Страница 15 из 57
Только ожидание и дикая жажда.
— Моя очередь, - голос упал до рычания.
Я навис над ней, упираясь одной рукой в кровать. Другая скользнула вниз, по бедру, по горячей коже, к краю трусиков. Не стал их снимать. С удовольствием коснулся влажной плоти.
Дэйдрэ была горячей и скользкой, набухшей от желания.
Мой разум заволокло пеленой. Влага покрывала пальцы, густая и тягучая, стоило провести ими между складок, слегка надавливая на чувствительный бугорок. Дэйдрэ вздрогнула всем телом, вцепилась мне в плечи, впиваясь ногтями.
— Арк, - выдохнула она. Не «Аркелан». Арк. Так она называла меня только в постели. Только когда между нами не оставалось ни стен, ни масок.
Я направил себя в нее и вошел одним медленным глубоким движением до самого конца. Горячие стенки обхватили меня так плотно, что потемнело в глазах. Она выгнулась, приоткрыв рот в беззвучном крике, пальцы на моих плечах сжались до боли. Мысль, что мы делаем это в самом развратном белье, которое жена когда-либо надевала, подстегивала возбуждение. Она больше не избегает меня!
Остановился. Нужно было дать ей немного привыкнуть, прочувствовать. Все же я всегда был слишком большим для моей маленькой человечки. Но она сама обхватила меня ногами, скрестив щиколотки на пояснице, притягивая глубже.
— Не останавливайся, - это был приказ госпожи, и в ее голосе не осталось ни тени неуверенности.
Я начал двигаться. Сначала медленно, длинными глубокими толчками, от которых кровать скрипела, а из горла Дэйдрэ вырывались тихие сорванные звуки. Я ловил каждый из них, как бесценные подземные самоцветы. Семь лет я слышал эти звуки, но никогда не ценил так, как сейчас.
Розовое кружево сбилось, бюстик поднялся, обнажив одну грудь. Я наклонился и взял сосок в рот, прихватывая губами, лаская языком. Она запрокинула голову, отчаянно всхлипнув. Ее бедра двигались навстречу, подстраиваясь под мой ритм, как и раньше. Наши тела помнили друг друга лучше, чем помнил разум.
Ритм ускорился сам, я не мог больше сдерживаться. Каждый толчок отзывался низким рыком в моей груди, я входил в нее так, будто пытался добраться до самой сути, до того места, где пряталась ее душа, чтобы прижаться к ней своей и больше никогда не отпускать.
Она начала сжиматься, требовательно пульсируя вокруг меня. Горячая волна поднялась от поясницы, скручивая мышцы, наэлектризовывая каждый нерв.
— Вместе, - прорычал, как зверь, совсем не узнавая свой голос.
Она распахнула глаза и посмотрела прямо в мои. Зеленое в красное. Человек и дроу. Так, как смотрела у алтаря, когда Лиорет осыпала нас золотым светом.
Я вошел в нее глубоко, до упора, - и мир рассыпался на осколки.
Дэйдрэ кончила первой, на долю секунды раньше, сжавшись вокруг меня так, что я не смог бы остановиться, даже если бы захотел. Ее крик, тихий, надломленный, утонул в моем плече. Следом накрыло меня. Я излился в нее горячей пульсирующей волной, рыча сквозь стиснутые зубы, пока перед глазами плясали белые искры.
Несколько секунд мы существовали вне времени.
Потом мир начал медленно возвращаться. По частям. Сначала звуки: наше дыхание, тяжелое и рваное, птицы за окном, далекий смех Люпины во дворе. Потом ощущения: ее влажная кожа под моими ладонями, щекотка волос на моей груди, приятная тяжесть полного опустошения.
Я осторожно перекатился на спину, утягивая Дэйдрэ за собой. Она оказалась на моей груди. Легкая. Горячая. Все еще вздрагивающая от остатков оргазма.
Мои пальцы лениво скользнули в ее пшеничные волосы, перебирая влажные от пота пряди. Сердце колотилось как бешеное, постепенно замедляясь.
Никуда не отпущу. Никогда больше.