Индиго

— Ладно, ладно, послушай меня, — осторожно сказал я, наконец-то понимая и ненавидя недоверие, которое теперь отражалось в её глазах — Что случилось с Нейтом.. Я взял на себя вину за то, что он натворил на работе. Нейт позволил мне взять вину на себя, и я потерял работу. Он даже глазом не моргнул. Нейт просто.. позволил этому случиться, и я был в ярости. Я остался без работы. И не мог позволить себе вносить свою долю арендной платы, поэтому вернулся домой. Это было катализатором, но были и другие причины. Нейт разрушал отношения. Он ранил меня. Понятно? Ты спрашивала меня раньше, был ли он плохим парнем, и ответ — да, он был плохим. Даже злым. Нейт был плохим для меня и плохим для себя. Мне пришлось поступить эгоистично и вычеркнуть его из своей жизни. Иначе он утянул бы меня за собой, а я не мог этого допустить. Это должно было произойти, потому что иначе я не был бы там, где я сейчас.

Война, бушевавшая в глазах Кейт, утихла, но горечь всё ещё горела в уголках её ярких радужек, когда она сдержанно рассмеялась.

— Что, в спальне твоего детства в доме твоих родителей? — сардонически пробормотала она.

— Господи, Кейт, — пробормотал я в ответ, поднимая взгляд к потолку. — Я не это имел в виду. Меня бы здесь не было. Меня бы не было с тобой. И на случай, если ты до сих пор этого не понял, я тоже тебя чертовски люблю, и мне жаль, если тебе это кажется концом света, но для меня это..

— Я боюсь — выпалила Кейт, прежде чем прикусить язык.

— Меня?

— Да! — воскликнула она, прежде чем опомниться и прикрыть рот рукой. — Я боюсь тебя, боюсь потерять тебя, боюсь, что ты просто.. ни с того ни с сего решишь, что не хочешь больше быть со мной, боюсь оттолкнуть тебя, боюсь..

— Ага, и я боюсь, что проснусь и пойму, что всё это был всего лишь грёбаный сон, — перебил я, беря её за руку. — Послушай, я не знаю, что будет дальше, но знаю точно, что последние девять лет я мысленно возносил тебя на пьедестал. Каждую женщину, с которой я когда-либо был, сравнивал с тобой.

Уголок её рта изогнулся в жалкой улыбке, когда она коснулась своим плечом моего.

— Мы уверены, что ты не мой преследователь?

— Да, но я не уверен, что Сола это убедило, — пробурчал я саркастически. — Но серьёзно, если за всё это время меня не тошнило от воспоминаний о тебе, то не могу себе представить, что когда-нибудь устану от тебя, потому что, милая, я чувствую, что сейчас выиграл чёртов джек-пот. Но.. если по какой-то причине я когда-нибудь устану, я не уеду из города, ладно? Ты узнаешь. Обещаю.

— Нейт знал? — тихо спросила Кейт, всё ещё не в силах поднять на меня взгляд. Но она держала меня за руку, и я воспринял это как хороший знак.

— Если он не знал, то он более несведущий, чем я думал, — сказал я. — И, эй, мы с Нейтом решаем наши проблемы. Так что прими это как хороший знак.

Наконец она посмотрела мне в глаза, и я с облегчением выдохнул.

— Но ты всё равно ему не доверяешь, — осторожно сказала Кейт.

— Нет, — честно ответил я. — Но я открыт для этой идеи. Я просто..

— Тебе нужно время — я понимаю.

Она прижалась плечом к моему и закрыла лицо рукой, застонав.

— Боже, прости. Ты, наверное, думаешь, что я совсем спятила.

— Не-а, — сказал я, переплетая свои пальцы с её. — Я просто люблю тебя.

Её пульс участился от моего прикосновения.

— Но я.. я здесь, сравниваю твоего старого друга с браком моих родителей, и..

— Я всё ещё люблю тебя, — сказал я, поднося её руку к своим губам и запечатлевая поцелуй на внутренней стороне запястья.

— И я полностью испортила этот чёртов вечер, и я так устала, и..

— И я всё равно люблю тебя, — сказал я, поцеловав её большой палец.

Она вздохнула, успокаиваясь.

— Да, — тихо сказала Кейт, поворачивая голову, чтобы встретиться со мной взглядом, не давая мне опомниться от признания, которое я так жаждал услышать. — Я тоже тебя люблю.

Услышать эти слова из её уст и почувствовать их в своей груди — сначала мягко, а затем взорвавшись от удара — было всем, что мне нужно, чтобы почувствовать, что моя жизнь полна. Как будто в тридцать один год я достиг вершины своего предназначения на Земле и мог уйти, зная, что обрёл чистое и истинное счастье.

Это был самый глупый момент в моей жизни, возможно, самый слащавый, но когда я подался вперёд и прижался губами к её губам в сокрушительном, причиняющем боль поцелуе, мне было по барабану, насколько это было глупо. Потому что это было наше.

Мой язык вторгся в её рот без приглашения, и Кейт застонала в ответ, протягивая руки, чтобы взъерошить мои вечно растрёпанные волосы. Наши головы встретились, танцуя в хореографии, которую мы оба каким-то образом запомнили, когда она повернулась и оседлала мои колени одним быстрым, плавным движением.

«Я уже был здесь раньше», — мгновенно подумал я, вспомнив событие многолетней давности, когда мы были окутаны тьмой клуба, гремела музыка и все взгляды были устремлены на нас, но мне было всё равно.

«Тогда мне не разрешалось этого делать», — подумал я, когда одной рукой обхватил её грудь через толстовку с капюшоном.

Кейт выгнула спину, сильнее прижимаясь к моей ладони. Я сжал, она застонала. Потом провёл большим пальцем по набухшему соску, заметному даже под лифчиком, и её губы приоткрылись в судорожном вздохе. Это был восхитительный, дразнящий обмен взаимностью, когда она несколько раз потёрлась своими бёдрами о мои, и я усмехнулся ей в губы.

— Ты снова пытаешься заставить меня кончить в штаны? — спросил я, не в силах сдержать широкую улыбку.

— Нет, — сказала Кейт, изображая невинность, и, оставив волосы, обхватила меня за плечи. — Но если ты хочешь, я могу.

— О, ты так думаешь? — приподнял бровь, чтобы подчеркнуть свою ухмылку.

— Не забывай, я профессионал, — ответила она с лукавым блеском в глазах.

— Ага, — пробормотал я, фыркнув от смеха. — Профессиональная дразнилка.

Я кивнул головой.

— Ложись.

Кейт попыталась сдержать улыбку, но её губы приоткрылись в притворном шоке, и она в ужасе ахнула.

— Ты что, отдаёшь мне приказы?

— Милая, возможно, мне придётся притворяться, что между нами ничего нет, пока мы работаем, но прямо сейчас, в этой комнате, ты моя, — сказал я. — А теперь ложись.

Щёки Кейт вспыхнули ярким румянцем, и она прикусила нижнюю губу, прежде чем ответить:

— Да, сэр.