Страница 70 из 74
«- наверное, легче станет в замке, там территория больше, а когда все более-менее привыкнут к своим новым положениям, мы попробуем вернуться к прежней жизни».
Во всей этой истории выиграла…
Вы удивитесь, когда узнаете кто! Разумеется, леди Мария Дуглас. Вдова вдруг в одно мгновение получила удивительный статус. Она была строга и важна буквально со всеми, охраняя свою подопечную – миледи: the princess of Dunbar - ровно таким же образом, как и кавалеры, приставленные к нам исключительно для охраны.
Она стала получать жалованье от нашего дяди!
Она готовила нас к дальней поездке. Она была англичанкой и про этикет знала буквально всё.
То, что леди Иден была за мужем в Российской Империи не упоминалось никоим образом. Однако все знали, что она носила там княжеский титул. Её покойный супруг был князь! Баронессой Дилей стала Маргарет по воле царицы Екатерины…, и нам становилось не по себе от того, как люди относились к этим на первый взгляд просто титулам.
Казалось, что своим появлением мы подняли статус клана Мак-Данбар, в глазах буквально всего мира.
И вот наконец мы в дороге.
Кареты удобны, нас сопровождает целый отряд.
Аида вдруг став в разы спокойнее, мне кажется, пару раз переглянулась с тем шотландцем, который нас сопровождал и в прошлый раз. Мистер Эшли Невилл. Он благороден и рождён вдовой благородного англичанина. Это всё, что я знала об этом мужчине. После его рождения, мистера Невилла воспитывали вместе с Родериком. Матушка его была жива, но проживала в Лондоне, в особняке старшего сына, рождённого от первого брака.
Мы оставляли Морпет. Дядя в самый последний момент отказал в визите нашим соседям. Виконт Элджернон с супругой хотели увидеть дам из далёкой России. Он специально для этого прибыл из Бата. Их сопровождал барон Джоанн Бассет.
Всё как в старые добрые времена.
Да только срочный ответ на послание из величественного замка Морпет составляла леди Дуглас. Как только она услышала встревоженный вздох своей подопечной, предложившей отложить послание не прочитав его, сразу нашлось масса причин, по которым этот визит был неугоден её светлости.
И вот мы в пути.
К слову сказать, кормилица дяди, пугающая Мэг своими рассказами о келпи, должна была остаться следить за домом. Может это и было повышение по службе, да только остроносая дама в юбке странного цвета и в шали, напоминающей облезлого яка, была очень недовольна им.
И вот за два вечера до нашего отъезда она начала говорить своим замогильным голосом о том, что совсем недалеко отсюда, на побережье около десяти лет назад разразился страшный шторм, он выбросил на берег затонувшую шлюпку с утопленниками. Они смотрели мёртвыми глазами в чёрное небо, и некому было прочитать молитву, чтобы упокоить их души.
- Почему?
Спросила Мэг дрожащим голоском, и я уже была готова позвать Аиду, но:
- Потому что за ними из морских вод вышли те, кого породила сама тьма. Их облик был ужасен и странен, словно они принадлежали другому миру, где божьи законы не действуют.
- Миссис, перестаньте говорить эти сказания. Маргарет боится их!
На меня взглянули белёсые глаза. В них было столько упрямого зла, что я не знала, что мне делать.
- Всюду был туман, и одной из них удалось похитить младенца из стоящего на краю посёлка дома, и теперь они взбирались с ним по отвесной скале, пытаясь скрыться от преследователей.
Малыш плакал, истекая кровью. Но его никто не слышал. Ветер ревел в разы сильнее!
Горб на спине одной из порождений, казалось, мешал ей, и она повернулась, оглядываясь на бушующий океан. Её взгляд был пустым и жестоким, она словно не видела ничего вокруг, кроме своей цели. Казалось, она могла бы снять свой горб и выбросить его, но именно в нём была вся её сила!
Из-под её ног сыпались камни в воду, создавая облако брызг и шума. Что-то мешало ей идти, но она, задрав выше юбку, устремилась за той, что несла в руках полумёртвое дитя. В этот момент всем стало видно, что вместо ступней у них на ногах чёрные копыта!
Я хотела сказать, что это были кроссовки на высокой и удобной подошве, а в руках у Аиды был не младенец, а тунец, побитый об камни. Что не горб-то был…
Но я вынужденно молчала, смотря на то, как у Мэг слезами наливаются глазки и дрожат губы. Молчала, сожалея, что не заткнула рот рассказчице буквально сразу, что не выгнала её из маленькой женской гостиной комнаты.
Однако её положение в клане было особым, и я совсем не знала, что мне дозволено. Как я могу обходиться с женщиной, которая вскормила своей грудью главного лорда и которой доставляло особое удовольствие пугать Мэг.
Мы с Карен не стали ничего никому рассказывать, сделав вид, что это просто местный фольклор, свой этакий «маленький принц». Видит бог, мы всеми силами пытались успокоить девочку, готовя её ко сну. Ушла я из её спальни совсем поздно.
Но буквально на следующее утро милорд проснулся рано утром, перед самым рассветом оттого, что в его постели спал скулящий, как щенок - ребёнок. Кулачок Мэг крепко сжимал его ночную блузу. Девочке в этот момент снился очень страшный сон…
Этот невозможный мужчина потом долго не выходил в общество, дом замер в ожидании. Наступил по меньшей мере «конец света» на самой его высокой ноте звучания. Лорд не выпускал внучку к её матери, заботясь о ней только сам. Он не кричал и никому ничего не приказывал…
Как это обычно бывает.
Он принимал решение и этого боялись буквально все. Для того чтобы сделать правильный вывод вызывали миссис Карен в кабинет для дачи показаний. Мысленно я так это называла. Меня трясло от убеждения, что сейчас придётся давать ответ. Почему я это всё допустила? Леди Иден в эти часы, мучась своими лунными днями, не покидала спальню. У меня руки тряслись, когда я от Берты принимала настой успокоительных трав.
- Верьте, он не обидит вас, миледи. Все знают, как он любит вас с сестрой. Нет вашей вины в произошедшем.
- Она будто околдовала меня, её голос, лишил меня уверенности.
- Я так и сказала леди Иден. Так и сказала.
Спустя несколько часов, пожилая дама, а по сути просто из ума выжившая старуха, которая вчера «допустила оплошность» отбыла в почтовом дилижансе в неизвестном направлении. Её сборы были быстры, женщину, разумеется, сопровождали молчаливые шотландцы. Кормилицы лорда просто не стало в нашей жизни с этого дня, а через несколько дней в доме появилось маленькое, громко лающее чудо.
Её звали Юри’.