Страница 45 из 87
Сделав серию глубоких вдохов, которые абсолютно никак не помогают мне справиться с подступающей истерикой, я снова беру в руки фотографии. На этот раз Кирилл не помогает мне собрать их с пола. Даже наоборот — усиленно делает вид, что замысловатые завитушки на обоях интересует его куда больше, чем обнаженные тела на снимках.
Волосы девушки на фото прикрывают часть лица, но наше с ней сходство от этого не менее сильное. Я знаю, что технологии сейчас шагнули далеко вперед, но… Это все равно никак не укладывается в голове.
Сейчас я стараюсь абстрагироваться от лица и переключаю внимание на тело. Ладони Артема лежат на ее груди, затрудняя тем самым возможность рассмотреть форму и я все больше убеждаюсь в том, что эти фото не случайны. Они невероятно откровенны, но в то же время, все самые важные детали будто специально прикрыты от объектива. Это будто красиво срежиссированная постельная сцена из фильма. Ни у кого не возникает сомнений, что именно происходит в кадре, но в то же время кино не скатывается в банальную порнографию.
У Оли в пупке есть пирсинг, но на фото этого не видно. Талия узкая, здесь тоже явно поработали в редакторе. Причем, немного перестарались. Мне кажется, даже я не выгляжу так стройно.
Я знаю, что фото — подделка, но в какой-то момент все равно начинаю сомневаться в своей адекватности. Может, меня опоили? Может, наоборот, это тело Кирилла здесь заменили в редакторе, а снимки сделали в нашей с ним спальне?
Ага… и интерьер при этом изменили до неузнаваемости.
Я бросаю фото на стол, но затем снова хватаю и впиваюсь взглядом в то, где видно бедро девушки. Идеально гладкое.
— Шрама нет, — выдыхаю отрывисто, тыча пальцев в точку, где по идее, должен быть мой шрам от встречи с листом металла.
Я его заработала через пару месяцев после встречи с Воеводиным. У нас тогда была активная стадия знакомства со всеми его друзьями и у одного из них была свеже построенная дача. С баней, бассейном, зоной для барбекю и всеми другими прелестями загородного отдыха. Но так как стройка была закончена только недавно, на заднем дворе еще остались какие-то стройматериалы. Вот на них я и наткнулась, когда пошла искать Кирилла. Ему весь вечер кто-то звонил и дергал по работе, а я в новой компании чувствовала себя довольно неуютно и поэтому отправилась за ним. Но в темноте напоролась на лист металла и распорола себе бедро так, что пришлось накладывать швы. Воеводин тогда везде носил меня на руках и мне кажется, именно в тот момент я поняла, что с таким надежным мужчиной готова провести всю оставшуюся жизнь.
—Ты права, — он громко сглатывает и ведет длинным пальцем по плечу девушки на фотографии. — Но родимое пятно есть. Оно сбило меня с толку…
— Это фотошоп, — качаю головой. — Мое лицо, практически мое тело… Кто-то очень хотел, чтобы ты поверил в то, что на фотографиях я.
— И я поверил, — хрипло соглашается он.
— И ты поверил, — словно эхо повторяю.
Мысленно напоминаю себе, что там была еще какая-то запись моего голоса, но сомневаюсь, что от этого мне станет легче. Дело ведь не в доказательствах. Дело в том, как он поступил. Сразу же. Не дав мне даже возможности оправдаться.
Звук пластиковых колесиков чемодана вырывает меня из мыслей и я практически бегу обратно в гостиную, чтобы не дать Ольге уйти без ответов.
Сестра замирает в дверном проеме и окидывает меня ненавидящим взглядом. Словно это я сломала ее жизнь. Будто я — главная виновница всех ее проблем.
— Неужели ты думала, что правда никогда не всплывет? — мой голос звучит странно. Слишком хрипло и задушено.
— Если честно, в тот момент меня это мало волновало, — пожимает она плечами. — Я просто хотела сделать тебе больно, Тая. Причинить тебе такую же боль, как ты постоянно причиняешь окружающим.
— Что за бред? — встряет Кирилл, но я лишь машу на него рукой. Я хочу ее выслушать. Хочу ее понять. Узнать за что она так со мной поступила.
— Я всегда помогала тебе, — мотаю головой.
— Чем? Своими идеальными советами? Вечной критикой моего образа жизни? Или ты имеешь в виду подачки с барского плеча? Вы с Кириллом сколько квартир сменили за это время? А я продолжала ютиться в съемной однушке на окраине! Ты даже познакомить меня не могла с кем-нибудь из вашего “высшего общества”. Бедная сестра провинциалка никогда не дотягивала, да?
— Ты хотела найти спонсора! — Выдавливаю из себя и морщусь.
— Ну не всем же суждено встретить “большую и чистую любовь”, которая по совместительству еще и мэром оказывается! Такая удача случается раз в поколение! Каковы шансы, что обе сестры вытянут счастливый билет? Правильно, нулевые…
— Поэтому ты решила даже не стараться и ни одного своего мужчину не рассматривала как потенциального мужа?
— Ну вот, снова святая Таисия вошла в чат, — театрально вздыхает она. — Оля, это платье слишком вызывающее. Сестра, тебе нужно быть более ответственной. Когда ты возьмешься за ум?
Ее лицо кривится, изображая меня, но даже при всем желании голос далек от моего собственного. Кирилл прав, они у нас совершенно разные. И это снова возвращает меня к вопросу той видео или аудиозаписи. Мое чистосердечное признание она что, тоже подделала в каком-то редакторе?
— Это просто за гранью, — растираю пальцами виски, чтобы хоть как-то унять болезненную пульсацию. Пространство вокруг вращается, словно взбесившаяся карусель и мне приходится прикрыть глаза, чтобы снова не осквернить раковину сестры.
Естественно, все эти два года я не тешила себя иллюзией того, что Оля просто “ошиблась” и в кабинете Кирилла оказалась случайно. Но где-то в глубине души я надеялась, что ею руководили какие-то сильные чувства. Это бы нисколько ее не оправдывало, разумеется, но по крайней мере, хоть как-то бы объясняло почему она решила отбить мужа у собственной сестры.
Но тот факт, что она сделала это из мести окончательно меня добивает. Наживо вскрывает все те раны, что успели хоть как-то затянуться за два года.
— Оля, — вымученно приказываю. — Или ты сейчас рассказываешь всё, еще раз повторяю, абсолютно всё… или в следующий раз, когда мой муж захочет тебя придушить, я не буду его останавливать.