В надежных руках

Мы забрали вещи из пикапа, каждый набросил на плечи по рюкзаку. Джуд протянул мне купленный в секонд-хенде кошелек, где лежали мои новые документы и немного наличных на мелкие расходы. Основную часть денег, с которыми мы бежали из Атлантик-Сити, он нес сам. Последние две недели мы экономили и не тратили лишнего, чтобы оставить как можно больше для игры. К счастью, те восемьдесят тысяч, что я уже выиграла, были в безопасности у Коула.

...Где бы он сейчас ни был.

Мы доехали по Синей линии метро до станции Юнион-Стейшн, где сели на поезд «Саутвест Чиф», идущий до Аризоны.

Тот, кто бронировал нам билеты, раскошелился на купе-руметт, так что мы могли лечь и хорошенько выспаться в дороге. Главным плюсом, по мнению Джуда, было то, что здесь мы оставались скрыты от посторонних глаз. Ближайшие тридцать пять часов мы проведем взаперти: будем спать и продумывать план действий.

Проводники и ухом не повели, когда проверяли мой билет и новые документы. Чтобы не усложнять жизнь, Джуд записал меня на то имя, под которым меня знали в «Четырех всадниках». Для всех вокруг я была просто Анджелой. Оставалось надеяться, что в Вегасе в это тоже поверят.

Джуд не стал терять времени и быстро разложил наши два сиденья, превратив их в спальные места. Он, должно быть, жутко устал. Я уже собиралась залезть на верхнюю полку, но он перехватил меня за талию.

— Ложись со мной.

Я посмотрела на постель, которая по ширине больше напоминала диванчик, чем нормальную кровать. На ней и мне одной было бы тесно, куда уж там парню с телосложением, похожим на холодильник.

— Пожалуйста, — попросил он, когда поезд тронулся и слегка качнулся.

Я все еще не могла привыкнуть к его бритой голове, покрытой теперь лишь тонким слоем иссиня-черных волос. Впрочем, к себе самой в образе шатенки я тоже пока не привыкла. Мы сделали то, что были должны. И пока все шло именно так, как он и говорил.

Я прихватила одеяло, предназначенное для моей полки. Джуд лег первым и увлек меня за собой, укладывая к себе на грудь.

Стоило моей голове коснуться его груди, как я почувствовала, как из его тела уходит все напряжение.

Он захрапел еще до того, как поезд отъехал от платформы.

Я проснулась от того, что поезд замедлил ход, а из динамиков, слегка потрескивая, раздалось объявление о прибытии в Форт-Мэдисон, штат Айова. Джуд спал, вжавшись в стену и по-прежнему прижимая меня к своей груди. Внизу живота появилось отчетливое чувство дискомфорта. После посадки я так сильно устала, что о посещении туалета перед отправлением не могло быть и речи. Но теперь тянуть дальше было нельзя.

Я выскользнула из объятий Джуда и, встав на ноги, слегка пошатнулась, пока не почувствовала в них уверенность. Поесть тоже не мешало бы.

Я даже не успела дотянуться до замка на двери, как Джуд в панике проснулся.

— Что случилось? — в его глазах метался испуг: он никак не мог прийти в себя после беспробудного сна, мгновенно уступившего место страху, что меня нет рядом.

Я положила ладонь ему на грудь, и его бешено колотящееся сердце тут же начало замедлять ход.

— Все хорошо. Я просто в туалет.

Он глянул на окно, зашторенное занавеской.

— Мы стоим.

— Ага, только что остановились в Айове.

Бешеный блеск в его глазах еще не угас. Джуд провел ладонью по своей бритой макушке и закрыл глаза.

— Точно. Хорошо.

Я снова посмотрела на дверь.

— Мне правда очень нужно.

Широким жестом Джуд пропустил меня вперед и пошел следом в узкий коридор вагона. К счастью, очередь в общий туалет растаяла прямо у нас на глазах. Я заскочила первой, постаравшись управиться как можно быстрее в кабинке, которая была лишь ненамного просторнее самолетного туалета, а потом уступила место Джуду. Вокруг суетились люди, расселяясь по местам после посадки на станции.

— Надо бы чего-нибудь поесть, — Джуд коснулся ладонью моей щеки, — но, если честно, мне хочется просто лечь и дальше спать.

— Я могу заказать еду в купе, если ты хочешь вернуться в руметт, — сказала я, мысленно поблагодарив судьбу за то, что класс нашего купе позволял не тащиться в вагон-ресторан, если только нам не приспичит заказывать обед из нескольких блюд.

Он нахмурился.

— Тебе лучше вообще не выходить из купе без лишней надобности. Я сам схожу за едой.

— Джуд, — я сжала его руку. — Иди спать. Ты вел машину всю дорогу сюда. Я быстро.

Он помедлил, смерив меня сомневающимся взглядом, но я не уступала. Наконец он сдался:

— Возвращайся сразу же. И не поднимай головы.

— «Не привлекай внимания», я знаю, — поддразнила я его.

Джуд поцеловал меня в макушку, развернулся и пошел обратно к нашему купе.

И тут до меня дошло, что я понятия не имею, как заказывать еду в номер. При посадке мы так сильно вымотались, что благополучно прослушали все объявления и инструкции. Впрочем, ничего страшного. После ночной поездки на машине и сна на кушетке, пусть и повышенной комфортности, мне определенно нужно было размять ноги. Найду проводника, осмотрюсь и вернусь к Джуду.

Я прошла через два вагона, разминая шею, потягивая руки и изучая обстановку, а затем повернула назад, чтобы отыскать в нашем вагоне проводника. По громкой связи раздалось предупреждение для пассажиров занять свои места перед отправлением поезда. С едой придется подождать, ну и ладно. У нас в рюкзаках были батончики. По правде говоря, как бы мне ни хотелось горячей еды, больше всего на свете мне хотелось побыть с Джудом — столько, сколько я смогу за него цепляться.

Я прижалась к правой стороне коридора, пропуская двух мужчин, шедших навстречу. Сперва я не обратила на них никакого внимания. Поезд был забит под завязку. Но тут я заметила, что у них нет вещей. Вообще никаких, даже рюкзаков. И на них были тяжелые куртки, хотя на улице стояла жара под двадцать с лишним градусов.

Все, чему Джуд учил меня о шпионском искусстве, мгновенно всплыло в памяти. Слейся с толпой. Веди себя так, словно ты здесь на своем месте. Растворись в окружении. Не пытайся замаскироваться. Прячься у всех на виду.

Я продолжала идти, но рискнула бросить взгляд в зеркало в верхнем углу вагона — как раз вовремя, чтобы увидеть, как мужчины притормозили и посмотрели мне вслед.

Главное — не бежать. Бегство вызывает подозрения.

Я услышала, как изменился ритм их шагов. Они пошли за мной, преследуя меня из вагона в вагон.