Страница 50 из 133
Льюис всегда разбирается с такими ситуациями за меня. Быстрая угроза, недвусмысленная демонстрация оружия, и тот, кто это был, исчезает. Но прежде чем я успеваю даже указать на фотографа, Финн подает сигнал одному из своих людей. Простой жест, который я, скорее всего, пропустила бы, если бы не смотрела, и он продолжает разговор с Хеленой, его улыбка возвращается.
Когда я снова смотрю через дорогу, фотографа уже нет.
Я осматриваю местность, пытаясь найти хоть какой-то след молодого человека с камерой или человека Финна, но оба исчезли.
Рейнджер продолжает разглагольствовать, пока я возвращаю свое внимание к Финну Макьюэну. Он смотрит на свою жену с обожанием, пока она говорит, и в нем нет ни следа того человека, который только что распорядился устранить кого-то из нашего присутствия, вероятно, жестоко. Когда он видит, что я смотрю на него, он улыбается. Теплая улыбка. Никакой злобы, никакой угрозы.
Хороший человек с темным сердцем. Убийца с чистыми руками.
— Ты меня слушаешь, Денвер? — говорит Рейнджер. Я киваю, хотя он не может меня видеть.
— Да.
Рейнджер говорит:
— Я вижу это так, маленькая птичка. Ты – моя жена. Я – твой муж. Несмотря на наши текущие разногласия, твое место дома, со мной, а не разгуливать по Нью-Йорку с чертовым Финном Макьюэном. — Теперь он завладел моим вниманием. Я задерживаю дыхание.
— Как прошел обед? Он в порядке? Он соблазнял тебя детскими воспоминаниями и сожалениями о том, как он все испортил с твоим отцом?
— Ты следишь за мной?
— Я пристально слежу за тем, что принадлежит мне. И это включает Кольта Харланда, прикасающегося к моей чертовой собственности. — Его голос становится низким, громоподобным, и мое сердце колотится о ребра. — Он еще раз прикоснется к тебе, Денвер, и я вырву его чертово сердце.
Моя уверенность колеблется, и я кладу руку на машину.
— Это не...
— Что бы подумал Итан, если бы увидел, как ты ведешь себя с братом человека, который его убил? — Стыд заливает мое тело так быстро, что мои колени почти подгибаются. — Перестань позорить нас обоих и тащи свою задницу домой.
Он вешает трубку.