Индиго

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Его звали Тайсон Мерфи. Отпадно звучащее имечко для долбанутого парня.

Пришли копы и надели на него наручники. Они даже не потрудились спросить, что произошло после того, как он напал на Индиго и Сола. Просто поприветствовали нас кивком и словами: «Дальше мы сами», а затем потащили стонущего ублюдка на улицу.

Затем Сэм принял решение закрыть клуб пораньше. Он решил, что не было особого смысла оставаться открытым, когда Венди повезла Сола в больницу, а Индиго собирала вещи, чтобы отправиться домой после нападения. Айви уже ушла, и Кристал не хотела работать последние два часа в одиночестве — и это понятно.

Итак, клуб опустел, и все мы разбрелись, собираясь уходить.

Сэм натянул куртку и обратился ко мне, стоявшему у двери и ожидавшему, когда Кристал и Индиго пойдут к своим машинам.

— Я заплачу тебе за всю ночь, — сказал он, доставая бумажник и вынимая пригоршню банкнот. — Плюс дополнительный час.

Сэм пересчитал деньги и протянул мне, когда я спросил:

— Ты уверен?

— Бери. Ты хорошо поработал сегодня.

Я кивнул, не желая спорить.

— Спасибо, — поблагодарил я, засовывая деньги в нагрудный карман вместе с чаевыми, которые получил ранее.

Кристал и Индиго вышли из закулисного коридора, обе были одеты в штаны для йоги, кроссовки и толстовки — их нерабочая униформа. Губа Индиго распухла, но кровотечение прекратилось. Мой пиджак был перекинут через руку, и, приблизившись, она передала его мне.

— Спасибо, — сказала она, слабо улыбнувшись, затем поморщилась. Индиго коснулась пальцами своей пухлой красной нижней губы. — Боже, как больно.

Сэм сочувственно кивнул.

— Возьми несколько дней, Инди. Поправляйся.

Она закатила глаза в его сторону.

— Это был не первый раз, когда меня били по лицу. Я буду жить. И могу работать.

Он скривил губы, явно желая возразить.

— Я не собираюсь спорить с тобой по этому поводу, потому что знаю, что ты будешь делать то, что хочешь. Но никаких танцев, ладно? Не принимай это близко к сердцу. Возможно, тебе и раньше давали пощёчину, но..

— Я сама решу, с чем я смогу справиться, хорошо?

Сэм выглядел так, словно получил пощёчину, сжал губы и кивнул.

— Хорошо. Вы все, убирайтесь отсюда. Пора закрываться.

Я придержал дверь и пропустил девушек, пока Сэм выключал свет. Машина Кристал стояла ближе к входу, и мы смотрели ей вслед и махали, когда она садилась и уезжала. Машина Индиго стояла дальше, и я проводил её, пока Сэм закрывал дверь и направлялся к своему грузовику, припаркованному позади здания.

Индиго молчала, пока мы приближались к её маленькому седану. Она опустила голову, крепко сжимая в руке ремешок спортивной сумки. Я решил, что девушка думает о том, что произошло с этим придурком Тайсоном. Конечно, я не знал, насколько это серьёзно. Не знал точно, что он с ней сделал. Это было не моё дело. Но непреодолимое желание утешить её захлестнуло меня приливной волной гнева и сочувствия. Чёрт, я мог только представить, через какое дерьмо ей пришлось пройти за эти годы, занимаясь тем, что она делала по работе. И только мысль о том, что такие мужчины существуют в этом мире.. мужчины, которые думали, что они имели право пользоваться женщинами и даже другими мужчинами ради собственной больной выгоды..

Я никогда раньше не задумывался об убийстве, но мысли о подобных мужчинах подтолкнули меня к этому.

— Ещё раз спасибо, — наконец сказала Индиго, когда мы подошли к дверце её машины. — За то, что ты сделал сегодня вечером.

— Я просто выполнял свою работу, — ответил я, пожав плечами.

— Нет, это не так. Сдерживать его и не давать ему причинить боль кому-либо ещё — это твоя работа. Но позволить мне ударить его по яйцам.. — Инди повернулась и, наконец, посмотрела на меня, её глаза были мягкими, обиженными, благодарными и чертовски грустными. — Это было для меня, и ты не должен был этого делать, но я рада, что ты это сделал. Так что.. спасибо тебе.

Тысяча вопросов вертелась у меня на языке, но всё, что я сказал, было:

— Не за что, Индиго.

Она усмехнулась и закатила глаза к небу.

— Не называй меня так. Боже, только не тогда, когда мы здесь.

Здесь.. Я предположил, что она имела в виду, когда мы не были внутри клуба, и спросил:

— Как мне тогда тебя называть?

— Кейт, — сказала она, глубоко вздохнув и почти тоскливо улыбнувшись. — Ты можешь звать меня Кейт.

* * *

В тот вечер я вернулся домой со странным чувством. Только так я мог это объяснить. Как будто моё сердце стало на десять фунтов легче, а желудок выделывал кувырки.

Я продолжал прокручивать в голове её слова.

«Ты можешь звать меня Кейт».

На этом «ты» был сделан такой сильный акцент. Как будто её имя — её настоящее грёбаное имя — предназначалось только мне и никому другому, и я чувствовал себя как маленький ребёнок на Рождество, пытающийся понять какого хрена это значило.

Я хотел увидеть её снова. Хотел увидеть её сейчас.

Я хотел попросить у Кейт номер телефона и заснуть под звук её голоса, что.. да, это тоже было странно, но, чёрт возьми, не думал, что когда-либо чувствовал себя так раньше. Ну, не с того момента, когда мы впервые встретились и она подарила мне мой первый поцелуй. Но тогда я понимал, что больше никогда её не увижу — по крайней мере, так думал, — и смириться с этим было достаточно легко. Но сейчас?

Мы знали друг друга. Мы работали вместе. И я мог называть её Кейт.

Я думал об этом, пока засыпал, и думал об этом, когда проснулся. Думал об этом, пока завтракал. И мама спросила, почему я такой тихий. Папа спросил, почему у меня такое странное выражение лица. Они оба спросили, всё ли у меня в порядке, и я уверенно ответил «да». Просто сказал им, что провёл хорошую ночь, и, как ни странно, не считая Тайсона, так оно и было.

Затем я вышел на подъездную дорожку, чтобы починить папину машину. С тех пор как Рой уволил меня, родители больше не ездили на своих машинах в его мастерскую. Они сказали, что не хотят подкидывать ему работу из солидарности.

Кроме того, всю работу за них делал я.

Папиной машине требовалась замена масла. Машина нуждалась в замене уже несколько дней, но я ждал, когда у меня будет свободное время, чтобы это сделать.

Пока делал это, я думал об Индиго — Кейт.

— Итак, это девушка? — как бы невзначай спросил папа, выходя, чтобы дать мне бутылку воды.

— Что?

Он посмотрел на солнце и пожал плечами, скривив губы в хитрой, понимающей улыбке.

— Ты знаешь .. почему у тебя такой слащаво-сентиментальный вид.

Я рассмеялся и покачал головой.