Страница 16 из 163
— Мы говорим о Люке, дорогой. Он говорит одно, а делает другое. В любом случае, у тебя есть наши номера, и миссис Уилер..
— Ага, знаю. Папа уже говорил мне это, — пробормотал я, прислонившись к стене.
Я не собирался снова просить их остаться, но, чёрт возьми, как бы мне этого хотелось. Они говорили, что это тревога разлуки (так сказал однажды врач пару лет назад) и иногда это было правдой. Но сейчас было не это, и никто не хотел слушать.
Я сжал кулаки, а дыхание сбилось.
Мама шагнула ко мне с протянутыми руками, затем прижала ладони к моим щекам. Её глаза немного расширились от удивления, когда её руки коснулись моего лица.
— О боже, надо, чтобы папа научил тебя бриться, — сказала она со смешком, прежде чем наклониться и поцеловать меня в лоб. — С тобой всё будет в порядке, Чарли. Позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится, хорошо?
Я выдохнул и кивнул.
— Хорошо.
Мама поцеловала меня ещё раз — на этот раз в щёку — а папа шутливо вздохнул.
— Пойдём, Сью. Давай оставим Чарли, чтобы он мог устроить сумасшедшую вечеринку. — Он взъерошил мои волосы, прежде чем направиться к двери. — Веди себя хорошо, малыш.
— Ага, — ответил я, сжимая кулаки, пока мама следовала за ним. — Развлекайтесь, ребята.
Дверь закрылась за ними, и я наблюдал через витражное окно, как родители садятся в машину. Затем, когда они выехали с подъездной дорожки и поехали по улице, тревога продолжала нарастать.
* * *
Была почти полночь, а я всё ещё был один.
Люк не звонил, но позвонила мама.
Чуть больше получаса назад она сообщила мне, что они уходят с концерта и собираются поужинать. Она спросила, дома ли Люк, и я соврал, сказав, что он в своей комнате.
— Отлично, — сказала мама с ноткой облегчения в голосе. — Хорошо. Значит, у тебя всё в порядке?
Мама всегда беспокоилась обо мне, и обычно мне это нравилось. Нравилось, что она заботилась обо мне и ставила мой комфорт на первое место в своей жизни, даже если это было эгоистично и по-детски с моей стороны. Но сегодня вечером я не хотел, чтобы мама волновалась. Мне хотелось притвориться нормальным ребёнком, как Люк — храбрым и крутым, которого не беспокоит, что родители проводят вечер вдвоём. Всё ради того, чтобы позволить им быть счастливыми.
— Ага, всё хорошо, мам, — ответил я и улыбнулся, потому что действительно звучал так, будто всё в порядке.
Но нет, это было не так. И теперь, через сорок минут после того, как я услышал её голос, я сидел на диване, подпрыгивая ногами и грызя ногти, пока смотрел какую-то дурацкую передачу на «MTV».
— Неужели людям действительно нравится эта хрень? — пробормотал я дрожащим голосом, глядя на группу студентов колледжа, целующихся у бассейна.
Затем входная дверь открылась, и я вскочил с дивана, чтобы посмотреть, кто пришёл.
Люк вошёл в гостиную с растрёпанными волосами и красными глазами.
— О, привет, — поздоровался он сонным и хриплым голосом. — Извини, я немного опоздал..
— Немного?! — закричал я пронзительно, выпуская всю панику, которую подавлял весь вечер. — Папа сказал тебе быть дома несколько часов назад!
Люк нахмурил брови и скрестил руки на груди.
— Ага, но папы здесь нет, не так ли?
— И что?!
— Значит, — Люк сделал пару шагов ко мне, от него пахло травкой, пивом и духами Мелани, — я немного погулял и повеселился.
Я сжал кулаки и посмотрел ему в глаза. Он был ненамного выше меня — всего на пару дюймов. Но он всё ещё был сильнее. Вероятно, так будет всегда. Но сейчас я был готов надрать ему зад, и, чёрт возьми, хотел это сделать.
— Ты должен был быть здесь со мной!
Люк опустил руки и закатил глаза, уже поворачиваясь, чтобы уйти.
— О, повзрослей уже, Чарли. Серьёзно. Сделай одолжение себе и всем остальным и..
Я бросился на Люка, толкнув его на ковёр. Потом ударил его по лицу, схватил пальцами за волосы и успел несколько раз дёрнуть его за них, прежде чем он оттолкнул меня на журнальный столик.
— Твою мать! — закричал Люк, потирая голову, пока поднимался на ноги. — Боже, ты маленький придурок. Что с тобой не так?
— Я волновался за тебя! — закричал я, чувствуя себя глупо, когда глаза наполнились слезами. Затем слез с журнального столика и сел на диван, откидывая волосы со лба. — Ты сказал, что будешь дома, а я не знал, где ты. Я должен был догадаться, что ты предпочтёшь накуриться и заняться сексом, чем быть со мной. Какого чёрта я..
— Чарли, — прервал меня Люк, его тон стал намного мягче. Он глубоко вздохнул и продолжил: — Прости, ладно? Я потерял счёт времени, и да, я курил и пил.. — Люк почесал затылок и откинул волосы со лба. — В любом случае, ты прав. Я должен был вернуться. Хотя обещал, но не сделал этого, так что.. Я козел, и мне очень жаль.
Я шмыгнул носом и вытер глаза.
— Всё в порядке.
— Ты поел?
— Нет, — пробормотал я. — Ты сказал, что принесёшь что-нибудь для меня.
Его виноватое выражение лица усилилось.
— Чёрт, я забыл.
— Мама оставила деньги на столе для пиццы, но..
Мне не нужно было говорить, что пиццерия уже закрыта. Мы оба это знали. Мне следовало позвонить раньше, понял я, но тогда я не был голоден, слишком отвлечённый паникой. Но теперь, когда Люк вернулся, я внезапно почувствовал урчание в животе.
— Пойдём, — сказал Люк, жестом приглашая меня следовать за ним на кухню. — Я сделаю бутерброды с сыром. Хочешь?
— Да, хорошо, — ответил я, вставая и позволяя ему вести меня. — Звучит неплохо.
* * *
Мы нашли по кабельному телевидению цензурную версию фильма «Побег из Шоушенка» и уже двадцать минут смотрели его, поедая бутерброды. Затем мы развалились на противоположных концах Г-образного дивана и пытались сосредоточиться на Энди Дюфрейне и его побеге из тюрьмы, но мой взгляд то и дело возвращался к часам.
Прошёл час, потом два с тех пор, как я в последний раз слышал голос мамы, и я начал задумываться, не позвонить ли ей. Просто спросить, чем они занимаются и когда возвращаются домой.
— Люк, — тихо позвал я.
— Хм, — промычал он, наполовину спящий.
— Может, позвонить маме и папе?
Брат глубоко вздохнул, его грудь поднялась, а затем он открыл глаза и посмотрел на меня с другого конца дивана.
— Опять нервничаешь?
Я пожал плечами, отводя взгляд.
— Нет. Я просто..
Я стал теребить нитку на шве дивана, пытаясь придумать разумное объяснение, но ничего не приходило в голову. Поэтому снова пожал плечами, не в силах смотреть на него.
— Если тебе так будет спокойнее, звони.