Индиго

Тепло разливалось по моей груди, когда Кейт рассказывала, как кормила своего питомца. Мне нравилось, что он у неё есть. Нравилось, что у девушки есть такое простое, чистое общение. То, что человек заботится о другом живом существе, не будучи обязанным это делать, многое говорит о нём, и я улыбнулся, когда кошка издала единственное тихое мяуканье, после чего замолчала.

— Прости, — наконец сказала Кейт.

— Всё в порядке, — ответил я, сворачивая на подъездную дорожку позади отцовского универсала. — Кошка на первом месте.

— Она так думает, — пробормотала Кейт, а затем рассмеялась. — В любом случае, э-э.. вернёмся к тому парню. Однажды он пришёл в клуб. Потратил кучу денег, пока я была на сцене, а потом пригласил меня на приватный танец. Он, э-э..

Её голос был напряжённым. Девушка шмыгнула носом в трубку, и я подумал, не плачет ли она. Мне не понравилось, что она, возможно, плачет, и я слишком резко заглушил двигатель.

Я поспешно вытащил телефон из нагрудного кармана, зажал его между ухом и плечом и сказал:

— Ты не должна мне говорить. Это..

— Он зашёл слишком далеко, — поспешно сказала Кейт. — Он не.. ну, ты понимаешь.. не насиловал меня или что-то в этом роде, но.. да, он зашёл слишком далеко. Я закричала и выбежала оттуда. Сол избавился от него. Но он так и не ушёл. Он преследовал меня. Пару раз он врывался в мой дом, грабил меня.. Вот, в общем, и вся суть.

Кейт говорила так быстро, слишком быстро, что я не успевал вставить ни слова, пока она не закончила, и я стоял на крыльце, ошеломлённый, глядя на своё отражение в окне входной двери.

— Твою мать, Кейт.

— Я была дома, когда он вломился в последний раз. Спряталась в шкафу и вызвала полицию. Он убежал, но я знала, кто это был. Они арестовали его, и на этом всё закончилось.

— Мне так жаль, что тебе пришлось пройти через это.

Боже, что за ересь я сболтнул. Я покачал головой от собственной бесчувственности, вставляя ключ в замок, но что, чёрт возьми, ещё можно было сказать? Хотел бы я быть там, чтобы разорвать этого ублюдка на части, по кусочкам? Что, если бы это зависело от меня, он отбывал бы срок в шести футах под землёй, а не в тюрьме штата, получая своё трёхразовое питание?

Но Кейт всё равно проигнорировала это неубедительное замечание.

— Сол и Сэм после этого немного.. сошли с ума. Они не хотели, чтобы подобное повторилось, поэтому удвоили усилия. Сол следил за тем, чтобы на месте всегда было как минимум два вышибалы. Они стали строже относиться к правилам употребления алкоголя. Конечно, им не всегда удавалось всё остановить. На свете всё ещё есть придурки. Но.. парни делают всё, что в их силах.

— И ты хочешь сказать, что именно поэтому Сол устроил мне допрос третьей степени?

Я прошёл через гостиную к лестнице, стараясь не шуметь, пока поднимался.

— Я хочу сказать, что Сол очень осторожен, когда дело касается нас, и в нём есть что-то отцовское. Но, несмотря на это, он не доверил бы тебе оставаться со мной наедине, если бы действительно считал тебя угрозой.

Это был запутанный способ изложения, и я не был уверен, что до конца понял. Но прежде чем я успел спросить, Кейт поспешила пояснить.

— Я имею в виду, что Сол может разозлиться на тебя из-за того, что ты встречаешься со мной или что-то в этом роде, но если бы он действительно думал, что ты представляешь проблему за пределами.. типичной драмы в отношениях, у тебя бы даже работы не было.

Я тихо прикрыл дверь своей спальни, прежде чем выдавить смешок.

Что ж, это заставляет меня чувствовать себя лучше.

— Так и должно быть.

Я включил громкую связь, снял пиджак и положил его на кровать. Усталость навалилась на плечи, когда я смотрел на смятое одеяло и вмятину на подушке, где ночь за ночью лежала моя голова. Адреналин от благополучного возвращения домой поддерживал меня ещё некоторое время, но теперь, когда я был дома, мне вдруг показалось, что мои веки сделаны из наждачной бумаги, и держать их открытыми достаточно долго, чтобы расстегнуть рубашку, становилось всё более и более мучительным испытанием.

— Думаю, мне пора идти, — сказала Кейт после нескольких мгновений молчания. — Мне нужно поспать, и тебе тоже.

Я кивнул, чувствуя, что моя голова как пятидесятифунтовый свинцовый шар.

— Нужно.

— Но мы увидимся завтра? — спросила Кейт с такой надеждой, как будто был шанс, что меня не будет на работе.

— Конечно.

— Хорошо.

Я представил себе её улыбку. Яркую. Идеальную. Я закрыл глаза, высвобождая руки из рукавов рубашки, представляя, как она выглядит прямо сейчас. Я скучал по ней. Как, чёрт возьми, я мог скучать по ней, когда только что её видел?

— Эй, Реван?

Я прочистил горло.

— Да?

— Могу я тебе кое-что сказать?

— Что угодно.

— Ты мне очень нравишься.

Моё сердце учащённо забилось, и тепло разлилось по всему телу, когда я ответил:

— Ты мне тоже очень нравишься.

Секунду мы оба молчали. Мои губы растянулись в широкой ухмылке, когда я расстегнул ремень и пожалел, что сейчас не с ней. На хрен эту одинокую постель. К чёрту медлительность. Я хотел быть в её доме, в её комнате, оставляя свой запах на всём, что ей принадлежало. Пометить свою территорию, чтобы ни один мужчина даже на секунду не подумал, что у него есть шанс. Это было собственническое, животное чувство, но в то же время потрясающее, заставлявшее меня поднимать голову выше и растягивать улыбку до боли в щеках.

Кейт вздохнула в трубку, издав тихий удовлетворённый звук. Затем она ответила сонным голосом, который только заставил меня ещё больше пожалеть, что я не с ней.

— Мне кажется, я очень долго ждала, когда ты это скажешь.

И тогда я поклялся никогда не отпускать её надолго, не сказав этого снова.