Страница 24 из 76
Глава 8
- Если он покинет меня в первый месяц нашего супружества, я не лягу с ним больше в постель…
Моя ладонь прикоснулась к её губам. Я закрыла сестре рот, шепча о том, что и у стен есть уши. Как же мы были близки в этот момент! Её дыхание касалось моей ладони. Две прекрасные сеньоры; богатые и знатные, осторожно ступавшие по лезвию бритвы жизни, как канатоходцы в цирке. Только вот не было у нас страховочных поясов, и каждое неверное движение могло стоить нам жизней.
- Прекрати сейчас же. Что ты говоришь? Благородная сеньора не вправе обсуждать поступки супруга. Ты что с ним собралась ехать в Турин?
Она в гневе прищурила глаза.
- Я родилась в благородной семье, но воспитывалась среди отребий. Не поеду с ним! Герцог приказал находиться возле тебя. Ты разве не слышала?
- Сейчас это главное. Турин не так порочен, как ты представляешь себе, дорогая.
- Королю Карлу в шестнадцатом веке, не нужно было воевать, они сдались ему с улыбкой, а после всё войско французского короля заболело. Определённые дамы, предоставленные в пользование завоевателям, разнесли заразу. Это было сделано специально.
- Господи, где ты находишь эти сведения?
- Синьор, который увёз своих дочерей из этих мест, оставил прекрасную библиотеку. Он будто специально собирал её для нас. Эта болезнь поражает у человека самые интересные места, Рашель. Как у женщин, так и у мужчин. Об этом говорила на берегу в Нормандии ещё матушка Фабьенн.
- Я знаю, не продолжай. Эта зараза хуже оспы, и она неизлечима.
Не хотелось думать о таком исходе наших с Клэр судеб. Мужчины всегда пользовались услугами женщин древнейшей профессии, тем более в дальних поездках. Они по природе своей таковы. В душе не было ревности. Наверное, я просто «переболела» и бронь покрыла тот орган, который отвечал во мне за чувства.
Их огонёк тлел на самом дне «бездонного колодца». Тлел, желая возродиться.
Настороженность последних недель и неверие, пропажа перстня моего деда, всё это в совокупности сыграло очень большую роль.
Ирония к тому же заключалась в том, что поход в Неаполитанское королевство за территориями, король Карл VIII благородно и совсем по-рыцарски посвящал своей возлюбленной Анне Бретонской. А в итоге он не привёз домой ничего кроме сифилиса, наградив им свою возлюбленную. Их многочисленные дети умирали во младенчестве, и это явно свидетельствовало о том, что болезнь была не долечена. И болели ею, вероятно оба родителя.
«- и топора не надо, подложить шлюху, дел-то всего, а затем вернуть неверного супруга жене» …
Положила руку на складки пышного платья, которые в будущем будут скрывать моё деликатное положение. Ещё ничего не было видно. Срок слишком маленький, но повитуха, приглашённая герцогом де Антрага’ подтвердила диагноз. Супруг расспрашивал наших придворных дам и камеристку о моих последних женских днях, о самочувствии в целом. Задавал вопросы Клэр. Просил заботиться о госпоже герцогини, и глаз с неё не спускать.
Но с отъездом в Турин герцог так решения и не принимал. Что-то удерживало его в стенах неприступной крепости. Почти уже, как неделю она была заперта на все возможные замки, потому как слухи действительно подтвердились: - военные суда французского флота застыли на рейде в Генуе.
А лекарка-травница, найденная в лесах Пьемонта, долго смотрела мне в глаза, шепча молитву. Её рекомендовали супругу в соседнем городке, тихо рассказывая, о том, что это женщина ведающая, и что она по светлому видит будущее и может предсказать, как избежать тот рок, который судьба уготовила.
«- Не ведьма, нет, ваша светлость. Молитвами лечит, у монахинь жила долгое время, не делает дурного. Она сама приходит в те места, где нужна её помощь; вот и роды приняла совсем у юной супруги графа из Богемии. А роженице было всего четырнадцать лет».
Слухи, слухи…
Женщина действительно сама пришла к нашему дому. Была чиста и достойно одета. И вот уже с нечитаемыми эмоциями на лице она кладёт мне руку на живот, осматривает грудь. Прикасается невесомо, советуя ослабить шнуровку на корсете. Говорит сдержанно. От неё пахнет травами и мёдом. И в тишине своей гостиной, среди торжественных слов молитвы я слышу то, о чём и не мечтала все эти тревожные дни последнего месяца.
- Юг Франции, монастырь святой Цецилии в Альби, так сказала та, что хотела тебя отвезти туда. Её нужно послушать. Уезжайте, ваша светлость, удобный момент, он скоро наступит.
«- откуда она знает про бабушку, про то, что та действительно планировала такую поездку»?
Старательно делаю вид, что мне всё это не важно. Однако…
- Вы поедете с нами, синьора? Прошу. Мой ребёнок, я хочу его, несмотря ни на что.
Женщина, кивнув в согласии.
- Когда придёт время, мы уедем вместе.
Она очень осторожно благодарила за эту возможность. Оборки её чепчика скрыли ото всех выражение лица лекарки, а высокий воротник чистого тёмного платья, серый фартук и непонятно для чего накинутая добротная шаль явно прибавляли возраст говорившей. Её глаза будто выгорели на ярком солнце Пьемонта. Светло-серые с зеленной на чуть смуглом лице, они мне казались удивительными. Наверное, именно их она закрывала широкими полями полотняного чепца.
- Госпожа герцогиня, ваша защита и поручительство продлят мои дни в этом мире. Вы ведь понимаете, о чём я говорю?
Будто не слыша последних слов, я на тон громче, обратилась к лекарке, назвав её вдруг синьорой Роминой. Мне кажется, так её все звали. Или она мне сама сказала?
- Для вас определят комнату. Моя кормилица, мадам Элиз, поможет устроиться в замке. Ступайте. Я хочу видеть вас на своей вечерней молитве. Несмотря на сильную жару на улице мне холодно по вечерам, немеют ступни ног иногда. Особенно когда туманы приходят с гор. Вам надлежит находиться при мне постоянно.
А после уже совсем тихо добавила:
- Настаиваю, что монашеские одежды вам подойдут лучше. Нужно изменить облик, той, которую знают, как жительницу лесов. Всегда стойте за моей спиной, опустив голову, не выпускайте из рук чёток.
- От недуга я принесу вытяжку из прополиса. Она согреет вас, госпожа.
Глаза женщины говорили о многом. Её поклон был не лишён изящества.
«- господи, как она выжила в одиночку в это жуткое время»?
Леса Пьемонта славились своими ведьмами. На них шла охота, инквизиция делал всё возможное, чтобы найти именно такую, которая склонилась сейчас предо мною; найти и состряпать своё обвинение, возведя на костёр.
«- вытяжку из прополиса» …