Попаданки

*88* Рубашка

— Моя скромная обитель в вашем распоряжении, — Валериан галантно придержал дверь, жестом приглашая Саманту войти.

Та, в свою очередь, мастерски изобразила вежливое удивление, разглядывая массивную кровать, большой письменный стол, тяжелые гардины и мягкий ковер у камина. Саманте было стократ проще притвориться, будто она перешагнула этот порог впервые в жизни, чем обсуждать свои испуганные визиты к постели раненого капитана.

Валериан не стал портить представление. Он великодушно принял правила маленькой игры своей строптивой гостьи.

— Но прежде чем мы перейдем к мародерству, — усмехнулся он, проследив за голодным взглядом Саманты в сторону его сундука, — я бы хотел вам кое-что вернуть.

Валериан подошел к высокому резному комоду, выдвинул верхний ящик и повернулся к девушке. На его широкой ладони тускло замерцали грани алого кристалла.

— Я успел припрятать Осколок во время бунта, — негромко произнес он, протягивая артефакт. — Думаю, с его помощью вы все еще можете вернуться домой.

Саманта оцепенела. Вся ее былая легкость испарилась в секунду. Она воззрилась на кристалл с таким видом, будто ей в руку вложили ядовитое насекомое, и несмело, едва дыша, коснулась камня кончиками дрожащих пальцев.

— И что мне с ним делать? — в ее голосе прорезалось разочарование. — Вы ведь сами хотели плыть на Скиталец, чтобы разузнать о нем побольше. Но на сколько я могла заметить, корабли во Второй Шанс не заходят. Мне туда не добраться.

Валериан тяжело вздохнул. Пират Рыжий Дьявол и правда приложил много усилий, чтобы незваные гости обходили стороной Дикие Земли. Лишнее внимание острову было ни к чему.

— У нас есть три варианта, — произнес Валериан, заранее проклиная первые два.

Саманта мгновенно насторожилась. Богатый жизненный опыт подсказывал ей: если мужчина начинает разговор с подобной фразы, ничего хорошего дальше ждать не стоит.

— Первый: надеяться, что Грег спасется, каким-то чудом отобьет корабль и вернется за нами. — Он сделал паузу, оценивая перспективу. — Но лично я на его месте сошел бы в ближайшем порту, сменил имя и притворился глухонемым рыбаком.

И Саманта могла понять старого кока: здесь его ждала внучка. Выжить и вернуться к ней — все, что сейчас имело для Грега смысл.

— Второй вариант — построить новый корабль, — Валериан опустился на кровать, скривившись от тупой боли в плече. — Но не спешите радоваться. Во Втором Шансе нет ни заготовленной древесины, ни толковых плотников, ни достаточного количества рабочих рук. Это потребует много времени.

— Сколько?

— Годы. — Валериан посмотрел на Саманту с мрачным спокойствием. — Мне жаль.

— А третий вариант?

— Ничего не делать.

— Но подождите! Я же видела карты, — Саманта принялась мерять шагами комнату. — Остров соединен перешейками с Межвольем и эльфийскими владениями. Мы можем добраться до континента по суше и…

— Даже при очень большом желании никто, включая меня, не сможет провести вас через Дикие Земли, — мягко перебил Валериан. — Местная растительность с огромным удовольствием отрывает головы любому, кто рискует сунуться в чащу на пути к континенту. И я, поверьте, ни капли не преувеличиваю. Покинуть Второй Шанс можно только морем.

Валериан сглотнул горькую обиду. Саманта даже на секунду не задумалась о третьем варианте. Да и с какой стати? После всего, что ей пришлось пережить, мысль остаться здесь навсегда, должно быть, пугала ее куда сильнее, чем любые Дикие Земли.

— Значит, я пропала, — Саманта уныло взглянула на Осколок. — У меня нет ни корабля, ни денег, чтобы оплатить работу, ни малейшего понятия, что делать с этой штукой.

— Меньшее, о чем вам нужно думать, так это о расходах. Я решу этот вопрос.

— Да как об этом не думать? С какой стати местным бросать все свои дела и строить ради меня целое судно?

— Потому что во Втором Шансе каждый на собственной шкуре знает, каково это — нуждаться в помощи?

— Благородно, конечно, но речь ведь не о мелком одолжении, — вздохнула Саманта. — Мы говорим об огромных затратах. И далеко не только финансовых. Людям нужно возделывать землю и заниматься хозяйством, чтобы прокормить себя и свои семьи. Как мне компенсировать им это?

— Во-первых, не «мне», а «нам», — спокойно возразил капитан. — А во-вторых, давайте на чистоту: без пиратского промысла это поселение обречено. На острове, прямо скажем, не так уж много возможностей для безбедной жизни, и здесь это понимает каждый. Корабль нужен не только вам, Саманта. Он жизненно необходимо каждому во Втором Шансе.

— Мне нужно подумать, — Саманта бережно положила Осколок на стол.

Она страшно не любила оставаться в долгу. И не собиралась. Поэтому следовало использовать свои главные инструменты — ум и знания — для работы на благо поселения. И чтобы обмен был равнозначным. А для этого следовало избавиться от корсета, который безжалостно стискивал легкие, мешая доступу кислорода к мозгу.

Саманта лукаво покосилась на заветный сундук.

— Позволите?

— Прошу, — улыбнулся Валериан, лениво закинув одну ногу на постель и поудобнее облокотившись на спинку кровати.

Саманта, не скрывая радостной улыбки, откинула тяжелую крышку и принялась увлеченно перебирать брюки в надежде отыскать размер поменьше.

Подштанники, которые при этом мимоходом отправились в полет через комнату, нанесли сокрушительный удар по капитанскому достоинству. Чтобы не портить себе нервы и не видеть, что еще компрометирующего раскопает Саманта, Валериан прикрыл глаза.

До чего же поразительная женщина!

Ничем ее не проймешь. Очнуться в чужом мире, да еще и на пиратском судне. Пережить кровавый бунт, чудом не сгинуть в море и сохранить абсолютное хладнокровие, когда ей прямо говорят, что на возвращение домой уйдут годы. И после всего этого — с самым невозмутимым видом решать насущные вопросы гардероба?

Но это еще не все.

Утром, когда Валериан снял повязку, она не вскрикнула и не отшатнулась от него. Глаз Бездны — пугающая, бесконечная дыра на капитанском лице — не вызвала у нее ужаса. Наоборот, Саманта коснулась его скулы и принялась завороженно разглядывать бушующую в глазу морскую воронку.

— Погодите, так вы бессовестно шпионили за мной через кота?! — возмутилась Саманта, когда Валериан посвятил ее в детали своей магии утром у обрыва.

— Признаться, это было поистине захватывающее зрелище. Особенно когда вы собирали по всему камбузу гниль и увлеченно варили из нее суп.