В поисках Денвер

Я быстро киваю и притягиваю ее к себе, обнимая. В моих руках она кажется такой маленькой, такой хрупкой.

— Ты самая лучшая мама, о которой я только мог мечтать. Ты любила нас более чем достаточно.

Она прижимается ко мне.

— Финн любит тебя.

— Я знаю.

Уезжая, я гадаю, зачем вообще завел об этом разговор. Интересно, расскажет ли она Финну, что я знаю, и как он отреагирует. Но, возможно, скрывать правду бессмысленно, когда у нас не так много времени.

Дома тихо. Я отпускаю своих людей. Задергиваю шторы. Наливаю себе выпить и подхожу к каминной полке.

К фотографиям моих девочек. Кэлли и я в день нашей свадьбы. Эми и я на ее первый день рождения. Эми и Холли на ярмарке. Моя мама и Кэлли обнимаются на пляже, обе широко улыбаются. Прожитая жизнь и столько потерь.

Я беру фотографию Кэлли, которую сделал, когда нам было по двадцать. Она лежит на траве на спине, широко улыбаясь.

— Когда ты уже попросишь меня выйти за тебя?

— И испортить сюрприз?

— Сюрпризом будет то, что я тебя брошу, потому что ты постоянно трусишь. Попроси меня, Кольт Харланд, или клянусь, я найду кого-нибудь другого, у кого хватит смелости жениться на такой девушке, как я.

Я улыбаюсь. Я никогда не думал, что можно любить кого-то так, как показывают в кино. Удары молнии, дикий секс и споры из-за всякой ерунды. Она была моей киношной любовью. Моей первой любовью.

Такое невозможно забыть.

Когда я потерял ее, я думал, что больше никогда не встречу подобную любовь, и я не встретил. Это чувство принадлежит только ей и всегда будет принадлежать.

Так же как я никогда не смог бы повторить свою любовь к Денвер.

Всепоглощающую, нелепую, безрассудную, пьянящую, прекрасную.

Любовь, которая принадлежит только нам.

…Что я делаю?

Почему я просто стою здесь?

— Блядь. — Я ставлю стакан на кофейный столик и бросаюсь к двери. Я распахиваю ее навстречу густому снегопаду, крупные хлопья покрывают машины, горько-холодный воздух врывается в легкие, когда я срываюсь на бег.

Не могу поверить, что я просто собирался все это отпустить. Не могу поверить, что собирался позволить Денвер уйти, даже не попытавшись.

Мышцы горят, когда я заставляю себя бежать еще быстрее, подошвы впечатываются в тротуар, и через считанные минуты я добегаю до дома Финна. Я взлетаю по ступеням, моя рука замирает у двери, когда та резко распахивается.

Я тяжело, с болью вдыхаю воздух, пока Денвер стоит передо мной — щеки розовые, она уже в пальто и шарфе. Она смотрит на меня, хлопая ресницами, а я смотрю на нее сверху вниз.

Она прекрасна. Неуверенна. Поражена моим появлением так же сильно, как я — ее.

Я не знаю, что сказать, поэтому произношу единственное, что приходит на ум.

— Я хочу притвориться, — говорю я, и ее губы приоткрываются, но она молчит. — Что я – это не я, а ты – это не ты. Что ты не замужем, а я не влюблен в тебя до беспамятства. — Она ищет ответ в моих глазах. — Если бы я был просто Кольтом, а ты – просто Денвер ДеЛука, ты бы выбрала меня?

— Да, — быстро отвечает она, ее глаза сияют.

— Ты бы любила меня?

— Да.

Я делаю шаг ближе, моя грудь тяжело вздымается.

— Тогда к черту все остальное. Забудь обо всем. Я люблю тебя. И мне плевать, останешься ты или мы оба уедем, но я не позволю тебе просто так исчезнуть из моей жизни. — Ее губа дрожит, и я беру ее лицо в ладони. — Ты и есть мое счастье.

Слеза катится по ее щеке.

— Ты тоже мое счастье.

Я целую ее. Целую, потому что она того стоит, она всегда того стоила, и мы во всем разберемся, чего бы нам это ни стоило. Я обхватываю ее за талию и приподнимаю, ее губы медленно двигаются в ответ на мои — поцелуй, который ведет нас в вечность.

— Ура! — восторженно кричит Хелена снизу у лестницы.

Денвер отрывается от поцелуя и усмехается.

— У нас есть зрители.

Я пячусь из дома и наклоняюсь вперед, чтобы ухватиться за дверную ручку.

— Я просто это закрою. — Хелена показывает мне радостный большой палец вверх, и как только дверь закрывается, Денвер снова целует меня.

— Ты меня опередил, — говорит Денвер, обхватывая ногами мою талию. — Я как раз собиралась к тебе.

Я усмехаюсь, спускаясь по ступеням.

— Серьезно?

Она кивает.

— Ты испортил мой грандиозный жест. Куда мы едем?

Моя улыбка становится невероятно широкой, когда я отвечаю:

— Домой.