Не про Любовь!

- Тогда понятно, упустил он тебя тогда. Подумал, что от другой возьмёт то, что ощутил на мгновение с тобой. Теряют они способности свои, теряют вступая в браки и плодя потомство от местных женщин. Отто, ему знаешь сколько лет? В другом обличии он за мной ещё ухаживал во времена Александра I.

- Не может быть!

- Ш-ш. Мы на месте.

*****

Бросив автомобиль в густых зарослях амброзии возле реки, мы, словно призраки, скользили вдоль высокого старого забора из железобетона. А после лезли по-пластунски под него в только одному Господу богу известном месте. Извиваясь, старались протолкнуть худенькие свои фигурки.

- Осторожно. Не вздумай пораниться и оставить следы своей крови.

Хриплый голос. Я слушалась его…

Она завалила всё затем дёрном. Поняв, что нужно делать я помогала, устав от бездействия.

Заброшенный двор старого завода предстал перед нами во всей своей печальной красе: ржавые тележки, скелеты машин, все они валялись меж обломков арматуры, упрямо вросшей в землю. Остатки железобетонных плит, поросшие буйной травой, напоминали о былой мощи авторемонтного завода. Рельсы, так и остались сложенными в сторонке, словно ожидая того часа, когда их заберут отсюда.

Зрение цеплялось за детали, но сознание отказывалось их усваивать. Картина была слишком разрозненной, слишком хаотичной. В душе поселился страх, холодный и властный.

Страх.

И голос, который звучал в голове и требовал, требовал. Он угрожал, сковал движения, превратив мой уверенный шаг в неловкую крадущуюся походку. Хлюпая носом, я действительно боялась, что сосуды могут не выдержать и пойдёт кровь. Каждый шорох, каждый скрип ветхих досок в оконных проёмах вызывал мурашки по коже, заставляя сердце колотиться в груди.

- Они близко. Я чувствую это. Он зовёт меня.

- Надеюсь, что успеем.

Её рука всё тянула и тянула за собой. Аида бросала взгляд на меня иногда и глаза девушки постепенно наливались тёмной дымкой. В этой темноте таилась спасительная свобода. И она была обозначена голубовато-серыми всполохами. Не понимала происходящего, голова гудела от событий последней недели. Эти события мне казались кошмаром.

Нужно было только проснуться.

Но вот как раз этого я и не могла сделать!

И время теряло всякий смысл. Минуты тянулись часами, а шаги отмеряли не расстояние: - они отсчитывали путь невозврата.

Я слишком хорошо помню, с какого мгновения этот путь начался.

И сейчас я точно не смогу сказать, в каком месте моя новая знакомая посоветовала оставить включенный телефон. Мы для этого специально заезжали на набережную, петляя по городу на её старенькой машине. Один только звонок маме о том, что я уезжаю по работе в Китай. Всё.

Она привыкла к моим разъездам и знала, что в Харбине я могу жить у подруги и её старенького отца месяцами. Телефон остался «забытым и упавшим нечаянно» под скамьей. Сегодня он станет лёгкой добычей для кого-то. Там в парке, лежащий среди крупной гальки и камней.

А здесь всё поросло высоченной травой. Она уже пожелтела, умирающие стебли вызывали жуткое чувство уныния. Вот из земли обозначилось крылечко в никуда. Просто одно крыльцо и всё. Здания нет, крыльцо осталось, поручни кованые, ржавые.

И оттого никому не нужные.

Наверное, домик небольшой раньше был и его на кирпич растащили, и фундамент в траве виднеется.

Пробежав в сторону огромного цеха, спиной, я почувствовала на себе чей-то взгляд, точно сторож решил посмотреть. Видать, опомнился дедуля, увидев наши фигуры. Развернулась и просто приросла к месту. Это был не сторож.

Его не было здесь!

Здоровая чёрная собака сидела на том самом крыльце. Угроза витала в воздухе, ощутимая, как густой туман. Собака вела носом, принюхиваясь к каждому шороху, к каждому шелесту листьев вокруг. Казалось, в любой момент из кустов может выскочить ещё одна тварь, такая же зловещая и опасная.

Она не лаяла, не рычала, просто сидела, олицетворяя собой терпеливое ожидание, которое предшествует буре.

- Начинается! Быстрее. Не смотри ей в глаза!

Меня охватила паника. Я воочию слышала, как шины больших машин катят по гравийке.

- Эля, они близко. Да?

- Не совсем. Только на гравийку заехали.

Аида обернулась, цепко взглядом уставившись на мои губы.

- Возможно.

В здании огромного цеха, в которое мы попали с ней, перескакивая через обломки бетонных конструкций, сразу почувствовалось нечто аномальное. Боковым зрением увидела тёмный выход на лестницу. Лестница была как бы в кирпичной, тёмной шахте, она вела наверх, возможно, на крышу. Обрывалась на одном из этажей, и этого не было видно в темноте. Один только шаг и возможно это будет конец для кого-то. Но не для нас.

Откуда я это знала?

Не могу сказать.

Большой старый лифт, предназначенный для производственных нужд, смотрел на нас тёмным оком. Лифт был закрыт на металлическую резную кованую решетку с витиеватыми отверстиями, старинную и очень сильно отличающуюся от всего, что окружало нас. Там за решёткой было темно, очень темно.

- Куда ведет эта шахта?

- Нам вниз.

- Ты уверена?

- Да!

И вот она уже отворяет решётки. Они складываются веером. Ида включает кнопочный телефон.

- Сбоку лестница как скобы в стене. Видишь? Спускайся по ней вниз.

- А ты?

- Закрою решётку и за тобой.

Маленькое окошечко дисплея её телефона погасло. Нащупывая ногой следующую скобу в стене, привыкая к темноте, ползла вниз по шахте лифта. Слышала скрежет наверху и лязг. А после шорох, Ида действительно спускалась за мной. Это длилось бесконечно. Холодный, ржавый металл врезался в ладони, но отпускать его было нельзя. Только вниз, в неизвестность. Становилось холодно.

Мысли путались, смешиваясь со спертым воздухом подземелья. В голове всплывали обрывки воспоминаний: смех, солнце, чьи-то лица, ряд машин на стоянке возле дома. Всё это казалось нереальным, словно сон. Это было совсем уже чужой жизнью.

На мгновение показалось, что стало светлее. Сердце забилось чаще. Надежда? Или новый виток кошмара? Нужно двигаться, другого выхода нет.

Еще несколько скоб, и под ногами очутилась твердая поверхность. Шахта закончилась. Впереди – узкий коридор, освещенный тусклым светом. Он попадает откуда-то сбоку.

Моя попутчица через несколько минут стояла уже рядом.