Страница 37 из 57
После этих слов, я нанес этому самоубийце несколько быстрых порезов кинжалом, используя скрытную технику дроу, которую у нас в Подземье называли «Отложенная боль». Сейчас он ничего не почувствует, но как только попытается встать, все порезы начнут кровоточить.
— Да что ты, — холодно прошипел я. — Если не прекратишь болтать о моей жене, я отрежу твой язык во славу Ллос. Говори, кто надоумил тебя распускать слухи? Я могу понять, когда мужик обижен и что-то там брякнул, но это уже похоже на систематическое вредительство.
Ров резко побледнел. Он и до этого не выглядел здоровым, теперь же лицо его приобрело и вовсе землистый цвет.
— Никто. Я сам, — просипел он и попытался выйти из помещения. Но был быстро возвращен на место и усажен на крышку унитаза. Из порезов хлынула кровь. Ров застонал и снова дернулся. Это было ошибкой, только усиливая агонию от изощренной пытки.
— Либо ты рассказываешь, либо вся эта боль покажется тебе просто царапинами, по сравнению с тем, что я еще могу сделать… — я показал ему кинжал. Острое лезвие играючи скользило между моих пальцев, не раня их, вращаясь вокруг ладони. Фокус, демонстрирующий, насколько хорошо я владею оружием. Сделав вид, что случайно уронил его, дал лезвию воткнуться точнехонько между ног Рова. Штанины мужика потемнели. Фу.
— Ты это… не серчай, мужик. Ну понравилась баба, с кем не бывает. А потом объявились эти… Парочка. Да. Заплатили. И сказали, чтоб я трепался о вас… Подмочил репутацию.
— По-моему, ты вместо этого обмочился сам. Чую, что ты не договариваешь, пакость, — я быстро вынул кинжал из крышки и снова стал им демонстративно поигрывать. Но у Рова случилось какое-то помутнение рассудка, потому что он вдруг изобразил крайне дурацкое выражение лица и начал нести бред.
— Я просто хотел поиметь эту травницу! Приехала, чистенькая такая, ладная… Не то, что наши бабы. Сиськи до пупа и семеро по лавкам! Но больно дерзкая оказалась, ученая. Я бы ее научил уму-разуму. Как надо встречать мужа отсосом, и в зад давать! Я бы свой хуй ей в глотку загнал, и драл бы, пока не задохнулась, сучка! Если бы не девочка… Но они обещали ее забрать… да… Она бы осталась одна, и тогда…
Мои кинжал сделал еще несколько быстрых движений. Он выживет. Но точно не сможет пользоваться полноценно пальцами на руках, да и ногами… кто знает. Мужчина с таким извращенным сознанием просто не должен существовать. Его грязный язык точно отрежу. После того, как он расскажет мне все, разумеется.
— Что ты знаешь про девочку? Что они хотели с ней сделать?..
— Судью подкупили, чтоб мелкую им отдал. Хотя зачем? Она же такая уродка, вся в шрамах. Такую даже замуж не отдать, натуральное чудище!
— На себя посмотри. Ты воняешь, беспробудно пьешь, тратишь чужие деньги и мечтаешь о том, что никто никогда не станет твоим. Ты тупой и злой. Правда думаешь, что за это ничего не будет?
Кинжал быстро прижался к горлу Рова, надрезав кожу и выпустив струйку крови.
— Да понял я, понял. Она твоя. Но что до девочки? Может, хочешь в долю? За нее дают хорошие деньги, можно прожить безбедно остаток жизни.
«Они настолько высоко оценили Дар Люпины?» — пронеслось в голове, когда я сильнее надавил на шею допрашиваемого.
— Имя судьи знаешь?
— Н-нет…
— А если так? — кинжал опустился вниз, к мокрой ткани штанов. — Яйца тебе точно не нужны.
— Погоди! Кажется, Саливан. Да, точно, его зовут Саливан! Он часто проворачивает грязные делишки. Покупает женщин на Аукционе. Больше ничего не знаю, клянусь!
— Что ж…
Я чуял, что парень не врет. Но простить ему все то, что он говорил о моей священной женщине, о моей любимой жене… я не мог. Да и не нужно было. Если каким-то образом в этот мир должно прийти правосудие, так почему бы не через мой кинжал, именем Ллос?
После того, как я сделал все, что собирался, вышел из туалета и подошел к лысому за стойкой.
— Все нормально? Он сильно кричал.
— Жить будет, но распускать грязные слухи – врядли, – сказал я громко, кладя окровавленный язык на стол.
Пусть остальные хорошо услышат.
— Можешь скормить собакам.
Пришло время найти судью. Или хотя бы компромат на него. Честно эту игру не выиграть.
Я все же смог сдержать обещание данное Дэйдрэ. Не убил Рова. Про покалечить она ничего не говорила.
Саливан… От имени судьи веяло властью, но это не спасало его от моей профессиональной слежки. Я отправился в Орнен, чтобы добыть компромат, и цвет коня теперь играл мне на руку. Темный Дарк передвигался по улицам бесшумно, будто чувствуя мое настроение и безукоризненно выполняя команду идти тихим шагом.
Аукционный дом, где я уже однажды был, возбужденно гудел. Охранник перегородил путь, однако, заметив опасный блеск алых глаз, пропустил. Здесь только такие и должны попадать внутрь. К тому же он меня помнил.
На этот раз здесь не было Эрданэля. Подозреваю, эльф был занят своей женщиной, кем бы она ни была. Атмосфера помещения из-за отсутствия сдерживающей силы казалась более расслабленной. Оказывается, Король воров держал в своих кожаных перчатках весь город, и сегодня здесь творился настоящий произвол, которому никто не мог помешать.
Колени мужчин были заняты шлюхами, некоторые из которых выглядели слишком молодо и свежо, чтоб заниматься подобными вещами.
Я использовал острый слух для того, чтобы понять, где именно сидит Саливан. Его здесь называли «Салли», и выглядел он совсем не как судья, а как отпетый негодяй. И этот человек должен вести дело моей дочери?..
Мужчина развалился в кресле Короля воров, беззастенчиво заняв его место напротив сцены. Костюм на нем едва сходился, полный живот не помещался в брюки, он уже начинал лысеть и обладал вторым подбородком. Однако отталкивающая внешность не мешала ему пялиться на сцену и истекать алчным потом, периодически промокая лоб засаленным платком.
На помосте я увидел женщин, которые старательно извивались в танце, стремясь привлечь внимание клиентов. Они были одеты в белые прозрачные простыни, а значит, это — невинные одаренные, которые по какой-то причине стали товаром. Их выставили на торги семьи, или они сами, так как лишились средств к существованию.
Отвратительно.