Страница 47 из 57
Глава 14. Заседание об опеке
Дэйдрэ
— Подняться! Суд идет! — возгласил высокий мужчина в белоснежной форме и красном плаще, стоящий у входа в зал заседаний. Мы с Лю поднялись со своих мест, следом поднялся и Арк. При этом по лицу моего дроу пробежала тень неодобрения. Он цепко следил за типом в плаще, а когда из-за двери появился судья в черной мантии, мой муж напрягся еще сильнее.
— Заседание буду вести я, Саливан Подвороти! Истец — чета Хольм, ответчик — чета ан Дорр, темноэльфийского происхождения. Также нам будет помогать суд присяжных. Шесть законопослушных членов общества будут решать, с кем останется ребенок. Со своими законными родственниками или же с теми людьми, которые выкрали девочку из лечебницы и теперь занимаются ее воспитанием.
Закончив спорную речь, судья плюхнулся на свое огромное кресло и вперил в меня масляный взгляд. От такого внимания стало неуютно.
— Так и знал, — медленно сказал муж, осматривая присяжных, судью и группу Красных Плащей, стоящую у входа.
Мне не понравился его тон.
— Милая, не волнуйся, я решу вопрос. Но придется немного потерпеть этот театр абсурда. Тем красивее будет победа. Судья хоть и купленный, но вот присяжные — действительно обычные люди, я видел список. Эрданэль поделился.
Дроу начал пробегаться глазами по людям.
— Кожевник, пекарь, мать шестерых детей, лавочник, молочник, мясник. Удивительно, что они вообще разрешили хотя бы одной женщине присутствовать, — заметил он.
— Выслушаем притязания обеих сторон! Прошу сохранять тишину! — мерзкий пухлый мужчина, сидящий за конторкой, сложил руки в замок. — Истец!
— Да, Ваша честь, — с места поднялась Фердинанта с расцарапанным лицом. Порезы воспалились и выглядели ужасно. Учитывая ее телосложение, образ создавался весьма отталкивающий. — Как вы верно заметили, эти люди похитили мою племянницу из лечебницы и по какой-то причине решили, что имеют на это право! И это при живой-то тетке! А ведь Люпина всегда была моей любимой девочкой, кровиночкой! Как приду в гости, так ставит передо мной миску с похлебкой, а папаша ее, царствие ему небесное, к бутылке присосется да уснет! Вот я с девочкой и нянчусь.
— Неправда! — Люпина вскочила с места. — Мой отец никогда не пил!
— Молчать! — судья хлопнул молотком по черной высокой подставке для орудия правосудия. — Временные опекуны, угомоните дитя, иначе я занесу это в дело.
Я наклонилась к Лю и прижала девочку к себе. Она вся дрожала от страха, зло смотря на свою тетку. Маленькие кулачки воинственно сжались, спина напряглась, и даже пряди недлинных волос по-бунтарски торчали из-под косынки. В васильковых глазах плескался праведный гнев, делая ее похожей на взъерошенного, недавно оперившегося воробья.
— Продолжайте, прошу вас, — попросил судья.
— Так вот, Ваша честь. Однажды приходим мы с мужем к брату, а домик-то сгорел. Стали выяснять что к чему, и оказалось, девочка наша выжила. Тут мы и нашли эту парочку. Не без проблем, Ваша честь. Она — ведьма, живет в проклятом доме. Разве это условия для ребенка?!
— Подождите, госпожа Хольм. Позже мы вызовем свидетелей из комиссии, но сначала мы обязаны выслушать другую сторону.
— Конечно, — тронув расцарапанную щеку, тетка Лю опустилась на место.
Красивые губы мужа растянулись в зловещей усмешке. За стульями истцов мелькнула быстрая тень.
Показалось?.. Размышлять было некогда. Мы с Аркеланом сразу решили, что отвечать на суде буду я. Из-за его принадлежности к темным эльфам присяжные могут быть предвзятыми. Поэтому я расправила плечи и стала делать то, что ненавидела больше всего в жизни — взаимодействовать с обществом, которое заранее считает меня никчемной. Я видела это в глазах тех самых городских жителей Орнена. Осуждение. Презрение. Непонимание — когда они смотрели на моего мужа опасливой украдкой. Никто не желал связываться с дроу. Репутация его народа была слишком сильна рядом с перевалом.
На их месте я лучше бы опасалась орков.
Сделав глубокий выдох, я начала свою речь:
— Уважаемый суд, позвольте рассказать, как дела обстоят с нашей точки зрения. Я работала в лечебнице доктора Ландрэ, помогала ухаживать за больными. Там же я узнала о «безнадежном пациенте». Ею была девочка, пострадавшая в пожаре, ее кожа покрыта шрамами, как вы можете видеть. Одна из ран загноилась, и если бы я не взяла лечение в свои руки, боюсь, Люпина была бы уже мертва. К тому времени как чета Хольм начала ее разыскивать, девочка неделю как жила со мной, в новом доме.
— Позвольте спросить, госпожа ан Дорр, — сузил глаза судья. — У вас есть разрешение на медицинскую работу?
Я проглотила ком в горле.
— Нет, Ваша честь. Я самоучка. Но моя лавка полностью легальна, и товар сертифицирован.
— Понятно. Продолжайте.
— Спасибо. Когда появились Хольмы, мы успешно закончили лечение Лю и только продолжали ухаживать за кожей. У девочки появилась своя спальня, рабочее место, она начала ходить в школу. Я сама занималась с ней дополнительно, чтобы она смогла догнать остальных детей. Хочу обратить ваше внимание, что при виде тети девочка была напугана и держалась особняком. Я предполагаю, что Хольмы когда-то применяли к ней физическое наказание. Поэтому мы решили официально удочерить Люпину.
— Вот как, — мужчина побарабанил пальцами по столу. Его взгляд резко метнулся к моему мужу. — А вы, господин ан Дорр, скажете что-нибудь?
Аркелан поднялся. Легко, направляя в сторону судьи убийственный взгляд. Все присяжные настороженно застыли, готовые услышать его слова.
— Спасибо за возможность высказаться, Ваша честь, но моя супруга говорит чистую правду, и я полностью разделяю ее мнение. Люпина выказывала признаки страха при виде Хольмов. Мы привязались к девочке и не хотим, чтобы она страдала и ее детство было загублено. Между прочим, почему бы вам также не задать вопросы мужу госпожи Хольм? Мне кажется, он жаждет что-то сказать.
И правда, Бухнорь подпрыгивал на стуле, морщась и бесконечно ерзая. Он вскочил, пошатнулся, вытирая испарину со лба, весь побледнел.
— Я… обижал Люпину! Это правда! Мелкая гадина…