появилась снова — уже с новой кипой белья в руках. Служанка водрузила ее на тележку, поправила съезжавшую простыню и двинулась дальше.
Я невольно обернулась. Потом еще раз.
Служанка тем временем добралась до высоких двустворчатых дверей. Толкнула их плечом, вкатила тележку внутрь, и из комнаты тут же повалил густой белый пар.
Прачечная?