В поисках Денвер

Глава 3

9

Денвер

Потирая руки, чтобы унять дрожь от холода, я набираю номер Акселя, и он отвечает почти мгновенно.

— Идеально вовремя! Я как раз еду домой.

Я усмехаюсь.

— Хорошо. Слушай, а можно мне взять с собой на твою свадьбу еще одного человека?

Он радостно вскрикивает, и я смеюсь.

— Да! Ты правда приедешь?

— Правда.

— Если только этот «плюс один» не отец, то я только за, — говорит он. — Мы думаем об августе. Жара немного спадет, так что ты не превратишься в вареного рака на солнце.

Я цокаю языком.

— Я скупаю акции компаний по производству солнцезащитного крема. Все будет в порядке.

— Здесь солнце печет иначе. Я первые три месяца ходил розовым.

Я смеюсь.

— Ну⁠…

Меня обдает жаром. Меня подбрасывает в воздух, я с силой врезаюсь спиной во что-то твердое, голова откидывается назад и бьется о жесткую поверхность. Перед глазами вспыхивают искры, лицо сдавливает, пока во рту не появляется вкус крови. В ушах стоит визг, нос забивает дымом, и тьма кажется непреодолимой, но такой уютной, такой близкой, такой⁠…

Автомобильные сигнализации впиваются в мозг. Я моргаю, глядя в синее небо, на меня сыплются камни и пыль. Дым пятнает небосклон, который должен был быть чистым, и я пытаюсь пошевелиться, повернуться на бок, но в плече вспыхивает такая боль, что я вскрикиваю.

Я кашляю и отплевываюсь от пыли, пытаясь сфокусировать взгляд, дюйм за дюймом разворачиваясь к дому Кольта.

Половины здания нет.

Нет. Нет, нет,

нет

.

— Кольт. — Я пытаюсь выкрикнуть его имя, но горло не слушается. Одной уцелевшей рукой я волоку себя по обломкам, пытаясь добраться до дыры, пробитой в задней части дома.

Светильники качаются на проводах, верхний этаж теперь полностью открыт, кровать из комнаты наверху свисает в образовавшемся проеме. Электрические искры шипят и кусаются, извивающиеся провода все еще содрогаются после взрыва.

Остров. Он был за кухонным островом.

Каждый рывок — это агония. Я стискиваю зубы, от вкуса крови хочется вырвать, но я игнорирую это. Игнорирую все мольбы организма отдохнуть и поддаться тьме. По затылку стекает что-то теплое, но я не могу об этом думать. Я должна оставаться в сознании. Я должна найти Кольта.

Я издаю стон, когда вижу его. Он лежит под обломками. Его кожа белая от пыли.

— Кольт, — вскрикиваю я, рука превратилась в лохмотья из-за битого стекла и камней. Я касаюсь его лица. — Кольт, пожалуйста, проснись. Одна сторона его лица залита кровью, и слезы обжигают мне глаза, когда я шепчу его имя снова и снова. — Пожалуйста, не оставляй меня. Пожалуйста… — Мои губы дрожат, горло горит, и мой мир рушится. — Не оставляй меня.

Тьма окутывает меня. Зрение затуманивается от слез и боли. Столько боли. Я кладу голову ему на грудь, мое тело оседает рядом с ним. Обломки смещаются под моей спиной, когда я закрываю глаза. Всего на секунду. На минуту.

И в тихом тумане моего разума я слышу сирены.

— Они едут, — говорю я ему в грудь. — Мы можем подождать. Они едут. Не засыпай. Они едут. — Я расслабляюсь, прижимаясь к нему, и боль отступает. Я открываю глаза: вокруг нас медленно кружатся хлопья пыли, а утреннее солнце превращает место катастрофы в облако парящих в воздухе алмазов. Я дышу медленно. Все медленнее.

Я отдохну.

Всего одну минуту.