Попаданки

— Кто бы сомневался, — Зефирос наконец соизволил ступить на твёрдую поверхность террасы. Делал он это осторожно, обходя Лив по широкой дуге, и не сводил опасливого взгляда с леща в её руке. — Давай обойдёмся без светских танцев. Мы здесь по делу, а не ради того, чтобы протирать полы в бальном зале.

— Таков этикет, — невозмутимо отозвался Страж. В его водянистом теле проплыл одинокий пузырёк.

— Особенно при визите столь значимых персон.

— Пустая трата времени, — буркнул колдун.

Лив многозначительно качнула рыбиной, чётко обозначая границы свободные от него: расстояние вытянутой руки плюс два фута чешуйчатого правосудия. Зефирос благоразумно остановился.

— Тем более, — мягко добавил элементаль, — смею предположить, что мисс находится на грани истощения и, если позволите, чудовищно голодна.

— Что-то я не заметил, — Зефирос демонстративно поправил помятый воротник. — Сил на метание рыбой у неё оказалось предостаточно.

— Вообще-то, я действительно устала. И от нормальной еды, которую не нужно швырять в идиотов, я бы не отказалась, — Лив сердито зыркнула на мага.

С глухим, мокрым стуком она плюхнула последнюю рыбину на поднос Стража, объявляя временное перемирие.

— Я так понимаю, этот ваш Мастер — единственный в этом заведении, кто обладает зачатками разума? И именно он поможет мне вернуться домой и разобраться с этим… как его там? Осколком Вечности?

— Именно так, — Страж снова склонился в поклоне под аккомпанемент тяжелого вздоха Зефироса.

— И я предстану перед ним на балу, верно? — уточнила Лив.

— Совершенно верно, — подтвердило водяное создание.

— А до этого торжественного момента мне полагаются покои, законный тихий час и ужин?

— Всё так, леди.

— В таком случае, — Лив выпрямилась, стряхнула с плеча воображаемую рыбью чешую (и вполне реальное чувство вины за утопленные монеты) и царственным жестом указала в сторону моста. — Зефирос, проваливай. Ты — свободен.

Колдун только беззвучно открыл рот. Как рыба.

— Миссия выполнена, объект доставлен, так что катись колбаской в закат. — Она сняла с себя его куртку и всучила колдуну в руки. — Не волнуйся, я передам Мастеру, что это именно ты доставил меня в Башню в относительной целости. Твой долг спишут, каким бы ужасающим он ни был. А теперь — видеть тебя не желаю. Исчезни. Растворись. Сделайся частью ландшафта где-нибудь подальше отсюда.

Зефирос, который уже приготовил целую лекцию о неблагодарности и женском непостоянстве, так и замер, напоминая античную статую.

— О, не беспокойтесь, мисс Оливия, — тактично прожурчал Страж. — Мы создадим вам идеальные условия для отдыха.

Элементаль совершил плавный, текучий жест, и безупречная белизна стены перед ними пошла рябью, словно поверхность молока. Камень на мгновение стал жидким, расступаясь в стороны, и явил миру высокую арочную дверь, вырезанную из цельного куска перламутра.

Стоило Лив прошествовать в проем, следуя за текучим Стражем, как дверь позади неё не просто закрылась — она растворилась с тихим «пфшух», отсекая Зефироса от неё.

И в этот микроскопический миг, когда камень ещё колебался между твёрдым состоянием и киселём, грянул тот самый момент, ради которого фанатки ромкомов(*) скупают попкорн тоннами. Их взгляды встретились. В его глазах отразилась ошеломленная растерянность, в её — внезапная паника.

Казалось, время замедлилось специально, чтобы они могли романтично выдохнуть имена друг друга: «Оливия!..» — «Зефирос!..», прижав руки к стеклу, которого не было. А на фоне ожидалась скрипка с драматичной мелодией.

Но...

Последнее, что увидел Зефирос перед тем, как стена окончательно затвердела, был розовый кончик языка и гордость Лив от сомнительной победы в сомнительном соревновании. А когда проём исчез, она продолжила демонстрировать свои познания в пантомиме бездушному белому камню, который, в отличие от колдуна, совершенно не умел обижаться.

-----------------------------------

(*) надеюсь, я тут никого не обидела. я в их числе и горжусь этим ?