Страница 5 из 76
- пронеслось тогда в сознании.
«- где ты здесь видишь лучшее»?
«- хотя девушки-подавальщицы неплохо скрасили моё одиночество той ночью».
В этот момент истошно вскричал барон, сетуя на ещё один проигрыш. А утром виконт, освободившись от ласк милашки, что подавала угощенье гостям, уехал, забыв обо всём. Карманы его кожаного колета весьма весомо напоминали о выигрыше. Он и не вспомнил о том, что личико одного из пареньков показалось вдруг знакомым.
- Святые угодники! Виконтесса! Она!
Капелька пота стекла по виску.
***
Чутьё подсказывало виконту, что оставленный им в нищете несчастный барон, тогда в таверне имел встречу с наследницами герцогской короны.
«- а как же иначе, отчего же он так переменился и приметный перстень у него на руке объявился, вдруг? Поговаривают, что это наследный и последнее, что осталось от отца. Врут. Хотя откуда им знать? А ещё говорят, что супругу барон нашёл небедную и хочет оставить службу у короля, удалившись в провинцию».
Мысли виконта метались, словно птицы в клетке, и каждое воспоминание о той интригующей встрече вызывало новые догадки.
Глупый барон Дамиан, с доверчивым коровьим взглядом; одинокий странник с пустыми карманами, вдруг стал другим в лучах внезапной благосклонности виконта, и это не было случайностью.
Взгляд мужчины упал на яркую часть узоров на потёртом столе, остатки вина в бокале, цветом густой крови, пролитой на снег, совсем застыв в холодном помещении, будто подтверждали его тревожные мысли.
Оставив барона тогда в таверне, он несомненно допустил ошибку. Он клял себя уже не раз за то. Ведь везунчик Дамиан по дороге, вдруг оказавшись трезвым и очень благородным, помог пожилой даме с дочерью устроиться на ночлег где-то в горах. Их карета сломалась, и дамы были в ужасном положении. Дождавшись, когда экипаж отремонтирует, Дамиан сопроводил их в семейное имение. Гостил он там продолжительное время, жалуясь на ранения и вероятно весьма кстати устроил своё будущее, переждав бури и непогоду в Париже.
Но виконт исправит ситуацию. Внезапно мир оказался полон возможностей, готовых обернуться в сладкую интригу, если только он успеет обернуть многое с пользой для себя.
***
«- Если спрашиваете, месье, то, желая получить честный ответ, смотрите в глаза собеседнику».
Так, она ответила там, в лесу, когда, поднявшись после падения с жеребца, чудом уцелев, дала ему отпор, даже не догадываясь, кто стоит перед ней.
Людовик, как-то нечаянно наткнувшись в своих записях в блокноте на эту фразу так и, делал теперь всегда. Удивительное дело, как можно много прочитать по взгляду собеседника. Тревожный вздох, движение глаз, дрожание ресниц новой фаворитки – сокровища невысказанных мыслей, ожиданий и тревог. Не её фразы, не её мысли, желание повлиять на его мнение. Взгляд порой выдаёт больше, чем слова, щедро делясь с миром самой сокровенной частью души.
Собеседник, сидящий напротив него, обладал взглядом, полным глубины и загадочности. Людовик всегда чувствовал, что там скрыты целые миры: утаённые радости и печали, надежды и разочарования, желание властвовать.
- Донесение Ваше Величество. Мне кажется, что ваши мушкетёры наконец-то напали на след её светлости.
- Донос и донесение, как, однако, меняется смысл сказанного. И как похожи эти слова, ваше преосвященство. Я всегда хотел спросить кто так ловко составил донос этим летом, что вы поверили и учинили обыск в столь уважаемом доме? Учинили обыск, ссылаясь на мой приказ, которого не было.
Казалось, было слышно, как на улице старательно сгребают снег возле дворца, который через несколько дней после непогоды превратился в огромные комки грязи. Грязь и серость вековых стен Лувра. Каждый вечер в зале дворца, где когда-то звучали смех дам и кавалеров, теперь лишь тихо перешёптывались придворные. Они скользили призрачными тенями, рассказывая, что Его Величество вновь рассердились на свою супругу и королева Анна закрылись в своих покоях, её глаза полны невыплаканных слёз.
Меланхолия и чувство вины, страшные попутчики в личной жизни. Казалось, всё валится из рук.
- След её светлости затерялся в горах Прованса и вероятно осел на маленьком безымянном островке. В небольшой рыбацкой деревеньке ныне проживает род когда-то всемогущего герцога де Антрага’.
Не осознавая, что делает, его преосвященство хитро улыбнулся. Он действительно забыл, что его король уже более не прячет взор, заботясь только о том, как справиться с меланхолией и зевотой от скуки при слушании речей своего министра.
Его преосвященство было очень довольны этой партией. Ведь он в любом случае оставался в выигрыше, желая, как можно сильнее скомпрометировать королеву-мать в глазах её сына и лишить могущества новую фаворитку.
- Тот донос, который спровоцировал обыск, я хочу его видеть.
- Ваше Величество!
Взгляды мужчин пересеклись.
- От кого бы он ни был. Это приказ.
- Лекарь королевы-матери, он писал мне тогда, опасаясь за многое. Но убит сей совсем недостойный муж. Следствие ведётся. Но вряд ли мы его раскроем. Его сопровождающие, они все так же были мертвы. Те развалины в лесу- жуткое место.
- Трагедия случилась в те же дни, в которые исчезла герцогиня де Антрага’?
- Я не стал бы связывать эти события, сир.
- Я желаю сам принимать решения. И связывать события, в том числе.
- Виконт де Гальега, он готов привезти дам в Париж. Просит доверить ему это весьма щекотливое дело. Всего лишь одна ваша подпись вот на этом приказе для её светлости герцогини.
Худощавый мужчина с острой бородкой в красных кардинальских одеждах положил документ на стол, развернув его для удобства чтения своего короля. Людовик молча смотрел в глаза своему министру. Это длилось очень долго, и монсеньор Ришелье не выдержал. Он отвёл глаза, услышав в ответ твёрдое:
- Это вопрос семейного характера, он не является моментом внешней политики Франции, я сам займусь его решением, ваше преосвященство. Вы свободны.
***
Лёгкие снежинки таинственно замирали в полёте. Похожие на медленную мелодию этого морозного утра, они будто пытались продлить полёт. Осторожно опускались, поблёскивая в лучах солнца, таинственно укрывая бутоны слегка увядших роз, что росли в уютном внутреннем саду замка.