Страница 31 из 163
Аманда издала звук отвращения, и я краем глаза видел, как она качает головой.
— О Люке? Ты не можешь трахнуть меня сейчас, потому что думаешь о своём чёртовом брате?
— Ты не понимаешь.
Аманда встала с дивана и пересекла гостиную, чтобы схватить свою пушистую сумку с леопардовым принтом с отцовского кресла. Наверное, мне следовало остановить её, когда она уходила. Наверное, следовало попросить её остаться, прижать к дивану и трахнуть так сильно, чтобы забыть, о чём я вообще беспокоился.
Но что, если Ричи был в баре Тони с Люком? Что, если Люк простил ему то, что он сказал в день похорон наших родителей? Что, если мне придётся снова увидеть этого придурка после всего, что он сделал со мной в детстве? Последние пару лет без него не были идеальными, но было приятно, что он не висел у меня над душой, нашёптывая всякую херню в ухо, отдаляя моего брата всё дальше и дальше.
Так что Аманда схватила свою толстовку с подлокотника кресла и надела её, а я остался на диване, совершенно ничего не делая, чтобы удержать её.
— Я иду домой, — сказала Аманда со вздохом. — Если передумаешь и решишь, что всё-таки хочешь меня трахнуть сегодня вечером, не трудись звонить. Можешь просто подрочить сам.
— Ты злишься, — констатировал я.
— Да, Чарли. — Она недоверчиво покачала головой. — Я чертовски зла.
— Мне жаль, — ответил я искренне.
— Конечно. Уверена, что тебе жаль. Поговорим позже или завтра, или.. не знаю.. когда-нибудь.
Аманда вышла за дверь, хлопнув ею, и я снова остался один в гостиной, оставленный наедине со своими тревогами, навязчивыми мыслями и паникой обо всём и ни о чём одновременно.
* * *
Когда Мелани вернулась с работы, она застала меня сидящим на диване, подпрыгивающим коленями и уставившимся в телевизор. Я грыз ноготь, нижняя губа была искусана до крови. Мелани спросила, что случилось, и когда я рассказал, она забеспокоилась не меньше моего, хотя сохраняла спокойствие.
Мы сидели вместе до одиннадцати часов, пока она не решила поехать за ним сама.
— Хочешь поехать со мной? — спросила Мелани, но я отказался, опасаясь встречи с Ричи. Боялся, что он всё ещё будет выше, сильнее и таким же угрожающим, как раньше. — Ладно. Я скоро вернусь.
Прошёл ещё час, прежде чем я услышал, как её машина въезжает на подъездную дорожку. Хлопнули две двери, послышались шаги на крыльце, повернулся ключ в замке. Дверь распахнулась, и в дом, едва не споткнувшись о собственные ноги, ввалился пьяный Люк.
— Чарли! — прокричал он, шатаясь ко мне. — Вот и мой младший братишка!
Его речь была невнятной и нечёткой, и запах прокисшего алкоголя ударил мне в нос, когда Люк обнял меня за плечи.
— Хорошо провёл время, да? — спросил я без энтузиазма, вспомнив все те случаи, когда Люк приходил домой пьяным, и мне приходилось помогать ему дойти до его комнаты, чтобы мама с папой не узнали.
— Просто охеренно, чувак, — ответил Люк, ударяя меня по груди при каждом слове. — Боже, было так чертовски хорошо снова увидеть этих парней. Я даже не помню, почему м-мы перестали тусоваться, понимаешь? Что они вообще сделали?
Технически, Томми и Роб ничего не сделали, но разве не в этом была часть проблемы? Может, они и морщились от комментариев Ричи, может, закатывали глаза, но никогда не пытались его остановить. Они терпели его выходки и тем самым были также виноваты.
Но я не собирался говорить это Люку. Не тогда, когда он был пьян и едва мог держать глаза открытыми. Лучше было позволить Люку говорить, улыбаться и кивать, а потом уложить его в постель, чтобы он мог выспаться. Поговорить можно было бы завтра, когда он протрезвеет.
Мелани, похоже, думала иначе.
Она закрыла дверь и заперла её. Скрестив руки и нахмурившись, Мелани покачала головой.
— Ты серьёзно?
Он повернулся к ней, его голова качалась, как свинцовый шар на зубочистке:
— Прости?
— Я спросила, ты серьёзно?
Люк поджал губы и кивнул:
— Ага, я же так и сказал. Какого хрена это значит? В чём я не серьёзен?
— Они козлы, Люк. Все до единого. Каждый из тех парней, с кем ты тусовался, — долбанные козлы.
Я предупреждающе покачал головой.
— Мелани..
— Они мои друзья! — прокричал Люк, его голос ударил по моим барабанным перепонкам.
Прочистив горло, я обнял его за талию и сказал:
— Эй, давай. Пойдём наверх, ладно? Тебе нужно поспать..
— Эти так называемые друзья не звонили тебе годами, Люк! Они только и делали, что издевались над твоим братом! — Мелани указала на меня. — Они говорят гадости о тебе за твоей спиной и пристают ко мне каждый раз, когда видят меня на работе! Так поступают друзья? А?
Люк покачал головой и пошатнулся, делая шаг к ней.
— Заткнись, чёртова лгунья. Они не приставали к тебе. Они бы не стали..
— О, понятно, — саркастически рассмеялась Мелани. — То, что я говорю, кажется тебе невероятным, но при этом совершенно нормально, что они за спиной говорили гадости о тебе и твоей семье всё то время, что я тебя знаю. И совершенно нормально, что они относились к Чарли как к куску дерьма без всякой на то причины.
— Ты ничего не знаешь об этом! Боже, да какого хрена с тобой не так?! Почему ты..
— Пойдём, Люк, — взмолился я, обхватывая его за талию и пытаясь направить к лестнице. — Пойдём спать, ладно?
— Они иногда заходят в магазин. — Мелани выпрямилась и кивнула. — Я слышу, как они разговаривают. И говорят мне гадости. Смеются над тобой. Говорят, что ты слабак, что тебе следовало отдать Чарли в приют после смерти родителей, а не заботиться о нём.
Эти слова ударили меня в грудь, разбивая моё и без того израненное сердце. Боже, неужели это правда? Неужели люди так думали? Мелани не стала бы врать. У неё не было причин лгать сейчас.
Люк удивил нас обоих, начав плакать. Крупные, хлюпающие рыдания прорвались сквозь его пьяный туман.
— Заткнись, твою мать! Заткнись на хрен, чёрт возьми!
— Так вот что говорят друзья, Люк? — Теперь Мелани плакала. Огромные слёзы катились по её щекам и падали на пол. — Тебе нравится, когда твои друзья приходят в мой магазин, пристают ко мне и говорят, что могли бы трахнуть меня лучше..
— Уходи! — Люк ткнул пальцем в сторону двери. — Убирайся на хер из моего дома, сука! Ты грёбаная лгунья! Убирайся на хрен!
— Люк! — закричал я, пытаясь прекратить это. — Боже, ребята! Прекратите, ладно? Просто прекратите!