Страница 44 из 59
Король медленно поднялся. Корона над его креслом не шелохнулась, но тень от неё легла ему на лицо.
— Я позволил слушанию идти, потому что хотел увидеть, кто первым забудет о детях и начнёт спорить о власти, — произнёс он. — Вы все были быстры.
Никто не ответил.
Яна почувствовала, как внутри всё холодеет. Король не был их союзником. Это стало ясно сразу. Но он не был и марионеткой Сейна, как можно было надеяться или бояться. Он был опаснее: человеком, который видел больше, чем говорил, и всё равно выбирал трон.
— Селеста Арвен, — сказал он. — Вы изменили формулу и тем самым отказались признать детей частью служебной крови дома Кроу.
— Да.
— Но подтвердили опеку.
— Над детьми. Не над их силой.
— Красиво.
— Правдиво.
Он едва заметно улыбнулся.
— Правда редко бывает полезной без силы, леди Арвен.
— Зато сила без правды уже пыталась убить их.
Зал снова зашептался, но король не поднял руки. Он смотрел на неё с холодным интересом.
— Вы обвиняете корону?
— Я обвиняю тех, кто использует корону как маску.
Сейн побледнел от ярости, но не заговорил.
Король перевёл взгляд на Дариана.
— Ваш дом стал источником слишком многих затруднений, лорд Кроу. Тайные дети. Мёртвая хранительница. Возвращённая истинная. Сорванная формула. Подозрения против Совета. Древние права, которыми машут перед троном, как клинком.
— Если трон не хочет видеть клинок, ему не стоит класть детей на плаху, — сказал Дариан.
По залу прошёл ужасный, восхищённый вздох.
Яна закрыла глаза на одно мгновение.
Вот теперь война стала открытой.
Король спустился с возвышения на одну ступень.
— Осторожнее, палач.
Дариан не поклонился.
— Я был осторожен слишком долго.
Сейн тихо произнёс:
— Ваше Величество, подобное неповиновение...
Король поднял руку.
Сейн замолчал.
Потом король посмотрел на детей. Не зло. Не ласково. Как на сложную задачу, которую надо решить до того, как она станет пожаром.
— Теон. Майра. Энни.
Их имена прозвучали в королевских устах, и книга на столе вспыхнула. Дети вздрогнули, но не ответили. Ни один.
Яна почувствовала гордость такую острую, что она почти ранила.
Они запомнили.
Не отвечать, если имя тянут как ключ.
Король заметил.
— Хорошо, — сказал он. — У вас умные дети, Дариан.
— Да.
— И опасные.
— Только для тех, кто хочет ими владеть.
— Все дети опасны для тех, кто хочет порядка, — сухо ответил король. — Но эти особенно.
Он повернулся к Яне.
— Вы хотели вывести их из собственности рода. Допустим. Но свободные наследники не могут висеть в воздухе между домом и троном. Закон требует принадлежности.
— Люди не должны принадлежать.
— В вашем прежнем мире, возможно.
Кровь застыла у Яны в жилах.
Дариан резко поднял голову.
Сейн не шевельнулся.
Иллара улыбнулась.
Король знал.
Или ему сказали.
Майра прошептала:
— Двери закрываются.
Одна дверь Белого зала закрылась сама.
Потом вторая.
Третья.
Медленно, без хлопка, с торжественной вежливостью.
Яна сжала руки детей.
Дариан шагнул к красной линии.
Стражи сразу напряглись.
Король смотрел на него.
— Не пересекайте, лорд Кроу. Пока я позволяю вам быть отцом.
— Позволяете? — голос Дариана стал низким.
— Да. Именно это делает трон. Позволяет одним правам существовать, а другие прекращает.
Двери закрывались одна за другой.
Иллара стояла у колонны, безупречная, светлая, с улыбкой женщины, которая знала: ловушка всё-таки сработала, пусть и не так, как планировалось.
Сейн держал книгу открытой. На странице горели три имени.
Теон. Майра. Энни.
Не имущество. Не служба. Но теперь — произнесённые во дворце.
Король остановился перед красной линией с одной стороны. Дариан — с другой.
Между ними лежала полоса цвета крови.
— Вы хотите детей как свободных наследников, — сказал король. — Леди Арвен хочет опеку без службы. Совет хочет порядок. Дом Кроу хочет сохранить тайну. Все хотят слишком много.
Яна почувствовала, как Энни дрожит.
— Тогда трон упростит выбор, — произнёс король.
Дариан не двигался.
— Не смейте.
Король посмотрел ему прямо в глаза.
— Тогда выбирай, палач. Твоя истинная или твои дети. Одни из них должны принадлежать трону.