Страница 46 из 59
Сейн шагнул к книге.
— Поскольку Дариан Кроу добровольно отказался от должности и тем самым от права коронного вмешательства в защиту детей, Совет имеет основания признать его действия угрозой королевскому порядку. Селеста Арвен, изменившая формулу опеки, должна быть задержана до выяснения влияния Чёрной башни на её волю. Дети закрытой крови...
— Их зовут Теон, Майра и Энни, — перебила Яна.
— Дети закрытой крови, — повторил Сейн с нажимом, — подлежат временному размещению под надзором короны.
Энни тихо всхлипнула.
И в этот момент книга на столе захлопнулась сама.
Не громко.
Но так резко, что Сейн отдёрнул руку.
На белой обложке проступили три имени.
Теон.
Майра.
Энни.
А под ними — четвёртое.
Селеста Арвен.
Яна почувствовала, как тепло Чёрной башни отзывается у неё под кожей. Не рядом. Не в камне под ногами. Здесь, в Белом зале, среди чужих дверей и улыбок, башня была с ней. Через имена. Через ключи. Через то, что она сама назвала домом.
— Ритуал не завершён, — сказал Сейн, но в голосе впервые появилась злость без маски.
— Завершён, — ответила Яна. — Просто не так, как вы хотели.
Король поднял руку.
Стража двинулась.
Не бросилась. Здесь всё делали красиво. Белые плащи сомкнулись у дверей, алые знаки на их плечах вспыхнули. Вельза Морн отошла на полшага, уступая дорогу закону. Иллара осталась у колонны, и Яна заметила: она не смотрит на Дариана.
Она смотрит на Энни.
Младшая девочка тоже это почувствовала и спряталась за Майру.
Дариан поднял руку над красной линией.
— Не подходите к детям.
— Вы больше не палач, — произнёс король. — Ваш приказ здесь ничего не весит.
— Зато мой дом всё ещё знает моё имя.
— Вы не в своём доме.
Дариан опустил взгляд на деревянного ворона, которого всё ещё держал.
Подарок Энни.
Проверка тени.
Маленькая игрушка с отломанным крылом.
Он медленно положил ворона на красную линию.
— Тогда пусть дом придёт за мной.
Деревянный ворон раскололся.
Внутри не оказалось пустоты. Из трещины вырвался чёрный свет — не тень, не дым, а стая крошечных крыльев, вырезанных из ночи. Они взвились над красной линией, закружились вокруг Дариана, потом метнулись к Яне и детям.
Белый зал взорвался криками.
Стражи бросились вперёд.
Двери, которые Майра видела закрытыми, начали открываться. Не наружу. Внутрь. В каждую щель, в каждый белый проём ударил запах дождя, камня и старой башни. Чёрные вороны Дариана не прилетели по воздуху. Они вышли из отражений на мраморном полу, из гербовых теней, из тёмных зрачков портретов, из самой невозможности держать Чёрный дом под белыми сводами.
— Ко мне! — крикнул Дариан.
Теперь он пересёк красную линию.
И она погасла под его сапогом.
Яна не думала. Она подхватила Энни, свободной рукой потянула Майру, Теон сам рванулся рядом. Белая книга на столе вспыхнула и ударила светом по стражам, которые попытались закрыть проход. Не больно — ослепляюще. Вельза закричала приказ, но её голос утонул в вороньем громе.
Сейн поднял посох.
— Запечатать зал!
Пол под ногами Яны стал вязким. Не камень — формула. Дворец пытался удержать их тем же способом, каким круг истины удерживал в первой главе её новую жизнь: красиво, законно, безжалостно.
Браслеты на её запястьях вспыхнули.
Не серебром.
Белым огнём башни.
— Это не клетка, — сказала Яна, не зная, услышит ли её кто-то сквозь крики. — Это зал, где дети назвали себя. И дверь открывается тем, кто уходит с именем.
Мрамор треснул.
Дариан оказался рядом, подхватил Майру, когда та споткнулась. Теон ударил чёрным жетоном по воздуху перед стражем, и тот застыл, будто собственная клятва связала ему руки. Энни вцепилась в шею Яны, но не молчала.
— Правая дверь! — крикнула она. — Та, где не пахнет улыбкой!
Яна повернула туда.
Одна из белых дверей действительно была другой. Ничем внешне — такая же высокая, гладкая, сияющая. Но из-за неё пахло не дворцовыми благовониями, не холодной формулой, а мокрым деревом. Их экипаж. Ворота. Воздух снаружи.
— Туда! — крикнула Яна.
Дариан шёл последним.
Нет, не шёл.
Держал зал.
Без должности, без клинка палача, без плаща, но с такой силой, что стражи не решались подойти близко. Золотой огонь поднимался у него в глазах, и на мгновение Яна увидела не человека, а дракона под кожей — огромного, чёрного, раненого, но несломленного.
Иллара появилась у двери раньше них.
Без спешки.
Как будто уже ждала.
— Вы уходите не туда, — сказала она Яне. — Башня не спасёт от того, что проснулось под ней.
— Отойди.
— Или что? Дашь дому новое имя?
Дариан шагнул к ней.
Иллара не отступила, но посмотрела на короля через зал.
— Ваше Величество, они бегут.
Король стоял у возвышения. Не кричал. Не приказывал лично. Просто наблюдал, как Белый зал ломается воронами, детскими именами и выбором мужчины, который только что отказался быть его ножом.
— Тогда объявите их беглецами, — сказал он.
Сейн поднял посох.
— Дариан Кроу, Селеста Арвен и дети закрытой крови объявляются нарушителями коронного слушания. Их задержание дозволено любому верному дому. Чёрная башня подлежит окружению до зимнего суда.
Слова полетели по залу, как чёрные стрелы.
Но Дариан уже толкнул дверь.
Снаружи их ударил утренний воздух.
Они вывалились не на главную лестницу, а в боковой двор, где стоял экипаж. Вороны кружили над ним так низко, что лошади храпели и били копытами. Страж Дариана, тот самый, что сопровождал их ночью, распахнул дверцу.
— Милорд!
— К башне, — сказал Дариан.
— За нами погоня.
— Знаю.
Он посадил Майру внутрь. Яна передала Энни. Теон прыгнул сам, почти упал, но удержался. Дариан обернулся к дворцу. В боковой арке уже появились белые плащи.
Иллара стояла за ними.
Ветер трепал её светлые волосы. Она не кричала, не бежала. Только подняла руку — ту самую, где раньше не было перчатки, — и коснулась пальцами воздуха.
У Яны на плече вспыхнула серая печать.
Голос пропал.
На одно мгновение.
Она открыла рот, но не смогла предупредить.
Иллара улыбнулась.
Дариан заметил слишком поздно, что Яна не дышит. Он бросился к ней, но она уже прижала ладонь к плечу и другой рукой схватила каменный лепесток с вороном.
Не голосом.
Именем.