Страница 103 из 107
ЭПИЛОГ
И знаете что? Каким-то долбанным чудом.. у нас получилось.
Через несколько дней после того, как мы с Нейтом спасли Кейт и её отца, её выписали из больницы — всё ещё в синяках, со швами и с ранами в тех местах, до которых ни одна медицинская бригада не могла дотянуться. Сначала она поселилась у Сола и Венди, пока мы с ней осваивались на этой странной и неизведанной территории наших отношений. Мы быстро поняли, что любить друг друга после немыслимой травмы — это часто ситуация «то жарко, то холодно», которую ни один из нас не мог толком контролировать. Но мы держались. Кейт того стоила, и, думаю, она считала, что и я тоже.
Пока Кейт жила у Сола и Венди, её отца перевели в дом престарелых, где о нём могли должным образом заботиться. Когда Кейт не была со мной или у Сола, она находилась там, с Говардом, — следила, чтобы он устроился и чувствовал себя хорошо. Он никогда не любил перемен, но к этой приспособился легко. И он часто спрашивал обо мне.
Спустя два месяца после нападения Кейт попросила меня навестить его вместе с ней. Я не стал спорить или возражать, просто пошёл.
— Реван, старый проказник! — воскликнул Говард, увидев меня; его глаза сверкали весельем.
— Здравствуйте, Говард, — произнёс я, выдавливая улыбку, пока мой разум подменял его яркое, счастливое лицо тем, что видел в его гостиной: широко раскрытые, полные ужаса глаза, забрызганные кровью Анджелы.
Мой терапевт говорил, что частые флешбэки — это нормально, но важно учиться преодолевать их.
Я пытался.
— Пэтти говорит, что у тебя с моей Кэти всё идёт как по маслу, — сказал он, толкая меня локтем после того, как я сел рядом с ним.
Я встретился взглядом с Кейт и кивнул.
— Да, у нас всё неплохо.
— Хорошо, хорошо. Вот это я и хотел услышать. — Его морщинистая рука похлопала меня по руке. — Но послушай меня, сынок. Ты слушаешь?
— Да, я слушаю.
— Не тяни. Когда понимаешь, что встретил женщину, которую будешь любить всю оставшуюся жизнь, не теряй времени. Женись на ней. Подари ей детей. Напоминай ей каждый день до конца жизни, как много она для тебя значит.
Я выдержал твёрдый взгляд Кейт и сказал:
— Сейчас, пожалуй, не самое подходящее время.
Как оно могло быть подходящим? Мы залечивали раны; наши жизни находились в странном, похожем на сон состоянии подвешенности. Я бы с радостью предложил ей переехать ко мне и делить со мной постель, где мы могли бы защищать друг друга от преследующих нас обоих кошмаров. Но я не стал бы подталкивать её ни к чему — абсолютно ни к чему, — пока она не будет уверена и не будет готова.
Но Говард крепко держал меня за руку.
— Подходящего времени никогда не будет, Реван, — твёрдо ответил он. — Не повторяй моих ошибок. Не жди. Не оттолкни её своей нерешительностью.
* * *
Мы ехали обратно к дому моих родителей в молчании, пока Кейт не вздохнула и не отвлекла моё внимание от мыслей, роившихся в моей голове.
— Он прав, — прошептала она.
— Что?
— Папа. Он прав. Всё это.. — Кейт покачала головой, словно не могла подобрать нужное слово. — Я хочу быть с тобой, Рев. Мне надоело всё это.. ходить вокруг да около. Мы держим друг друга на расстоянии вытянутой руки. Мы..
— Мы пытаемся во всём разобраться, — мягко возразил я. — В смысле, всего два месяца назад.. ты, эм.. ты была..
— Похищена. Избита. Изнасилована.
Я вздрогнул от этих ужасных, мерзких, отвратительных слов, сорвавшихся с её губ, и сжал руки вокруг руля так крепко, что, казалось, пальцы вот-вот сломаются.
— Я знаю, что со мной произошло, и принимаю это. Я могу произнести эти слова, Рев, но понимаю, почему ты не можешь. Я понимаю, что ты борешься с чувством, будто ты подвёл меня, — хотя это не так, и это нормально. Как ты и сказал, мы исцеляемся. Но я хочу исцеляться вместе с тобой. Не так, как сейчас.. когда.. не знаю.. мы вроде вместе, но со всем справляемся поодиночке. Я ненавижу это.
Я ослабил хватку и вздохнул.
— Я не хотел давить на тебя или..
— Ты не можешь заставить меня делать то, чего я не хочу, — мягко заверила она меня. — Но я не боюсь тебя, Рев. Никогда не боялась. Всё это сделал Донни. Не ты.
Я принял её слова близко к сердцу, и после того как отвёз Кейт к дому Сола, пошёл домой, чтобы поговорить с родителями.
* * *
Через неделю Кейт перевезла свои вещи в мою детскую спальню.
Мы провели в этом доме четыре месяца как пара, преодолевая испытание, к которому ни один из нас не был готов. Мы посещали сеансы терапии — и индивидуальные, и совместные, — а после того как я начал работать на полную ставку в мамином спортзале, решились на смелый шаг и переехали в ту самую небольшую квартиру, которую мы с Нейтом когда-то называли домом.
Каким-то чудом она оставалась пустой в течение нескольких месяцев после того, как Нейт переехал в свой дом с Кристал — Кэсси — и её сыном Джаггером.
Мы устроили свою жизнь в этой квартире. Заполнили стены моментами, связанными с Кейт и мной, чтобы они присоединились к тем, которые я делил с Нейтом. Готовили ужины, и она учила меня танцевать — нет, не тот вид танца, но и того тоже было много. Мы отмечали в этой квартире свои дни рождения и несколько незначительных праздников, которые ничего не значили для нас, но были важны для моей мамы, хотя бы потому, что давали повод пригласить друзей и семью и похвастаться моей обыденной жизнью и идеальной девушкой.
Но всё было далеко неидеально.
Кейт уволилась из клуба сразу после нападения. Никто не оспаривал её решения. Более того, Сэм и Сол поддержали её. Но за год, прошедший с того дня, она так и не выбрала профессию, которая бы её устраивала. Раньше Кейт была счастлива, танцуя. Она оживала на шесте.
Когда острые края её травмы начали сглаживаться, я понял, что Кейт чувствует, будто чего-то не хватает. Видел это по потускневшему блеску в глазах и по тому, что её улыбка уже не растягивалась так широко. Какое-то время я думал, что, может, дело во мне — будто она больше не счастлива в наших отношениях и ищет способ уйти.
Но однажды мы отправились в «Полуночный лотос», чтобы навестить «старую банду», как выразилась Кейт. смотрели, как Венди блистает на пилоне, хотя она жаловалась на усиливающиеся боли из-за артрита, и подбадривали Айви.