Индиго

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Я не помнил, как уснул на диване у Нейта, но проснулся в погружённой во тьму гостиной, а из ванной доносился шум душа.

«Который час?»

Я потянулся за телефоном. Было девять вечера. Я не знал, сколько проспал, но слишком долго. Потом представил, что весь клуб злится на меня. Представил, что все рассказывают о том, что произошло между мной и Кейт. Сол мог позвонить в любую минуту, и он жаждал крови.

«Мы не хотим, чтобы они пострадали, и сами не причиняем им вреда. Мы причиняем боль тем, кто их обижает. Я понятно объясняю?»

Я причинил ей боль.

Я разбил ей сердце.. а где-то там всё ещё был кто-то, кто следил. Наблюдал. И кто, чёрт возьми, знал, на что он готов пойти? А теперь меня не было рядом, чтобы её защитить.

— Тупой идиот, — произнёс я вслух, приложив руку ко лбу.

Душ выключился. У меня заурчало в животе, и я пошёл на кухню, чтобы найти что-нибудь, что можно было бы проглотить.

Нейт вошёл в гостиную, обернув полотенце вокруг талии.

— О, привет, ты проснулся.

— Ага, — пробормотал я, открывая холодильник и заглядывая внутрь.

Остатки китайской еды. Пачка нарезки. Упаковка яиц. Пакет молока.

— Надо бы сходить в магазин, — сказал он у меня за плечом. — Закажем пиццу?

Я закрыл холодильник и посмотрел на него.

— Ты ещё не ел?

— Не-а, ждал, пока ты проснёшься. Подумал, что ты будешь голоден.

Я уставился на него, словно пытаясь разгадать, сложить все кусочки воедино. Он отдалённо напоминал того парня, которого я знал. И говорил так же. Но этот человек передо мной уже не был тем мальчишкой, с которым я рос. Тем, кто был полон ярости и ненависти. Тем, кто влипал в неприятности ради мести или просто ради забавы.

Нет, этот парень был вдумчивым. Гораздо спокойнее, гораздо сострадательнее. Это изменение не вызывало отторжения, но стоять здесь с ним и привыкать к новому Нейту было как удар по башке.

— Что? — спросил он с усмешкой.

— Я просто не понимаю, что с тобой случилось, — признался я, сбитый с толку.. и счастливый.

— Я уже говорил тебе. Хороший врач и лучшая женщина, — легко ответил Нейт, проходя мимо меня к двери своей спальни. — Накину что-нибудь. Потом закажем еду.

— Ага, конечно, — пробормотал я, глядя ему в спину, пока он исчезал за дверью.

* * *

Мы сидели за тем же небольшим столом, за которым сидели, когда жили вместе, между нами стояла открытая коробка с пиццей. Я отчасти думал, что он купил какую-то новую мебель, чтобы соответствовать своей новой жизни с Кристал и её сыном, но пока не нашёл никаких подтверждений этому.

Нейт сам поднял эту тему.

— Я скоро отсюда съезжаю, — сказал он, беря второй кусок пиццы с мясом и дополнительной порцией сыра.

— Будешь жить с Кристал?

Он словно изучал кусок пиццы, утопая мыслями в расплавленной моцарелле, а потом произнёс:

— Её зовут Кэсси.

— Кэсси, — повторил я, представляя невысокую блондинку с громким голосом и любовью к ковбойским сапогам.

— Она жила с мамой с тех пор, как родился Джаггер. Даже несмотря на.. множество неудачных отношений с парнями, которые.. — Нейт расхохотался и покачал головой. — Честно говоря, я хотел сказать, что они были хуже меня, но, наверное, это не так. В те времена..

Румянец стыда окрасил его щёки, и он покачал головой.

— В общем, мой договор аренды на эту квартиру почти истёк, и хотя она могла бы переехать сюда, а Джаггер мог бы занять твою старую комнату, мы хотели чего-то.. нового, понимаешь.

— Понимаю.

— Так что мы снимаем небольшой дом в Бэй-Ривер. Две спальни, две ванные. Хорошая гостиная, кухня, целая столовая. И есть задний двор с детской площадкой и всем прочим.

Он откусил кусок, но даже жевание не могло сдержать улыбку, растягивающую его губы.

— Это потрясающе, дружище, — сказал я, протягивая руку к коробке за куском пиццы. — Честно, я рад за тебя. Ты..

— Не говори, что я это заслужил.

Пицца замерла на полпути ко рту, когда я поднял на него взгляд.

— Ладно, не скажу.

— Я должен был сидеть в тюрьме, — пробормотал Нейт, откусывая кусок пиццы. — Чёрт, я вообще-то должен быть мёртв на хрен.

Я не сразу ответил, потому что он был прав. По сути, шансы Нейта на счастливый конец были ничтожно малы, учитывая то, как он жил раньше.

Меня охватило внезапное, странное чувство зависти. Насколько это справедливо, что Нейт Мэннинг смог выбраться из своей грязи, а я всё ещё как-то расплачиваюсь за это? Когда он вообще отвечал за свои поступки? Да, его несколько раз арестовывали, но, кроме пары ночей в камере предварительного заключения и нескольких крупных штрафов, он по-настоящему не нёс никаких последствий.

Потом я вспомнил, что Нейт мне рассказывал. Что ему пришлось пережить из-за его матери и её бойфренда. Травму. Боль. Пожизненный приговор — жить с этими воспоминаниями. И я подумал: «Думаю, он достаточно настрадался».

— Эй, ты проверил того парня?

— Какого? — уточнил я, запихивая мысли о зависти и обиде в пыльный ящик, чтобы похоронить их и, надеюсь, забыть.

— Старого преследователя Кейт, — сказал он. — Того, кто сидел в тюрьме.

Я покачал головой.

— Она сказала, что уже проверила и что это не он. Парень живёт на юге с мамой.

Нейт задумчиво хмыкнул, а затем спросил:

— Но разве повредит, если всё-таки проверить?

— Я имею в виду..

С дивана раздался звонок моего телефона. Пронзительный звук, казалось, разнёсся эхом по всей квартире. Я дал ему прозвонить и перейти на голосовую почту. Вероятно, это были мои родители или — боже, помоги мне — Сол. Сейчас я не хотел ни с кем из них разговаривать и собирался перезвонить позже.

Когда звонок прекратился, я оглянулся на Нейта и открыл рот, чтобы что-то сказать, но звонок раздался снова. В этот раз он казался ещё громче, словно говорил: «Отвечай, ублюдок».

Я вздохнул и отодвинул стул, чтобы встать. Потом подошёл к телефону, схватил его с дивана и, как и ожидал, это был Сол.

— Чёрт, чёрт, чёрт, — повторил я, сжимая в руке этот проклятый аппарат. — Он меня убьёт.

Нейт лишь пожал плечами, и по его лицу было ясно: «Просто разберись с этим». Я громко застонал, а затем ответил на звонок.

— Привет, Сол.

— Она с тобой?

— Кейт?

— Нет, принцесса Диана, — без тени юмора отрезал Сол. — Конечно, я говорю о Кейт. Она с тобой?

Я оглядел гостиную, словно, произнеся её имя, мог материализовать её в этом пространстве. Но этого не произошло, а тревожные нотки в голосе Сола заставили моё сердце биться так быстро, что я должен был бы упасть замертво на месте.

— Нет, — ответил я. — Её здесь нет.

— Где ты, мать твою, Реван?

— Я у друга.

— Почему ты не здесь?