Страница 26 из 168
Глава 17
Рома
Школьный двор переполнен детьми и суетливыми взрослыми. Охраннику нерусской наружности сметают под ногами листья, а раздраженные учительницы младших классов прикуривают за углом сигареты. При взгляде на вышагивающую шеренгу родителей с их юными отпрысками они вздрагивают и перекрещиваются.
Понимаю, понимаю. Я бы тоже не хотел здесь работать.
Время поджимало. Пришлось оставить записку Кате, взять с собой девочек и поехать в школу пораньше. Ради того, чтобы купить по дороге куртку безмозглому леммингу, мне пришлось поднять папиного приятеля в пять утра. Его консультант вышла в бутик на два часа раньше положенного времени и получила за это хорошие чаевые.
Столько суеты и ради кого? Людей, которые мне никто!
— Блин, можно я не пойду? — шмыгает Яшка и вертится в новенькой удлиненной кожаной куртке. Он до сих пор щупает место, где висел ценник на двадцать тысяч. — Давай я просто все расскажу Кате, и дело с концом.
— Давай без «давай». Я уже приехал.
Яшка оглядывается на черный мерседес у ворот школы, где сидят девочки. Из-за них я заткнул за пояс гордость, позвонил маме и одолжил ее водителя. Естественно, она ни о чем не спросила, но промолчала несколько минут и только потом дала свое царское согласие.
С живого не слезет!
Меня ждет допрос похлеще, чем в тюрьме. Еще доложит Маргарита Арсеньевна — начальник Главного управления Министерства внутренних дел по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Мамина подружка уже наверняка рассказывает «дорогой Наирочке», что ее сын просил отогнать инспекторов по делам несовершеннолетних от какого-то непонятного мальчика.
— Ром…
— Веди, лемминг. Пока я добрый и относительно выспавшийся.
Ночевать пришлось в комнате Кати. Кровать, кстати, оказалась вполне удобной, пропахшей ее ароматом, который странным образом быстро меня убаюкал. До утра я ни разу не вскочил в холодном поту, как случалось дома или у родителей. Если бы не девочки, пробравшиеся ко мне, дальше видел бы седьмой сон.
Охранник хмурится, когда я протягиваю паспорт.
— Не положено, — выдает мрачно. — Только указанные в журнале родственники.
— Ром, пошли, — хнычет Яшка и дергает меня за рукав. Господи, не подросток, а малолетка какая-то.
— Тогда позовите Андромеду Моисеевну Морошко, классного руководителя 9’Б'.
— Не положено.
Я наклоняюсь ниже и едва слышно шепчу:
— А если я заплачу?
Он хмурится, приподнимает верхнюю губу на манер сторожевой собаки. Злости нет. Все верно, таким и должен быть хороший охранник. Кто бы перед ним ни стоял, на его совести — безопасность школьников.
— Ладно, не кипятитесь, — ухмыляюсь я, затем выпрямляюсь. — Но классного руководителя сюда позовите. Обещаю не есть ее.
— Не…
— Или я сам поднимусь.
Настойчивость в моем голосе заставляет его вздрогнуть и потянуться к телефону. Сначала он пытается до кого-то дозвониться, потом идет к техничке. Я подмечаю озирающегося короткостриженого парня. При взгляде на него Яшка отворачивается и странно вжимает голову в плечи.
— Твой связной? — киваю на парнишку, который старательно держится в тени.
— А?
— Тот хипстер полубритый, в черной крутке и шапке-гондонке. В уголке трется.
Яшка опускает голову, и я хмыкаю. Угадал.
Всего за два шага я преодолеваю расстояние между нами. В детстве папа учил нас с Максом выводить противника из строя до того, как он что-то поймет. Короткий удар в солнечное сплетение лишает бедолагу воздуха. Парень наклоняется, подается вперед, а я прижимаю его к себе и кошусь на занятого охранника.
Пара минут у меня есть.
— Тихо-тихо, одноклеточное, — зажимаю его голову так, чтобы не мог вывернуться и выхватить оружие, если оно у него есть. — Это ты, биомусор, здесь доставщиков дури вербуешь?
— Пусти! Я вообще не понимаю…
Парень задыхается. Я шарю по карманам и выхватываю оттуда пакетик с травкой. Обычно курьеры товар не носят, но тут или сам идиот, или новенький, или просто конченый. Потом такие особи заканчивают жизнь в подворотне, в собственной блевотине.
Я отпускаю парня, оглядываюсь, затем показываю ему пакетик. Перчатки на руках не оставляют никаких следов, так что за себя я не боюсь. А вот моя жертва замирает с ладонью у горла. В расширенных зрачках читается ужас.
— Итак, одноклеточное, — подхожу к нему вплотную и кладу дурь обратно в карман. — Если ты еще раз здесь появишься, я переломаю тебе ноги, а пакетик затолкаю в задницу до самого горла. Понял?
Он сглатывает и кивает. Достав смартфон, я нажимаю иконку камеры.
— Улыбнись напоследок.
Парень смаргивает вспышку. Несколько секунд уходит, чтобы понять произошедшее, а после он срывается с места и вылетает из школы быстрее ветра. В мою сторону семенит охранник с драной кошкой в платье цвета говна. По бледной роже Яшки я понимаю, что к нам снизошла его классная руководительница.
— Вот, — отчитывается охранник и боязливо косится на недовольную даму. — Андромеда Моисеевна, это Роман Демьянович Козлоеб. Говорит, что он жених Екатерины Акуловой, старшей сестры Якова Акулова, и его опекун.
— Опекун? — тоненькие бровки взлетают к корням волос.
— Да, — сняв перчатку, я протягиваю даме руку и, пока она не очнулась, целую ее сухие пальцы. — Моисея Вселеновна, приятно познакомиться!
Тонкие губы превращаются в красную ниточку.
— Андромеда Моисеевна!
— Я так и сказал, — не дрогнув, отвечаю я. — Скорпиона Марсовна.
— Андромед…
Она замолкает, когда я подхватываю ее под локоть, после чего резко разворачиваю и веду в сторону лестницы. Обалдевший охранник хлопает ресницами, Яшка от безысходности шагает за нами. Он даже куртку не снимает и игнорирует шипение технички на перепачканный пол. Молча идет следом, не издавая ни звука.
— Итак, я слышал, что в школе случилась неприятность: сломался видеопроектор.
— Да! Яков…
Я перебиваю Андромеду Моисеевну.
— С Яковом я, конечно, поговорил по-мужски. Мальчик все понял, принял, осознал. Но я вижу, что могу еще вам чем-то помочь, помимо видеопроектора. Возможно, школе нужны новые компьютеры? А что насчет окон? Мне кажется, в коридорах гуляет сквозняк.
В глазах классной руководительницы появляется знакомый мне хищный блеск. Все. Оса попала в воду.
— О, вы совершенно правы, Роман…
— Демьянович.
— Так вот, Роман Демьянович, вы же знаете, школам вечно не хватает финансирования. Например, надо купить новые шторы в класс.