Спасительная нить

Я проглатываю алкоголь и только собираюсь достать из кармана пачку сигарет, как взгляд Рамы останавливается на мне.

— Время для вашего последнего испытания. — Он бросает взгляд на остальных троих новичков. — За мной.

Блядь.

Джон хлопает меня по спине, не выглядя ни капли обеспокоенным и расплываясь в широкой ухмылке.

— Наслаждайся.

Все мужчины следуют за Рамой на нижнюю палубу. Я оглядываюсь по сторонам, подмечая каждую деталь яхты. Нас ведут по коридору, затем Рама останавливается у двери. Открыв ее, он смотрит на Колу.

— Твоя.

Затем он смотрит на Джона.

— Присматривай за ним.

Пока мы продолжаем идти по коридору, к каждому из новых солдат приставляют наблюдателя, который должен следить за тем, что нам предстоит сделать, пока не остаемся только мы с Рамой.

Внутри все начинает скручиваться, когда наружу всплывает страх, о котором я даже не задумывался.

Рама открывает дверь и ждет, пока я войду. Мои глаза бегают по комнате, и от одного только вида кровати сердце моментально начинает бешено колотиться в груди.

Нет.

Словно в замедленной съемке, мой взгляд переходит к обитому красной кожей с хромированными вставками кресту на стене и пристегнутой к нему девушке. А затем я встречаюсь с ней взглядом, и у меня все обрывается внутри. На меня обрушивается тошнотворная волна, к горлу опасно подступает желчь.

Нет-нет-нет-нет.

Кожа покрывается мурашками, во рту пересыхает, а сердце, блядь, сжимается при виде Джей Джей, пристегнутой к кресту. Обнаженной.

— Мне сказали, ты отдавал предпочтение этой девчонке. Это мой тебе подарок.

Боже. Нет.

Я застываю на месте, и все мои навыки и многолетний опыт улетучиваются в мгновение ока. Я не могу собраться с мыслями, чтобы составить план. Я даже не смотрю на тело Джей Джей.

Блядь, я едва могу вдохнуть немного воздуха.

— Если только ты не предпочитаешь кого-то другого? — спрашивает Рама. — Я могу отдать эту другим парням.

В груди зарождается рычание, когда я резко поворачиваюсь к Раме.

— Никто, блядь, к ней не прикоснется.

Одной лишь угрозы того, что Джей Джей попадет в руки одного из этих ублюдков, достаточно, чтобы прочистить мне мозги.

Рама внимательно наблюдает за мной после моей бурной реакции, затем машет рукой в сторону Джей Джей и садится в одноместное кожаное кресло.

— Тогда она вся твоя.

В поисках какого-то выхода я спрашиваю: — Какого черта ты так удобно тут устраиваешься?

Губы Рамы изгибаются в усмешке, когда он откидывается на кожаную спинку.

— Мне нужно увидеть, действительно ли ты можешь трахнуть бабу, иначе от тебя не будет никакого толку, когда дело дойдет до дрессировки девушек.

На меня накатывает еще одна тошнотворная волна, и, хоть убейте, я не могу скрыть эмоции, выворачивающие мою душу наизнанку.

Он смотрит на Джей Джей, и мне приходится сжать руки в кулаки, чтобы не забить его до смерти.

На его лице нет никаких эмоций, когда он говорит: — Ее накачали наркотиками. Это будет легкая задача.

Когда я продолжаю стоять неподвижно, Рама немного подается вперед и достает пистолет. Положив руку с оружием на бедро, он кивает в сторону Джей Джей.

— Я не молодею. Либо ты трахнешь ее, либо я убью тебя и оставлю ее себе.

Понимая, что он не шутит, я перевожу взгляд на Джей Джей. Ее голова запрокинута, глаза смотрят на меня. Возможно, она и под кайфом, но выглядит так, будто понимает, что происходит.

Господи.

Блядь.

— Сейчас же! — рявкает Рама.

У меня есть выбор: получить то, чего я хочу больше всего на свете, или обречь себя на верную смерть.

Я никогда не думал, что это будет так тяжело.

Я заставляю свои ноги двигаться; внутри все начинает гореть, словно я проглотил пылающие угли.

Блядь, Джей Джей.

Дерьмо.

Остановившись перед ней, я отмечаю ее остекленевший взгляд, пересохшие губы и бледную испарину на коже. Она поверхностно дышит от страха.

Либо я сделаю это, либо сдохну. А мертвым я не смогу ее защитить.

Пиздец-пиздец-пиздец.

Подняв руку к лицу Джей Джей, я поглаживаю ее щеку. Она холодная.

Мой взгляд падает на ее запястья, привязанные ремнями.

— Мне сказали, тебе нравится эта девчонка, — говорит Рама; в его голосе звенит раздражение. — Или ты предпочитаешь члены?

Закрыв глаза, я делаю глубокий вдох, наполняя легкие запахом Джей Джей.

Прости.

Мне так жаль.

— Ты можешь, блядь, заткнуться? Трудно настроиться с твоей постоянной болтовней.

В ответ я слышу лишь зловещий смешок Рамы.

Боже. Мне так жаль, Джей Джей.

Открыв глаза, я опускаю их и любуюсь невероятным видом обнаженного тела Джей Джей. Она еще идеальнее, чем я себе представлял.

И этого достаточно, чтобы я возбудился.

ДЖЕЙ ДЖЕЙ

Когда я пришла в себя ровно настолько, чтобы осознать происходящее, я обнаружила, что прикована к стене, а моя одежда снята. Последние пару часов слились в сплошное пятно, и, что бы они мне ни вкололи, это мешает сосредоточиться.

Я дрожу от страха, потому что знаю: для меня это добром не кончится. Я не уверена наверняка, но догадываюсь, что меня забрал синдикат Брегу, а значит, прикрытие О'Брайена было раскрыто.

Мой страх быстро сменяется мучительной болью, разрывающей меня на части с силой урагана.

Нет.

Что угодно, только не это.

Успокойся. Ты не знаешь наверняка.

Дверь открывается, и мое тело инстинктивно дергается. А затем я вижу О'Брайена, и меня накрывает волна облегчения, которое смешивается с наркотиком и превращается в убойный коктейль.

Я не свожу глаз с Дэниела, не понимая ни слова из того, что они говорят. Когда становится ясно, что он чем-то расстроен, мое сердце начинает биться быстрее, очищая его еще немного от дурмана. Я начинаю чувствовать холодный воздух вокруг себя.

Затем перевожу взгляд на второго мужчину и узнаю его. Раму.

Черт.

Голова проясняется еще немного, и когда О'Брайен направляется ко мне, стук в груди становится оглушительным.

Много ума не надо, чтобы понять, что происходит. Я — последнее испытание для О'Брайена.

Слава Богу, что это я, а не другая девушка.

Мои губы приоткрываются, и слова «все в порядке» вертятся на кончике языка, но тут Рама рявкает что-то по-албански, заставляя меня проглотить эти слова.