Страница 56 из 109
Глава 21
Месяц золотого дыхания
Памятуя, как легко ко мне ворвалась стража, перевернула комнату вверх дном и забрала то, что, по их мнению, «эта девица не могла заслужить», я впервые задумалась о безопасности. В бытность леди из павильона Зимних Слив у меня никогда не водилось таких огромных сумм наличными, а все подаренные заколки, кольца, подвески и кимоно «выгуливались» тут же. Красть такие вещи было бы просто глупо: если воришка наденет хотя бы одну из моих заколок, весь дворец сразу поймёт, кто у нас тут самый гениальный преступник года.
Увы, пришлось честно признаться себе, что отсутствие соседок по комнате — это не только тишина, простор и отсутствие чужих носков на полу. Это ещё и минусы размером с драконью лапу. Если бы я жила с Акино или Наоко вместе, как минимум была бы хоть одна свидетельница моего имущества. Теперь вопрос встал остро: как сделать так, чтобы меня не обвинили в краже моих же денег? Если всё случившееся — не цепочка нелепых совпадений, а чей-то хитрый план, то где-то рядом бродит злопыхатель. И, зная мою везучесть, он уже потирает руки и ждёт удобного момента.
В тот же вечер, как меня вылечили от русалочьих когтей, я отправилась к дворцовому казначею и положила триста риен в ячейку, арендованную при сокровищнице принцев Аккрийских. Почему так раньше не поступила? Экономила… Всё же аренда ячейки тоже стоит денег. Хотела было сдать на хранение и эльфийские клинки, но казначей лишь окинул их внимательным взглядом и заявил, что артефакты рядом с драконьей сокровищницей держать запрещено.
— У нас тут деньги, драгоценности, бумаги, — сказал уважаемый Ёсинобу-сан с каменным лицом, одновременно поправляя свиток со списком предметов. — Но артефакты… они живые. У них своя воля, и они могут повлиять на печати. Представьте, что кто-то хранит рядом боевой железный веер с огненной руной — да у нас полсокровищницы в пепел обратится!
— Артефакт? — эхом повторила я, пристально рассматривая эльфийские клинки.
Нет, они, конечно, красивые, но никакой магии я от них и в помине не ощущала. Внутреннее зрение тоже молчало, утверждая, что это самые обычные кинжалы, пускай в их рукояти и вмонтированы бриллианты.
Мужчина с тонкими губами в смешной шапочке с колокольчиком ещё раз провёл ладонью над моим подарком и кивнул.
— Да, определённо, это мощный артефакт. Такие клинки и Мёртвую Душу разрезать могут, окажись они в правильных руках. — Он с сомнением покосился на меня, но комментировать мой уровень магии, к счастью, не стал. — Обычно подобное оружие хранится у владельца. Вы также можете пройти в павильон Павлиньих Перьев и договориться, чтобы их взяли в музейную часть, но имейте в виду, в случае надобности экспонаты музея возвращают не ранее чем за седмицу.
— Седмицу⁈ — обалдела я, уже собравшись согласиться на такой вариант хранения дорогостоящего оружия.
— Там очень сложная бюрократическая часть, требуются печати сразу нескольких чиновников…
Я отрицательно замахала руками и вернулась с эльфийским подарком к себе. Нет, никаких музеев, этот вариант не подходит. Если Мёртвые Души нападут, а они точно нападут, мне нужны будут эти клинки! Очень! Ко всему, если у меня теперь есть оружие, которое может помочь в этой битве, то логично с ним тренироваться.
В ближайший выходной за целых тридцать риен я заказала у чудо-мастера волшебный утяжелённый ларец, который внесли в мою комнату аж шестеро крупных мужчин-оборотней. Вкупе с замком, настроенным на мою ауру, этот ларец стал безопасным хранилищем для эльфийских кинжалов.
Тренировки для теней огненных клинков в основном были рассчитаны на алебарды, так что чтобы не только танцевать, но и правильно управляться с кинжалами, я нашла соответствующие свитки в коридоре Спящих Мечей и принялась по вечерам практиковаться и с этим видом оружия.
Из оставшихся денег пятьдесят риен я выслала родителям, мне показалось это правильным. Мама рассыпалась в ответ в благодарностях, сказала, что «не надо было», но деньги всё же взяла, а вот отец впервые поинтересовался, как идёт у меня обучение, и спросил, не хочу ли я навестить их на Большой Земле. Да-да, они перебрались из деревни около дворца на Большую Землю, потому что им как оборотням там всегда нравилось жить больше, и всё это время они терпели малый клочок суши лишь ради дочерей, потому что хотели успешно выдать нас замуж.
Но что самое необычное — впервые за долгое время я почувствовала, что отец приглашает совершенно нейтрально, без подтекста «пора тебе познакомиться с достойным лисом из клана Х». Обычное письмо, обыкновенные строки, но в них не было тяжести, не было давления «когда же ты найдешь себе мужа?».
Я перечитала его слова несколько раз и вдруг поймала себя на странном чувстве — лёгком и хрупком, как роса на утреннем листе. Это было не счастье и не гордость, а, скорее, тихое облегчение: впервые отец обратился ко мне не как к будущей невесте и не как к обузе, а как к дочери. Более того, в его интонации чувствовалось уважение — то самое, которое раньше он уделял сыновьям друзей, сокрушаясь, что у него родились лишь девочки. Стоило мне самой заработать деньги и распорядиться ими, как он вдруг увидел во мне не придаток мужчины, а самостоятельного человека. Всё-таки правильным решением было устроиться служить во дворец, пускай всего лишь и тенью огненного клинка.
Последние двадцать риен, каюсь, я израсходовала на себя. Никогда так много не тратила, но вдруг захотелось обновить гардероб, купить и чуть больше спортивной формы, и просто красивых платьев с заколками. Внезапно подумалось, что все разы Яори видел меня лишь в пыльных штанах и простой тунике. Воображение вдруг нарисовало картинку, как в свободное время я переоденусь в нарядное кимоно и пойду гулять по северному парку, а Яори не узнает меня, настолько красивой я буду, и подойдет познакомиться.
И всё же я прекрасно понимала, что это — глупое воображение. Я всего лишь лиса. Он — дракон. Он дважды спас мою жизнь не потому, что видел во мне что-то большее, а потому, что я — часть дворца и это его обязанность. Таков долг Правого Крыла Дракона — представлять интересы принца и защищать подданных.