Цена спасения

Глава 13. Ночь без границ

Я не помню, как перестала бояться.

Наверное, в тот момент, когда Дмитрий поднял меня на руки.

За окнами всё ещё шумел дождь.

Кухня осталась позади.

Я чувствовала только его тёплую ладонь у себя под спиной, размеренное дыхание и сердце, которое билось совсем не так спокойно, как он всегда показывал миру.

Я прижалась лбом к его плечу.

Он шёл медленно.

Будто боялся сделать хоть одно резкое движение.

Тёмный коридор казался бесконечным.

За закрытыми дверями оставался весь мир.

Страх.

Всё это будто растворялось где-то за моей спиной.

Я вспомнила его слова.

«Я сделаю всё, чтобы ты не пожалела».

И почему-то поверила.

Он осторожно открыл дверь спальни и так же осторожно поставил меня на пол.

Но рук не убрал.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга.

В комнате было почти темно — только мягкий свет ночника и серебристые отблески дождя на шторах.

— София… — тихо произнёс он.

Я видела, как тяжело ему даются эти слова.

Он медленно провёл пальцами по моей щеке.

— Ты всё ещё можешь сказать «нет».

Я покачала головой.

Его голос был спокойным.

Слишком спокойным для человека, у которого под пальцами дрожали руки.

Я подняла глаза.

И вдруг поняла: если сейчас отступлю, буду жалеть не о том, что могло случиться. Буду жалеть о том, что снова испугалась. Что позволила страху решить за меня.

Я сама потянулась к его губам.

Сначала поцелуй был почти невесомым. Осторожным. Будто мы оба боялись разрушить тонкую грань между нами.

Но потом Дмитрий ответил.

И всё изменилось.

В его поцелуе больше не было той холодной выдержки, за которой он обычно прятался от всего мира. В нём было столько сдерживаемого желания, столько голодной нежности, что у меня подкосились ноги.

Он подхватил меня, удержал крепче и на секунду отстранился.

— София…

Он медленно снял с меня майку. Когда прохладный воздух коснулся кожи, я инстинктивно прикрылась руками.

Дмитрий не усмехнулся. Не стал торопить.

Он только мягко отвёл мои ладони и наклонился ближе.

— Не прячься от меня, — шепнул он. — Ты прекрасна.

От этих слов стало страшнее, чем от его прикосновений.

Потому что в них не было игры.

Он действительно так думал.

Дмитрий сам снял одежду, и я невольно задержала дыхание. Он был сильным, широкоплечим, напряжённым до предела. В полумраке комнаты его тело казалось почти чужим — слишком взрослым, слишком опасным, слишком настоящим.

Я сжала пальцы на простыне.

Он заметил.

Конечно, заметил.

Челюсть его напряглась, но он не стал торопить события. Его губы и руки двинулись по моему телу: горячие поцелуи на шее, ключицах, груди. Когда его рот сомкнулся вокруг соска, а язык медленно закружил, я выгнулась и тихо застонала, впиваясь пальцами ему в плечи.

Он опустился ниже, стянул трусики. Ладони его легли на мои бёдра.

— Девочка моя, — хрипло прошептал он, глядя мне в глаза. — Доверься.

Я смущённо раздвинула ноги. Его язык провёл по всей длине моего лона — медленно, горячо. Я вскрикнула от острого, непривычного удовольствия. Он продолжал: кружил вокруг чувствительного бугорка, посасывал, проникал языком внутрь. Два пальца осторожно вошли в меня, двигаясь в такт.

Волна нарастала быстро — тёплая, пульсирующая. Она захлестнула меня целиком. Тело сильно содрогнулось, внутри всё сладко сжалось и затрепетало. Ноги дрожали, дыхание сбилось.

Дмитрий поднялся, поцеловал меня глубоко, давая почувствовать наш общий вкус, и лёг сверху, прижимая своим горячим телом.

— Посмотри на меня, — прошептал он. — Я хочу, чтобы ты видела, как я делаю тебя своей.

Он приставил горячую головку к моему входу и начал медленно входить. Я всхлипнула от жгучей боли.

Было больно.

Не так, как я представляла.

Острее.

Глубже.

Настоящее.

Дмитрий мгновенно замер. Его тело дрожало от напряжения, но он не двинулся, пока я сама не смогла сделать вдох.

— Дыши, моя девочка, — тихо сказал он, целуя мои слёзы. Ты же знаешь, что так должно быть.

Боль постепенно отступала, сменяясь невероятной полнотой. Он двигался медленно и глубоко, полностью выходя и снова погружаясь на всю длину. Каждый толчок был размеренным, но настойчивым и отдавался внутри тёплой, тяжёлой сладостью. Я ощущала каждую жилку, каждое биение его органа внутри себя. Постепенно движения стали чуть быстрее, его бёдра ритмично прижимались к моим, создавая влажные, интимные звуки.

Его пальцы снова нашли чувствительную точку сверху и начали ласкать её в такт толчкам. Внутри меня снова стало собираться напряжение — ещё более мощное. Оно нарастало горячими волнами, пока не взорвалось яркой, ослепляющей вспышкой. Всё тело выгнулось, внутри сильно запульсировало и затрепетало, словно тысячи тёплых искр разлетелись по венам, а потом медленно растворились в сладкой, глубокой истоме. Я никогда раньше не чувствовала ничего подобного.

Дмитрий издал глухой стон, сделал несколько глубоких, чуть более резких толчков и в последний момент вышел, изливаясь горячими струями мне на живот и грудь. Его тело сильно содрогнулось, руки крепко сжали меня за бедра.

Мы лежали какое-то время молча, пытаясь выровнять дыхание. В груди у меня разливалось тяжёлое, тёплое спокойствие. Он поцеловал меня в лоб, потом легко подхватил на руки.

— Я могу идти сама… — пробормотала я.

— Знаю.

В ванной он включил тёплую воду и шагнул под душ вместе со мной. Горячие струи ласкали кожу. Он намылил руки и начал бережно гладить меня — плечи, спину, грудь, бёдра. От этих прикосновений внутри снова начало разгораться тепло.

Я повернулась к нему лицом, провела ладонями по его бедрам, чувствуя, как напрягаются мышцы под моими пальцами. Осмелев, я медленно скользнула рукой ниже, обхватив его всё ещё твёрдый член. Дмитрий резко вдохнул и прикрыл глаза, челюсть его напряглась.

Потом я развернулась и прижалась спиной к его груди. Он был всё так же твёрд — тяжёлый, пульсирующий, прижатый к моей пояснице. Дмитрий резко выдохнул, обнял меня крепче и прижался губами к моему уху.

— Девочка, что же ты творишь… — хрипло шепнул он.

Его руки продолжали ласкать меня — медленно, нежно, но уже с заметной дрожью сдерживания. Я тихо застонала, чувствуя, как его возбуждение прижимается к моей пояснице.