Любовь и ненависть

Она украдкой поправила волосы, расправила юбку и улыбнулась новому соседу.

Сама Ирина считала себя красивой. Светлые волнистые волосы, правильные черты лица, длинные стройные ноги — своими достоинствами она умела пользоваться. Юбки становились чуть короче, походка — чуть увереннее, а взгляды мальчишек задерживались на ней все чаще.

Иван ответил ей вежливой улыбкой и спокойно приготовился к уроку.

В тот день Ирина не пыталась завязать разговор. Она внимательно слушала учителей, лишь изредка украдкой поглядывая на соседа.

За несколько уроков она успела заметить одну любопытную деталь.

Лейкин не изображал из себя важную персону. Он внимательно слушал объяснения, быстро схватывал новый материал, уверенно отвечал на вопросы и производил впечатление человека не только воспитанного, но и действительно умного.

Это заинтересовало Ирину еще сильнее.

Педагогический коллектив средней школы был, что называется, возрастным. Молодые учителя появлялись здесь почти каждый год, но надолго не задерживались. Одни находили работу в городе, другие ссылались на семейные обстоятельства, третьи просто не выдерживали деревенской жизни. Так или иначе, школа постепенно старела вместе со своими преподавателями.

Директор школы, Иван Петрович Шагов, давно перешагнул семидесятилетний рубеж, однако о пенсии даже слышать не хотел. Работа стала для него не только привычкой, но и необходимостью. Зарплата директора была вполне достойной, однако денег в семье постоянно не хватало.

Жена, с которой они почти сорок лет назад после окончания педагогического института приехали работать в небольшую деревню Алексеевку, а позже перебрались в районный центр, недавно вышла на пенсию. Вместе с заслуженным отдыхом пришли болезни, требовавшие постоянного лечения и немалых расходов.

Двое взрослых детей жили в Омске. Им уже перевалило за сорок, но они по-прежнему охотно принимали помощь родителей. Нужно было выплачивать кредит за трехкомнатную квартиру, затем появились расходы на недавно купленный автомобиль. Шагов никогда не жаловался — просто молча продолжал работать.

Ирина Сорокоумова никогда не интересовалась биографией директора и тем более не участвовала в школьных пересудах. Она считала, что между учениками и учителями должна существовать определенная дистанция.

Все новости о педагогах ей рассказывала одноклассница Маша Гурова, отец которой работал бухгалтером на колхозном рынке и, казалось, знал обо всех событиях района. Что из услышанного было правдой, а что — обычными деревенскими выдумками, Ирина никогда не выясняла. Родителей она тоже не расспрашивала: дома не любили обсуждать чужую жизнь.

Лишь спустя неделю после начала учебного года Ирина и Иван Лейкин познакомились немного ближе.

Повод оказался самым обычным — большая двадцатиминутная перемена.

Едва прозвенел звонок, Иван вышел во двор школы. В руках он держал прозрачный пакет с нехитрым завтраком. Пройдя в школьный сад, парень устроился на старой деревянной скамейке, стоявшей в тени раскидистой яблони.

День выдался удивительно теплым для конца сентября. Солнце щедро заливало сад мягким золотистым светом. Иван неторопливо разложил свой обед: несколько ломтиков сервелата, булочку с маслом и бутылку лимонада.

Минут через десять в сад вошла Ирина.

Она вовсе не собиралась обедать. Перед школой плотно позавтракала дома, а на перемене успела выпить стакан компота и съесть небольшой бутерброд в школьном буфете. Просто захотелось немного пройтись и подышать свежим воздухом.

Увидев девушку, Иван заметно удивился.

За несколько учебных дней он уже привык к тому, что одноклассники старательно держатся от него в стороне. Никто никогда не садился рядом на длинную скамейку, хотя места на ней вполне хватило бы еще троим или четверым.

Причину такого поведения он понимал.

Все знали, что Лейкин — сын одного из самых влиятельных руководителей района. Почти каждое утро к школьному крыльцу его привозила черная «Волга» ГАЗ-24. Остальные ученики приходили пешком.

Так же, как и большинство учителей. Пожилая преподавательница русского языка Нина Петровна Алёхина медленно шла в школу, тяжело опираясь на старенькую трость. Возраст и больные ноги давно стали ее постоянными спутниками.

Ирина тоже была дочерью руководящих работников районного центра Аксеново. Правда, положение ее родителей было куда скромнее, поэтому особого пиетета перед громкими должностями она не испытывала.

Подойдя к скамейке, девушка лукаво улыбнулась и без всякого приглашения села рядом.

— Лейкин, — с улыбкой сказала она, — я уже несколько дней наблюдаю, как ты беззастенчиво занимаешь мой трон.

Иван поднял глаза и вопросительно посмотрел на нее.

— Надеюсь, ты не станешь возражать, если законная хозяйка вернет себе место?

Парень рассмеялся, поднялся со скамейки и с нарочитой галантностью сделал приглашающий жест.

— Да пожалуйста. Хоть всю скамейку забирай. Ради такой особы я и постоять могу.

Ответ оказался настолько неожиданным, что Ирина искренне рассмеялась. На ее лице вспыхнула открытая, теплая улыбка.

— Ну нет, геройствовать не надо, — сказала она, слегка хлопнув его по плечу. — Садись. Мне просто захотелось проверить, умеешь ли ты шутить.

Иван улыбнулся уже без прежней скованности.

Они обменялись еще несколькими ничего не значащими фразами, а затем школьный звонок возвестил об окончании перемены.

Ирина первой поднялась и, махнув рукой на прощание, быстрым шагом направилась к зданию школы.

Эти двадцать минут пролетели для нее почти незаметно.