Страница 95 из 170
«Пять несчастий, одно за одним, появились из священного чрева джихада: ослабление афганского самосознания, повышенное внимание к этническому происхождению, возникновение сектантства, культ военной диктатуры и привычка иностранных держав вмешиваться во внутренние дела Афганистана. Первое подорвало национальное самоуважение афганцев».
Из «священного чрева» джихада выскользнуло гораздо больше зол: привычка к постоянному поступлению наличных, оружия и героина. Поступление первого и второго прекратилось, как только СССР потерпел поражение в афганской войне. Поступление героина не прекратилась, и все группы моджахедов были в той или иной степени вовлечены в нее: выращивали, производили, распределяли этот наркотик. Пути доставки у разных фракций были различны. Пуштуны использовали пакистанский порт Карачи. Хазарейцы и таджики решили, что проще сотрудничать с мощной русской мафией, которая контролировала распределение героина во всех бывших советских республиках и имела в Албании, а впоследствии и в Косово, колоссальные базы для снабжения Европы. Соперничество между группами моджахедов было основано не столько на этнической вражде, сколько на простой жадности. Когда режим «Талибан» заключил в 2000 году сделку с Соединенными Штатами и согласился сжечь под их контролем свои маковые поля в обмен на 43 миллиона долларов, их конкуренты в НАТО были счастливы. Теперь они стали монополистами. Российская мафия блистательно разгромила пакистанских торговцев героином.
Старых военных диктаторы, которые собирались в Мекке в 1993 году и в Бонне в 2001 году, не было видно. Некоторые умерли. Другие предпочли остаться дома. На этот раз их представители, после тщательной проверки западными разведками и отбора ветераном-посредником из ООН Лахдаром Брахими, одетые в аккуратные европейские костюмы, были безумно рады в угоду своим новым хозяевам декламировать риторические фразы. В Мекке они благодарили всемогущего Аллаха за свою победу над неверными. На этот раз они благодарили «неверных» за свою победу над «плохим семенем Ноя» и «мнимыми мусульманами». Сейчас они говорили медовыми голосами об «одной стране и одной нации, которая, умиротворив сама себя, уверенно движется к модернизации и не представляет никакой угрозы для своих соседей».
Мать Наполеона, когда придворные льстецы поздравляли ее с тем, что у нее так много детей, получивших европейские троны, кисло отвечала: «А надолго ли это?»
Факты таковы: ситуация в Афганистане нестабильна по своей сути. Только фантасты могут предполагать обратное. Мнение, что Афганистан в его настоящем виде может просуществовать несколько лет, смехотворно. В освобожденном Кабуле уже началась скрытая борьба, хотя открытых стычек избегают. Слишком многое поставлено на карту. Запад наблюдает. Деньги обещаны. Путин и Хатами настаивают на осторожности. Но эта дамба прорвется, и скорее рано, чем поздно. Бывший сотрудник ЦРУ Хамид Карзай всегда может работать в Северной Америке или Европе модельером и создавать роскошные одежды в роскошном стиле, проконсул США Залмай Халилзад может вернуться в Белый дом или на работу в «Унокал». А что же делать вымирающему и страдающему народу Афганистана? Как только морская пехота США уйдет, с головой бен Ладена или без нее, альянс обнаружит, что денег на что-либо другое, кроме войны, нет. Бойскаутская болтовня Америки о том, что «мы переделываем мир», предназначена для домашнего употребления. В Афганистане или Косово школы, больницы и жилые дома не вырастут из-под земли с приходом весны, да и с приходом следующей тоже. Я боюсь, что эта история также еще не закончена.