Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 86 из 117

ГЛАВА 19

ДЕВУШКА В ТУАЛЕТЕ НА ЗАПРАВКЕ (СНОВА)

Ноа

.

Позже в тот же день меня будит звук шагов по полу. Я нахожусь в том состоянии между глубоким сном и полубодрствованием, когда голова все еще кружится от усталости, а веки тяжелые и отказываются открываться. Мои конечности тоже тяжелые.

Я чувствую теплое тело Тейта у себя за спиной, его дыхание на коже, и тут же задаюсь вопросом, не причудились ли мне те шаги, которые я слышала ранее.

Но потом я снова слышу их, они приближаются ко мне с другой стороны квартиры. Сайлас садится на край кровати и снимает ботинки, прежде чем медленно забраться под одеяло рядом со мной.

— Привет, — шепчу я.

— Привет, детка, — шепчет он в ответ. — Тебе не нужно вставать, потому что я здесь. Можешь спать дальше. Я рад, что с тобой все в порядке.

Я моргаю, и снова оказываюсь в яме, держа в руке тот грязный серый парик. Громкость звона увеличивается на несколько децибел. Но мы квиты… по крайней мере, пока. И мне так хорошо, когда он обнимает меня вот так.

Я же не должна злиться на его бессознательную версию, правда? Особенно когда я так хорошо выспалась впервые за несколько месяцев.

— Он рассказал тебе, что произошло?

Сайлас кивает.

— Мне очень жаль.

Он прижимается ко мне, и я обнимаю его, и прячу лицо у него на груди, успокаиваясь.

Говорят, что обонятельная память – это самая сильная и чистая форма памяти. Вероятность того, что она будет испорчена внешним вмешательством, меньше, чем у других наших органов чувств. Может быть, именно поэтому я так крепко цепляюсь за это – потому что я не могу так сильно доверять своим другим чувствам; я не могу доверять самой себе. Так же как жасмин всегда будет напоминать мне о месте, где я выросла, и о волосах Мии, а виски всегда будет заставлять меня думать о Тейте, запах бергамота и леса после дождя всегда будет напоминать мне о Сайласе.

О человеке, к которому я бежала, когда мир был слишком жесток, даже если, когда мой мир рухнул, он тоже оказался слишком жестоким.

— Ты слышишь это? — шепчет Сайлас мне на ухо.

Я улыбаюсь.

— Да... ничего.

— Именно… ничего. Звучит так хорошо, правда?

— С тобой всегда лучше.

— Ммм... хватит строить козни, — говорит Тейт. Он наклоняется надо мной, кладя руку на лицо Сайласа. — Ах, не кусай меня! — Он пытается отдернуть руку, но Сайлас хватает ее и переплетает их пальцы. — Я до сих пор в шоке от того, что Ноа сделала со мной вчера вечером.

— Ты действительно ударила его осколком? — спрашивает Сайлас.

Я сжимаю губы и киваю.

— Я же тебе говорил, — говорит Тейт. — Сайлас считал тебя милой девушкой, Ноа. Теперь он знает лучше.

Я пожимаю плечами, отстраняюсь от него и сажусь на Сайласа.

— Ты получаешь то, что даешь. Ты не заслуживаешь доброты.

Сайлас смеется и прижимает меня к себе.

— Эй... нет. Ты сказала, что мы квиты. Ты согласилась.

Тейт прижимается к Сайласу, опираясь головой на его плечо и закидывает ногу на нас обоих. Его напряженный взгляд встречается с моим, прежде чем я прерываю зрительный контакт, обнимая Сайласа.

— Он не спасет тебя от меня, Ноа, — говорит Тейт, проводя пальцами по моим волосам. — Ты это знаешь.

— А мне нужно спасение от тебя, Тейт? — спрашиваю я.

Он грустно улыбается.

— Возможно.

Я не знаю, как расценивать этот ответ, но у меня немного сжимается сердце.

— Я скучал по этому, — говорит Сайлас, казалось бы, не замечая момента, который только что был, между нами. — О, я принес вам завтрак… хотя сейчас уже три часа дня, черт возьми.

— Уже три? — спрашиваю я.

— Сейчас полчетвертого, — говорит он. Он целует меня в макушку, прежде чем вылезти из-под меня.

Я сажусь на кровати рядом с Тейтом и смотрю, как Сайлас берет бумажный пакет с кухонного стола. Он достает два огромных смузи и протягивает их нам.

— Вот, держи, — говорит он. — В этом восемьсот калорий, Ноа.

— Спасибо, — говорю я ему. — Ты не должен был этого делать.

— Конечно, должен. Я забочусь о тех, кого люблю. А я люблю вас обоих.

Он говорит это так непринужденно, после чего снова опускается на прежнее место рядом со мной и кладет руку мне на внутреннюю часть бедра, как будто это самая простая вещь в мире. Но атмосфера в комнате изменилась. Между мной и человеком, который вчера вечером целый час держал меня в ванне, возникла напряженность. Я не могу точно определить, в чем она заключается, поэтому игнорирую ее, потягивая свой огромный коктейль на восемьсот калорий.

— Здесь чертовски тихо. Я этого не выношу, — говорит Тейт.

Мы с Сайласом переглядываемся, пока он берет пульт, включает телевизор и выбирает на Netflix очередную серию

«Нераскрытых тайн».

— Ему нравятся те, где плохие парни уходят безнаказанными.

Сайлас смеется.

— Да, я знаю.

Я смотрю, как Тейт уставился в телевизор и пьет из такого же пластикового стаканчика, обхватив его татуированной рукой с черными накрашенными ногтями.

Он обычно красил их в голубой цвет – оттенок синего, который гармонировал с его голубыми волосами. Это был лак OPI цвет под названием «

Без обид»

, и иногда он красил мои ногти в тот же цвет. Я беспокоилась, что Мия заметит и заподозрит что-то, но мне нравилось иметь доказательство нашего секрета, а она так и не заметила.

— Что? — спрашивает он, чувствуя мой пристальный взгляд.

— Ничего. — Я решаю сказать

к черту эту

странную напряженность, наклоняюсь и целую его в губы. — Я просто думала о тебе. Или вспоминала тебя, наверное.

— Что-то хорошее? — спрашивает он.

— Мммм. О чем-то приятном.

— Ты признаешь, что я иногда был добр к тебе?

Я пожимаю плечами.

— Да.

Он приподнимает мой подбородок и прищуривается, ища что-то в моих, но я не уверена, что именно.

— Хм... — говорит он, прежде чем поцеловать меня. — Хорошо.

Я сбита с толку, но он меняет тему.

— Ты принес костюмы? — спрашивает он Сайласа.

Сайлас широко улыбается, слегка посмеиваясь.

— Да, они в той сумке у входной двери.

— Какие костюмы? — спрашиваю я.

— Сегодня Хэллоуин, Ноа. Это наш любимый праздник. Ты забыла?

Честно говоря, да. С тех пор, как закрылось кафе, я почти не ощущаю ни дня, ни времени.

Или, если быть точнее с тех пор, как Тейт и Сайлас вернулись в мою жизнь. Эта мысль заставляет меня беспокоиться о том, как долго они еще будут в моей жизни.

На самом деле это не то, о чем я могу просить.

— Думаю, что да.